Продолжение поста «Дети носят мебель»34
Это был примерно 2006 год, мне было лет 12, и в школе у нас была "летняя практика": помогать школе, делать уборку, мыть окна и подобное. И вот я прихожу в июне на практику, нас загружают в автобус и везут куда-то за город. Надо сказать, что таких дураков на всю параллель нашлось ещё три человека, кое-кто был из других классов, но в основном там были "старшаки": школьники старше четырнадцати, которые устроились в школу на работу и получали за это деньги.
Итак, вернёмся к автобусу. Через час пути нас выгружают в поле, раздают перчатки и дают фронт работ: прополоть всё поле и вырвать всё кроме саженцев деревьев. Практика, как можно догадаться, была в лесхозе: отработка новогодней ели. Готовы ли мы были к такому повороту? Конечно нет. У меня не было ни воды, ни головного убора, потому что нас просто не предупреждали об этом. Дело, кстати, происходило на юге России, и июнь в поле в тот год ощущался примерно как внутри газовой духовки. Учителя, которые приехали с нами, сидели под единственным высоким деревом и болтали о море. Было тяжко, но тут с соседнего рядка я услышала разговор девочек из восьмого класса:
- Уже 12 часов, а у нас по договору работа должна быть четыре часа в день. Значит мы своё отработали.
- Точно, пойдём скажем Наталье Анатольевне.
Это дало мне большую надежду, однако через минуту Наталья Анатольевна громко и чётко выкрикнула на всё поле: "Те, кто работает на школу по договору, могут заканчивать работу и подходить к нам! Те, кто на практике - работаем дальше".
Если бы я была более смелым и дерзким ребёнком, я бы, пожалуй, напала на учителя, но так как я была трусихой и вообще думала, что учителям виднее, я просто от злости начала рвать из земли всё подряд и скорее всего загубила пару саженцев плодовых деревьев.
Ещё через два часа за нами приехал автобус и привёз нас в школу. Там я долго не могла напиться водой из-под крана и почти подралась со своим одноклассником, потому что каждый из нас считал, что ему вода сейчас нужнее.
На следующий день я пошла на практику уже в кепке и с большой бутылкой воды, но принцип работы не изменился: трудоустроенные дети работают до 12, а дети на практике ло двух. Ещё через пару дней практика в лесхозе закончилась, и мы стали работать в школе: переделывать её в летний лагерь, таскать кровати из подвала и мыть окна. В благодарность за проделанную работу лесхоз подарил нам торт, который наши любимые учителя съели у себя в кабинете, будто кто-то из них хоть раз надевал в поле эти рабочие перчатки или вообще выходил из тени под орехом.
Самое тупое: маме я рассказала об этом только через две недели, когда она вернулась из командировки. Мама разозлилась, сказала, что я больше на эту практику не пойду, но практика к тому времени уже закончилась.
С тех пор я стала ненавидеть и эту дурацкую ель в школе, из-за которой я едва ли не впервые встретилась с несправедливостью со стороны учителей, и бесплатный школьный труд, который совершенно не уважали по крайней мере в моей школе.