Обряд⁠⁠

Дым от чадящих факелов висел под потолком плотным облаком.

Высокие резные окна были плотно закрыты и затянуты черными простынями. Человек, в темно красной, плотной мантии, сидя на корточках, кашляя и чертыхаясь, заканчивал чертить на дощатом полу пентаграмму. Обмакнул пальцы в стоявшую рядом небольшую чашу с кровью и соединил последние две черты в нижней части рисунка. Осмотрел целиком свою работу, сравнил ее с рисунком в лежащей рядом, черного переплета книге, и остался доволен.

Он привстал, стараясь не подниматься во весь рост, гуськом добежал до стоявшего неподалеку письменного стола, взял с него тряпичный сверток. Вернувшись обратно, развернул тряпицы и осторожно вынул маленькое детское тельце. Ребенок явно был уже мертв несколько часов, но человек обращался с ним с нежной аккуратностью. Он положил его в середину пентаграммы, вытащил из-за пояса кривой кинжал с белой костяной ручкой и, стоя на коленях, занес над головой.

Закрыл глаза и начал что-то бормотать нараспев, постепенно повышая голос. Через минуту он словно впал в транс, раскачиваясь из стороны в сторону, все громче и громче распевая слова на древнем мертвом языке.

- Сааалла т'ка гэнот драааамммааллааа укнооо страааммаэмм!!!

Его голос поднялся до визга, на самой высокой ноте он внезапно оборвал пение, замер на мгновение и резко опустил кинжал в грудь маленького бездыханного тельца.

Факелы, стоящие по краям пентаграммы, моргнули, затем погасли, погрузив комнату в полную тьму. Дым под потолком заклубился еще сильнее, начиная закручиваться в воронку, центром которой была пентаграмма. Ее узкий вихрь опустился к детскому тельцу, коснулся его и вдруг начал стремительно затухать. Еще через секунду вновь вспыхнули факелы, освещая оставшиеся от воронки неровные пласты дыма.

Мужчина разочарованно выругался, схватил с пола книгу и принялся лихорадочно листать страницы.

- Что, не получается никак? - раздался голос из глубины комнаты.

Не отрываясь от книги человек машинально ответил "Нет", а затем испуганно вскочил, прижимая к груди толстый фолиант. Дым попал ему в глаза, в нос, заставив его снова пригнутся.

- Кто здесь? - голос сорвался в фальцет.

Он метнулся к письменному столу и увидел сидящего там незнакомца.

- Изыди! - отпрянул назад человек в красной мантии.

- Ну, ты уж определись. Ты призываешь или изгоняешь - усмехнулся мужчина, совершенно не планируя никуда исходить.

Гость был одет в элегантный полосатый костюм тройку, темно синего цвета. Сидя на столе, он закинул ногу на ногу и помахивал кончиком лакированного ботинка. Дым, казалось, совершенно ему не мешал. Наоборот, незнакомец глубоко вдохнул и мечтательно прикрыл глаза.

- Мелисса, кориандр, ногти мертвой ведьмы и шалфей... изумительный аромат. А ты постарался, надо отдать тебе должное. Но, видишь ли, благовония еще не все. Это лишь малая толика обряда. Тут важно все, и слова, и жертва, даже интонации. Дай книженцию свою сюда, поглядим, из-за чего ты уже столько детей перевел.

Дрожащими руками человек в мантии протянул фолиант незнакомцу. Тот небрежно пролистал несколько страниц в начале, открыл заложенное место и быстро пробежал глазами первые абзацы. Нахмурился, перелистнул вперед и разочарованно вздохнул.

- Ну, понятно, как я и думал. Скажи мне, горе заклинатель, где ты ее взял?

- Мм-мы нн-нашли книгу в ру-рруинах старого за-замка, во время эксппп-ппедиции к южным гго-горам.

Он слегка заикался и от этого выглядел еще более жалким.

- А то, что там были руины, не навело тебя ни на какие мысли?

- Он... он... был старый - неуверенно ответил человек.

- Ну да, и непрочный, к тому же. Видишь ли, мой недалекий друг, здесь допущено сразу несколько неточностей.

- Нет-неточностей?

- Именно, во-первых - мелиссы нужно меньше, а вот ногтей мертвой ведьмы, наоборот, больше. Но, посмею предположить, что твои незадачливые коллеги, методом проб и ошибок, все-таки получили необходимые пропорции. Что неминуемо привело их к следующей, и последней ошибке.

- Ош-ошибке?

Вид у вопрошающего был донельзя глупый и удрученный.

- Ты так и будешь заикаться и повторять за мной?  - незнакомец фыркнул, небрежно бросил фолиант на стол - В  этой книжице совершенно неправильный перевод и трактование самой сути большинства демонов. Вот, взять Молоха, которого ты так усердно стараешься призвать. Ему в жертву нужны дети, все верно. Но они нужны ему живые, чувствуешь разницу? Он же без ума от ваших детей! Носится с ними по всему аду, как... как маленький! Учит, воспитывает, футбол, волейбол, все такое. Его даже за глаза называют нянькой! Ну, когда он не слышит, конечно. В следующем месяце собирается для них стадион с бассейном построить.

