Нечисть. Глава 1⁠⁠

Ночь. Полная луна освещает крыши деревенских домов. Люди мирно спят. Но в окнах одного дома горит свет. Сегодня у старика Виктора гости — приехала дочь с мужем и сыновьями. В комнате, в небольшой пристройке, двое мальчиков — шести и десяти лет, Саша и Даня — сидят на старой пружинной кровати и играют в карты.

— А это тебе на погоны! — Даниил размашисто кладёт две шестёрки на плечи Саши.

Саша злится.

— Так не может быть! — кричит он, стряхивая с плеч карты. — Я помню все карты! Ты сжульничал!

— Ты просто играть не умеешь, — смеётся Даня.

— Умею я играть! — Саня наклоняется вперёд и толкает брата, заливающегося смехом. Тот, едва не потеряв равновесие, хватается за бортик кровати. Из-под его ноги выглядывают несколько карт.

Саша замечает это, резко выхватывает карты и машет ими перед лицом брата.

— Я же сказал! Ты жулик! Жулик-Гулик! — затараторил Саша.

— Сам ты Гулик! — Даня толкает брата в ответ. Он с криком набрасывается на него, и они вместе сваливаются с кровати в нелепом подобии борьбы. Кряхтя и крича друг на друга, они задевают прикроватную тумбочку, уронив с неё пустую банку для воды. В этот момент в дверном проёме появляется Света — высокая женщина с длинными русыми волосами, в джинсах и олимпийке.

— Саша! Даня! А ну-ка прекратили! — строго говорит она.

Парни замирают в тех позах, в которых боролись, и оба смотрят на маму.

Минутой позже Света уже щёткой сгребает осколки разбившейся банки в совок.

— Сколько раз вам говорить: хватит беситься! — приговаривает она. — Что вы тут устроили? Чего опять не поделили?

Саша и Даня стоят напротив мамы, стыдливо опустив головы.

— Он жульничал, — тут же выпаливает Саша.

— А он драться полез, — бурчит Даня.

— Хватит, — Света встаёт и строго смотрит на сыновей сверху вниз. — Вы же, в конце концов, братья. Вы должны научиться жить вместе.

Мальчики обмениваются недовольными взглядами.

Света приседает на одно колено, чтобы быть на уровне мальчиков.

— Даня, ты как старший брат должен заботиться о Саше и учить его, а не обманывать. А ты, Саша, должен учиться быстрее, а не злиться, что проиграл. В драку лезть вообще не нужно...

— Ну скажешь тоже... — грубый мужской голос из дверного проёма заставляет всех троих обернуться.

На пороге стоит Алексей — высокий, грузный мужчина с бородой, в спортивных штанах и старой фуфайке.

— Драться — это нормально, надо просто знать, когда драка неизбежна, — говорит он.

Света награждает мужа недовольным взглядом.

— Но... друг с другом драться, конечно, нельзя, — спешит поправиться Алексей, заметив её взгляд. Та с натянутой улыбкой качает головой.

— Ладно, — вздыхает Света, поднимая совок с осколками. — Время уже позднее. Ложитесь спать, мальчики.

Даня быстро бросает взгляд на родителей.

— А вы? Куда собрались?

— Прогуляться перед сном, — отвечает Света.

— А можно с вами? — спрашивает Саша.

— Нет! Ложитесь спать, — бурчит отец. Снова ловит на себе недовольный взгляд Светы.

— Мы ненадолго, — заверяет мама. — Нам с папой нужно обсудить взрослые дела, так что вы ложитесь и засыпайте.

Света наклоняется, целует сначала Даню, потом Сашу. Они с Алексеем уже уходят, но Света задерживается в дверях и оборачивается на сыновей.

Те продолжают стоять и смотреть на родителей.

— Что я сказала? — игриво спрашивает она. — А ну-ка марш по кроватям!

Парни, усмехнувшись, разбегаются в разные стороны и залезают на свои койки, накрывшись одеялами.

— То-то же, — улыбается она и выключает свет в комнате.

В доме становится тихо. Только мерное бормотание телевизора из соседней комнаты нарушает эту тишину. Дедушка Виктор любит засыпать перед экраном. Этот звук усыпляет и мальчиков, которых часто оставляют в гостях у дедушки.

Спустя час и Саша, и Даня тихо посапывают, видя первые ночные сны. Как вдруг тишину деревенской ночи разрывает громкий женский крик.

Мальчики, вытаращив глаза, вскакивают с кроватей.

— Что?..

— Где?..

Они оба подбегают к окну и, толкаясь, стараются разглядеть хоть что-то.

Позади слышны тяжёлые шаги. В дверях появляется дедушка с ружьём на плече.

— Даня! Саня! Быстро под кровать!

Мальчики оборачиваются на дедушку, но не двигаются.

Снова крик.

— Помогите!!!

— Даня, защищай брата! — дед уже выбегает за порог.

Даниил хватается за брата, который оторопел от страха, и почти заталкивает его под кровать. Саша начинает плакать.

