Размышления о буллинге - часть 2⁠⁠

ЧТО ДЕЛАТЬ

Буллинг разрушает, прежде всего, осознание своей равноценности другим людям. Коммуникативные навыки теряют свою функциональность - ты не можешь пойти и попросить помощи, потому что другие прогонят тебя или скажут, что так и должно быть. Навыков защиты самого себя у тебя нет. Все молчат - значит, с тобой так можно. Больше никому не достается - значит, так можно только с тобой. Ты оказываешься связанным по рукам и ногам, невидимым, второсортным, и продолжаешь им быть уже во взрослом состоянии, даже приобретя необходимые навыки, выговорив все обиды и восстановив кое-какие связи с человеческим обществом.

Чтобы выйти из статуса виктимного второсортного существа, невидимого, полуматериального и созданного, чтобы об него все вытирали ноги, необходимо понять, как все это устроено.

Круг насилия порождают люди, в нем участвующие, и невероятные способности человеческого разума генерировать абсолютно нежизнеспособные аксиомы. Например:

СУЩЕСТВУЮТ ЛЮДИ, ИМЕЮЩИЕ НАДО МНОЙ АБСОЛЮТНУЮ ВЛАСТЬ.

Однажды побывав в ситуации, в которой объективно подобных существ не было, мы, тем не менее, можем получить опыт, в котором подвергались воздействию со стороны вполне реальных всемогущих сил. И весь набор чувств, сопровождающих эту ситуацию - страх, боль, желание затаиться - будет путешествовать с нами изо дня в день, заставляя тревожиться, пытаться найти решение, в котором мы сможем сосуществовать с подобными силами без страха смерти, не следя за каждым своим жестом и словом, но и не прячась.

Подробный рациональный разбор той ситуации мог бы показать, что в том случае никто не был всемогущим, но у кого-то возможностей воздействия было больше, и эти условия уже вряд ли когда-либо воспроизведутся. Однако юный человек, неспособный к такому разбору, будет стремиться разрешить все на уровне чувств - то есть, снова попасть в ту же ситуацию, схватиться с монстром и проверить свои силы еще раз.

Но, поскольку ситуация должна быть та же самая, химеру мы наделяем всесилием. А поскольку она ненастоящая, то и наши приобретенные силы и возможности ничего не значат в этой битве. И мы снова проигрываем. И снова пытаемся.

Обидчик, со своей стороны, тоже верит в абсолютную власть. Только для него она - не химера, с которой нужно сразиться, а образец, которого нужно придерживаться. Образец абсолютно великолепный, столь же нереалистичный, не выдерживающий никакой конкуренции с окружающим миром, как раз из тех, на которые глубоко и плотно подсаживаются всеми любимые нарциссы. Они прямо-таки создают ситуации, в которых могут продемонстрировать свою всевластность, и впадают в буйный гнев, если что-то идет не так. Напоровшись на человека, который готов в них поверить, они взлетают на невероятную высоту. И, естественно, подсаживаются на это хуже всяких наркоманов.

И вот здесь будет нелишним заострить внимание на общественном статусе жертвы. Который из "никому не нужной тряпки" превращается в очень даже нужный, важный, более чем равноправный: кому-то ты необходим, какую-то общественную функцию выполняешь. Да, неприятную, посредственную, унизительную, но уже ставящую тебя гораздо выше трупа - на уровень барыги, который выдает дозу Самопрезентина существу, неспособному без нее здраво мыслить. Жертва нужна насильнику так же, как насильник нужен жертве: иначе насильник не получит свою дозу, а жертва не победит своего врага.

И вот круг насилия замкнулся. Выйти из него самостоятельно никто уже не в силах. В помощи вам обоим отказано - насильнику потому, что он насильник, жертве потому, что никто не хочет связываться. Конец.

Если убрать из круга насилия иллюзию всесильности обоих участников, что останется? Голодные шакалы с одной стороны и безоружный человек с другой.

Могли ли вы что-то сделать в той ситуации? Я думаю, что если вы выжили и читаете этот пост, то сделали всё, что могли, и даже больше: еще пытаетесь понять, принять и сделать так, чтобы ваш голос однажды всё-таки услышали.

Окей, скажете вы, допустим, с насильниками все понятно. Они не были абсолютным злом и у них были хорошие карты на руках, вот и всё. А что насчет тех, кто смотрел?

Равнодушие во всей этой ситуации ранит сильнее всего. Как могут люди закрывать глаза на то, как бичуют таких же людей? Как такое вообще может произойти? Значит, я не человек? Значит, между мной и ними - здоровенная стена, которую не разбить, как ни старайся? Но почему и как в мире, где все рождаются похожими, такое возможно?

Психика пасует. А когда она пасует, то мир вокруг нас начинают населять всемогущие и всевластные сущности и силы, а мир внутри нас наполняется отчаянием, чернотой и полным бессилием. Оправдывать свое существование в этой картине довольно трудно, если вообще не невозможно. Так что вопрос "зачем я здесь?" перед жертвами насилия будет вставать еще очень и очень долго.

Ответ на него очень прост. То, что они равнодушны - это еще одна нереалистичная мысль. Никто не может быть абсолютно равнодушным, только труп. Они не чувствуют равнодушия, но все равно смотрят и молчат - именно потому, что им не всё равно. Они переживают. Например, за то, чтобы не попасть на наше место. Будь они равнодушны, тебе было бы гораздо проще жить. Они бы не смотрели. Не присутствовали. Не высказывали фальшивые слова сочувствия, когда никто не видит.

Мы не одни. Мы никогда не были одни. Мы никогда не сталкивались и не столкнемся с абсолютным злом, кроме, разве что, в своей голове. Не позволяйте себе верить, что оно существует. Не выпускайте его в мир. Не подкрепляйте то немногое зло, которое уже сюда пришло, своей верой в него. Не делайте себя его сообщниками, разделяя мир на значимых и незначимых, слабых и сильных (а там и до всесильных недалеко). Смейтесь над теми, кто делает это. Презирайте тех, кто пытается выставить вас дураками. Не верьте в то, что вы - не люди, и что на вас всем наплевать.

Никакое зло, даже самое что ни на есть абсолютное, не стоит того, чтобы его так превозносили, уважали, считались с ним.

Мы все люди. У нас у всех одинаковые чувства и одинаковое право на жизнь.

И если вы пройдете мимо меня по улице, я вас увижу.