Поколение⁠⁠20

Я родом из уникального поколения 80х. "Поколение на стыке", как я его называю. Мы выросли на улице, в бесконечных играх. Прошли через 90е, когда приходилось идти до дома 5 километров, потому что денег на автобус не было, да и самого автобуса тоже часто не было. Старые, дряхлые, списанные из города в посёлки, они постоянно ломались. Однажды я, студентка 18 лет, приехала зимой на электричке на свою станцию вечером, а транспорта нет. Опять сломался. Пошла в горку, через небольшое сельское кладбище и дальше по дороге, окруженной высокими елями. Темно, и снег так красиво сверкает в лунном свете. Зацепилась взглядом за парня впереди, который тоже не смог уехать. Вдвоём не так страшно. Старалась не отставать, но шаг у него шире и идёт он быстрее. Постепенно его фигура исчезла в темноте. А до дома еще 4 километра.

А самым популярным блюдом, начиная с 92го, в семье был суп из пельменей. Его варил папа. Сначала клал картошку, а потом добавлял пельмени. Помню как на 16 лет пригласила в гости своего друга и двух подруг. Потом только, спустя много лет, мама рассказала, что пошла к соседке и заняла денег. Она купила маленький рулет, а мы понатыкали в него свечек. Получился «ёжик». Тогда было смешно, сейчас стыдно. Не было понимания, что происходит.

Наверное поэтому, из-за постоянного безденежья и скудного питания, родители отправляли меня каждое лето на откорм к тёте в деревню. В каждом дворе было свое хозяйство: курицы, свинья и обязательно корова. Утром мы со старшей сестрой запрыгивали в грузовик. Главное, чтобы в кузов, а не в кабину, так интереснее. И уезжали до вечера на сенокос, где надо было на жаре каждые два часа ворошить сено. Оно, кстати, изумрудно-серебряного цвета. Вечером после работы приезжали мужчины. Они брали косы и размашистыми, сильными рывками косили траву. Я и сейчас помню звук косы и стрекот кузнечиков на закате. И вкус настоящего молока мне тоже запомнился оттуда. Обратно нас привозили только вечером. Тётя надеялась, что мы от усталости будем сидеть дома, но мы все равно просились на дискотеку в местный клуб. Там какая-нибудь девчонка ставила на пол сумку и все вокруг, в коротких юбках и с начесанными челками, делали незамысловатые движения. Или шли компанией тусоваться подальше от домов. У нескольких парней были ИЖи. Мы по-очереди садились сзади, и они нас катали. Несёшься по проселочной дороге в белые ночи. Вокруг стелется туман. Полоска тёплого воздуха сменяется полоской холодного. И волосы развиваются на ветру. Их потом не расчесать.

Мы выросли на стыке времен. Когда нас успели принять в октябрята и пионеры, но не успели в комсомольцы. Когда в средней школе носили коричневую форму с фартуками, а в старшей ходили на рок-концерты «Агаты Кристи», «Сплина», «Короля и Шута» и пили Балтику 9. Когда писали ручками, но потом пришлось осваивать компьютер и гаджеты. Но ручке я до сих пор доверяю больше. Мы выносливые, хотя мой сын называет нас просто "терпилами". Гиперответственные, часто берем на себя больше чем надо, с внутренней установкой "Умри, но сделай", меряющие жизнь делами. И даже если ломаемся на работе или в семьях, то молча, без нытья. Может поэтому мы недолюбливаем зумеров, а может просто завидуем их беспечности. Мы ведь так не можем. Но я смотрю на них и немного сочувствую. Без целей, без опор, без смыслов. Уставшие уже в начале жизни.

Хотела бы я чтобы мне было сейчас 20 или 30 лет? Нет. Хотя и ностальгии по тем временам у меня тоже нет. Есть благодарность за весь опыт, который я получила, и немного грусти, что бОльшая половина пути уже пройдена.