Вован: Первая кровь
Первокурсники дружат друг с другом ожесточенно и остро, настолько всё кажется новым и важным. Мы дружили вчетвером, включая Ачкасова, Паскаля, меня и Вована, который уже пару дней, как вдруг пропал с радаров.
- Дурную весть я принёс вам, студенты! Однокурсника вашего ночью убили! Хороший человек, говорят, был. Светлая ему память, - сказал кто-то из старшекурсников, вбежав к нам прямо во время семинара по вышке.
Тут, понятно, две наших старосты групп показательно достали платки, начали трубно сморкаться. За ними остальные. Включая девчат.
Кому-то стало плохо, по-моему, мне. Пришлось совершить святотатство и отпроситься с высшей математики. Ачкасов и Паскаль тоже отпросились, типа, за мной присмотреть.
Пошли, взяли чего-то, неумело помянули Владимира Валерьевича, с трудом поискав в памяти его хорошие дела. Потом два дня ходили по аудиториям понурые, пока нам не уточнили:
- Это не вашего однокурсника убили! Это с агрофака пацана. Светлая память ему, - сказал кто-то из снова вбежавших в аудиторию старшекурсников.
Старосты привычно полезли в сумки за платками.
- А ваш в реанимации лежит, сказали! Кровь ему нужна. Идите, сдавайте!
Что характерно, отпрашиваться пришлось снова на вышке. Мы с Паскалём воздели руки к небу, а Майя Витальевна с тревогой спросила почему-то именно меня:
- Сергей! Вы хорошо себя чувствуете?
В этот раз пришлось бахвалиться и хорохориться, но всё равно отпустили. Даже Ачкасов пошёл, чтоб не пропустить чего интересного - вдруг кто кондрата схватит, а он это пропустит.
В 1998 году в стране денег не было, и практика вручать их студентам, тем более, считалась порочной. Но мы, собственно, не за этим приходили, а друга спасать, поэтому на станции переливания нам дали пряников с чаем и наговорили напутственных слов в ребристые спины.
А через пару дней в аудиторию вдруг пришёл Вован. Опоздал, но живой, весёлый, с перегаром.
- Это, по ходу, от нашей крови, - шепнул Ачкасов, - говорил же, надо было нормальную водку брать.
На все расспросы Вован отвечал уклончиво, на поздравления "долго будешь жить", стеснительно кивал, а признался аж спустя год:
- Я был в нужной компании, а вам, девственникам, подробности не рассказывал, чтоб не завидовали.
А когда рассказал детали, мы всё равно начали завидовать.