- Ст-стадион?

Гость в костюме гневно зыркнул, и заклинатель испуганно зажал рот руками.

- А теперь представь себе, мой горе колдун, что может произойти, когда его призывают и показывают труп младенца?

- Разрушенный замок? человек шумно сглотнул.

- А ты не безнадежен.

- Но ведь он должен быть скован пентаграммой! Демон не имеет право выходить за ее пределы!

- Это с чего ты взял?

- Так написано в кни... - мужчина осекся - Аааа...

- Агаааа! Теперь скажи мне, чудо эволюции, зачем ты хотел призвать Молоха?

- Ну - заклинатель неуверенно посмотрел на своего гостя - я хотел власти, денег и могущества.

- Деньги сразу мимо - откуда они в аду? Головой подумай своей.

- Золото?

- Магия так не работает, невозможно создать что-то из ничего. Философский камень есть? Грязь с серных трясин Месопотамии?

Он посмотрел на реакцию собеседника и кивнул - Как я и думал. Что дальше было?

- Могущество?

- А, что в твоем понимании могущество?

- Управлять стихиями, колдовать, быть бессмертным, знать...

- Стоп, стоп, стоп - перебил его гость - сразу нет. Для этого нужно владеть магией, то есть иметь ее в крови. А это только у демонов или ангелов, ты один из них? С виду не похож. Дальше?

- Власть? совсем уже грустно спросил колдун.

- Тут тоже поподробней.

- Захватить весь мир... например...

Он с надеждой смотрел на своего незваного пришельца.

- Как бы тебе объяснить - тот задумался на минуту - у тебя же дети есть?

- Трое, то есть да... есть...

- Отлично! Тогда представь, что они играют во дворе с соседскими детьми. Представил?

- Ну... да...

- И вдруг твой младший вбегает, и кричит тебе - "Папа! Они все гады и уроды! Убей их всех! Я хочу ими повелевать!" Что ты ему ответишь?

Человек оперся о стену и сполз вниз, имея на лице самый несчастный в мире вид.

- И как же быть! Кого тогда призывать, чтобы хоть что-то получить!?

- В том то и дело - никого, мой невезучий друг, никого. Это ловушка. Ни один демон никогда ничего не даст своему призывателю, в лучшем случае дары заберет, в худшем - вместе с жизнью. Такие дела.

Гость развел руками.

- Вообще, я вас, людей, не понимаю. У вас под носом толпы святых, картинки ангелов на каждом углу, церквей да храмов понастроили - плюнуть некуда. Так нет же - все равно идете что-то клянчить у демонов и бесов! У лукавых! Ну, где логика-то, а? Объясни мне, властолюбец ты мой?

Мужчина в мантии в надежде поднял голову.

- А что, можно и молитвой вечную жизнь получить?

- Ну... не знаю, насчет вечной жизни не уверен, конечно. На твоем месте, я бы - гость посмотрел на труп ребенка - начал с грехов. Не дай бог Молоху попадешься в аду, он же тебя за такое - он задумался на секунду - может и рожать заставить.

- Как... рожать? - заметно побледнел заклинатель - откуда?

- Тут уж откуда придется, как говорится. Вода дырочку найдет.

- Какую дырочку? Как же я...? Зачатие же необходимо!

- Будет тебе зачатие, не переживай. Молох он такой - незнакомец подмигнул - затейник!

- Я буду молиться! Неистово! Только скажите, кому?

-  Что, кому?

- Молиться, кому именно? Я по темным, в основном, вы же понимаете. Деву Марию знаю, да Христа, сына божьего. Вот, кстати, может ему? А?

Мужчина в изящном полосатом костюме передернулся, словно от озноба, и скривил лицо.

- Вот уж нет, мне - точно не надо.

- А кому... - в этот момент до человека в мантии дошел смысл сказанного и у него в прямом смысле отвисла челюсть - Аааа... нуу... мне... то есть... вам... а.… вы... значит он... а...

Назаретянин с кислой миной продолжал смотреть на сидящего мужчину.

- Но, может, все-таки... в виде исключения... раз уж сами ко мне зашли... так сказать... - заклинатель жалобно посмотрел снизу вверх.

- Говорю же - нет.

- Но... почему...?

Его гость спрыгнул со стола, стряхнул с пиджака невидимые пылинки. Огляделся по сторонам, взял со стола недавно читанный им фолиант и с глухим "хыть" опустил его со всей силы на голову колдуна. Череп хрустнул мартовским льдом в весеннее половодье и на переносицу мужчины лениво спустилась жирная струйка крови.

- Не нравишься ты мне, прости меня господи.

Он бросил на пол книгу, брезгливо посмотрел на сползающий труп заклинателя.

- Такие дела, наивный ты мой. Такие дела.