— Что там происходит? Где мама?!

— Сиди тихо! — шипит Даня.

— Мама!

Даня прижимает брата к себе и закрывает ему уши. Ему самому страшно. На глазах наворачиваются слёзы, но он, будто заколдованный, повторяет:

— Всё будет хорошо… только сиди тихо… тихо...

Ночь разрывает грохот выстрела. Мальчики вздрагивают. Снова — истошный крик. Второй выстрел.

— Тихо… просто сидим тихо...

Саша вцепился руками в старшего брата. Он дрожит. Зажмурившись, думает о маме и о том, что может происходить за окном…

Шестнадцать лет спустя.

Саша возвращается домой из университета. В руках у него пакет из магазина, наполненный сладостями и бутылкой вина. Настроение приподнятое — сегодня он сдал очередной экзамен, а в коридоре вуза некий мужчина, представившийся рекрутёром из газовой компании, дал визитку и пригласил на собеседование. Оказывается, им нужны толковые ребята.

Саша поднимается по лестнице на пятый этаж съёмной квартиры. Он невольно улыбается, предвкушая, как обрадует невесту новостями. Скоро им не придётся ютиться в этой тесной хрущёвке, может, даже смогут позволить себе собственную квартиру, да ещё и ближе к центру. Умопомрачительные перспективы кружат голову.

Саша нажимает на кнопку дверного звонка.

Щелчок замка. Дверь открывается. Ира тут же бросается в объятия и крепко целует своего Сашу.

— Я соскучилась! — говорит она, не отпуская его.

— Я тоже! У меня отличные новости! — Саша обнимает Иру, приподнимая её над полом.

— У меня тоже. К тебе гости!

— Гости? — Саша слегка смущается, ставит девушку на пол и заходит в квартиру. Его взгляд цепляется за висящую на вешалке кожаную куртку.

— Да, к нам приехал твой брат! — улыбается Ира.

Улыбка исчезает с лица Саши почти мгновенно. Сердце начинает стучать чаще. С помрачневшим лицом он заглядывает в квартиру и видит на кухне Даню. Тот мило улыбается, попивая чай, и машет брату.

Саша неторопливо заходит на кухню. Даня, расплывшись в довольной улыбке, встаёт и обнимает его.

— Брат, — говорит он, похлопывая Сашу по плечу. — Давно не виделись.

Ира с улыбкой наблюдает за ними из коридора.

— Ну здравствуй... брат, — как-то вяло произносит Саша.

— Ну чё ты как не родной? — усмехается Даня, снова садится и отхлёбывает чаю. — Давай рассказывай, как жизнь молодая в городе? — смотрит на брата хитрым взглядом.

— Да нормально… — Саша садится напротив, смотрит на Даню как на призрака. Не мигая, он изучает брата взглядом. — Я думал, тебя призвали...

— Так кончилась война, — усмехается Даня.

— И как оно?

— Да нормально. — Он машет рукой, поглядывая в окно. — На складе отсиделся.

— Это... хорошо? — Саша нервно сглатывает. — Какими судьбами к нам?

Даня снова поворачивается к брату, замечает, что Ира с интересом их наблюдает.

— Да вот, решил узнать, как ты тут живёшь. А меня такая красавица встретила — не смог устоять, остался на чай. — Подмигивает ей и тихо добавляет: — Но вообще, дело есть.

— Деньги нужны? Или жить негде? — Саша приподнимает брови, в голосе звучит раздражение.

— Ну что ты так про старшего братишку? — Даня снова бросает взгляд в сторону Иры. — Может, на улице поболтаем?

Саша глубоко выдыхает и неуверенно смотрит на Иру. Та встрепенулась:

— Если надо, я могу выйти...

— Ну что ты, Ирочка... — с игривым тоном, — как можно так невежливо поступать с такой красавицей? — Даня снова расплывается в широкой улыбке. — Давай, Саня, поднимай зад — прогуляемся, — жестом подгоняет брата.

Яркое солнце, которое всего пару минут назад радовало Сашу, теперь неприятно режет глаза. Парни выходят из подъезда и идут по тротуару вдоль дома.

— Так что случилось? — спрашивает Саша, когда они отходят подальше от окон квартиры.

— Дедушка пропал.

— В смысле — пропал? Он с ума сошёл?

— Ты чё, совсем? — Даня хлопает брата по плечу. — Он у нас кремень. Если бы ты звонил почаще или приезжал — был бы в курсе.

— Да ладно тебе... — Саша потирает плечо. — Я тут просто забегался: учёба, работа на стройке, времени ни на что...

— Ну девушку найти ты успел, — ехидно замечает Даня, прикуривая сигарету.

— Само как-то получилось, — тихо отвечает Саша, отворачиваясь.

— Ладно, забей, это не важно. — Даня тоже отворачивается. — Слушай. Дедушка ушёл на охоту и не вернулся.

— В смысле — на охоту? Ему же сколько лет?

— Столько, сколько надо.

— Какая ещё охота?

