Пробуждаем воображение №6⁠⁠1

Он прислушивается к воде, бликующей на шершавом покрытии, и вдыхает сочный воздух с примесями кисловатого смога. Обходя гладкие лужи, жмутся к строениям редкие прохожие. Сырость проникает во все, что проросло само или было выращено намеренно. Непостижимое сочетание песка, смолы и металла, и куда не глянь – все обильно пропитано влагой. Кругом гудят провода, сверкает множество разноцветных огней, пространство забито какофонией различных модуляций, которая вызывает в памяти полузабытые дни из детства, когда он заодно с братьями побуждал манипуляторов сооружать громоздкие жесткие конструкции, источающие потоки звенящей энергии. Они лепили из дребезжащей субстанции парящие огненные шары, которые с грохотом и искрами сталкивались друг с другом. Как-то один из шаров нырнул, пузырясь, в ближайшее пристанище воды и разорвался сотней огненных брызг, и над потревоженной гладью поднялось облако ионизированных испарений, а через минуту скучающий эфир заполнило мерцающее порицание, которое пробужденная вода к их неуемному восторгу прошептала каждому из них.

И вот он здесь, в случайной реальности, на улице, полной беспризорных манипуляторов, спешащих и испускающих пачки бессвязных мыслей, все это вызывает нотку любопытства и капельку умиления от неспособности погруженных в самоидентификацию созданий разобраться в собственном назначении. Как же они оказались в подобной проекции одни, без присмотра, и чем тут занимаются? Они кажутся невосприимчивыми к большинству излучений и, видимо, утратили или никогда не имели анализаторов или открытых каналов.

Как же много воды вокруг, этот место полно роскоши, которая и не снилось иным мирам. С высоты сыпятся капли, объединяя нависающее небо и землю, и дозволяют его сознанию протянуться за горизонт и погрузиться в источающий изобилие, но давно умолкший океан, невообразимо большой и глубокий.

– Сэр, это ваша собака? – перед ними вырастает темная фигура, как только они поворачивают за угол.

– Что тебе нужно? – наигранно выдает манипулятор.

– Собака без намордника и поводка, и может быть опасна для окружающих, если она не ваша, то я вызову бригаду из приюта.

Это чудесно, клянусь всеми морями, рот приоткрылся от изумления и язык выпал наружу, это уморительно – взрыв призрачного смеха пронизывает округу и прозрачными нитями достигает спустившихся туч. Но двуногий незнакомец остается безучастным и бесчувственным.

– Что вы имеете в виду? – манипулятор не унимается и похоже имеет собственное чувство юмора.

– Ее заберут в приют, приятель, а тебя в участок, если не прекратишь клоунаду.

– Кто это здесь клоун, сержант? ФБР – департамент по борьбе с наркотиками, мы проводим расследование, – продолжает манипулятор как ни в чем не бывало.

– Покажите ваш значок, сэр, – глухонемой тянется к поясу. На его плече шипит радиоустройство, похоже местные все же изловчились создать преобразователи. Однако, этот бесхозный манипулятор слишком расточает тревогу, хорошо бы его как-то успокоить.

Капли потяжелели и забарабанили чаще, ярко блеснула вспышка, фиолетовый разряд грохнул в ближайший столб с сияющим золотистым источником под металлическим плафоном. Провода искрятся, вся улица погружается во тьму. Незнакомец удивленно оглядывается и переключается на рацию. Дождь усиливается и переходит в ливень, который стрекочет по тротуарам, и вскоре обращается сплошной водной стеной. Шквальный порыв ветра срывает форменную фуражку с бедолаги. Калека разворачивается и, шатаясь, направляется к причудливому аппарату с колесами, скрытому под набегающей водой. Похоже, дремлющий океан пробудился и откликнулся на смех веселого Пита.