— Та самая. Охота, — Даня пристально смотрит на брата.

— О чём ты?

— Ты знаешь, о чём я.

— Нет. — Саша мотает головой. — Я… я ничего не знаю.

— Хватит, дедушка занимался выслеживанием нечисти, и ты это зна...

— Нет! Нет! Нет! — Саша резко останавливается и тычет пальцем в грудь Данилу. — Это всё детские сказки! Я... я столько времени потратил, чтобы...

— Чтобы что, Саша? Забыть всё, что было? — Даня разводит руками. — Забыть семью, корни?

Саша молчит. Стоит, уставившись в землю, не решаясь взглянуть брату в глаза.

— Вот так? Уехал в свой интернат для одарённых и решил, что со старой жизнью покончено?

— Я ничего не решал, — тихо говорит Саша, снова отворачиваясь.

Даня подходит ближе и, ткнув пальцем ему в грудь, говорит:

— Я всегда был на твоей стороне. Всегда. Помнишь? Я прошу просто помочь мне найти дедушку. Потом я снова исчезну, и ты продолжишь свою чудесную жизнь: с Ирой, с универом. — Он указывает рукой на окно — видно, как Ира наблюдает за ними с подоконника.

Саша вздыхает, смотрит на окно, потом на брата. В глазах Данилы — тревога. Такая же, как тогда, той ночью, когда они услышали крик...

— Ладно, — резко говорит Саша. — Надеюсь, мы управимся быстро. У меня через неделю ещё экзамен — нужно подготовиться.

Даня расплывается в улыбке и затягивается сигаретой.

— Я тоже надеюсь. Ты так пойдёшь? — указывает на рубашку и брюки.

— Нет, конечно. Пойду переоденусь.

— Давай. Я запарковался за углом, — кивает Даня в сторону соседнего дома.

Несколько минут спустя Саша идёт по улице в сторону парковки, застёгивая олимпийку. Ира удивительно быстро отпустила его в непонятную поездку с братом, о котором почти ничего не знает. Святая женщина, что ещё сказать.

Приближаясь к парковке за углом дома, Саша слышит знакомое урчание. Он ускоряет шаг, сворачивает и видит: на небольшой площадке среди иномарок стоит чёрная «Волга» ГАЗ-24. Машина слегка подрагивает от работы двигателя. Даня, облокотившись на капот, широко улыбается.

— Смотри, кого я тут реанимировал, — говорит он, хлопая по крылу.

— Господи, Даня, это же ведро с болтами.

Даня, насупившись, наклоняется к капоту и, поглаживая его, приговаривает:

— Не слушай его, он просто ничего не понимает в машинах.

— Чего тут понимать? — Саша подходит ближе, осматривает машину. — Кондея нет, подушек безопасности нет, кузов при аварии сминается, убивая всех внутри. Реанимированный гроб на колёсах.

— Вот поэтому дедушка и завещает её мне, а не тебе, — бурчит Даня, садясь за руль.

Саша садится рядом. Внутри «Волга» удивительно чиста — очевидно, Даня постарался. Обивка обновлена, всё аккуратно. Вибрация двигателя ощущается по всему салону.

— Звук у неё какой-то странный, — замечает Саша.

— Потому что это старый советский V8, — улыбается Даня. — Машина принадлежала КГБ. Потом списали — и дед забрал её в гараж.

Саша хмурится.

— Сколько она жрёт бензина? И, кстати, откуда у тебя деньги? Нашёл нормальную работу?

— Не-а. — Даня осматривается. — Дед до сих пор мутит с субсидиями и дотациями на землю… В общем, деньги — не проблема. Но ты только послушай этот звук!

Он давит на газ. Двигатель взрывается низким рыком. Задние колёса буксуют, машина срывается с места, разбрызгивая пыль, грязь и асфальт. Пронесшись по району, «Волга» вылетает на трассу и с грозным рёвом исчезает вдали...

Вечереет. Чёрная «Волга» несётся по пустынной трассе навстречу заходящему солнцу.

Саша нервно барабанит пальцами по ручке двери. Его взгляд устремлён в горизонт. Даня щурится, вглядываясь в постепенно темнеющий пейзаж.

— Сколько лет прошло с тех пор? — спрашивает Саша.

— С каких пор? — Даня поднимает брови, бегло смотрит на брата, который всё ещё глядит вдаль.

— С той ночи, когда…

— Да какая разница? Это было давно.

— Дедушка так и не успокоился? — Саша переводит взгляд на брата. Тот на секунду кидает на него взгляд.

— Думаю, для него это уже дело принципа.

— Он так и не рассказал, что тогда случилось?

— Ты же знаешь его, — пожимает плечами Даня. — Из него слова лишнего не вытянешь.

— Почему он поехал на охоту один?

Даниил молчит. Он поглядывает в зеркала бокового вида, проводит языком по зубам. Наконец, вздыхает:

— Не знаю... Может, подумал, что помощь не понадобится.

— Откуда ты знаешь, куда ехать?

— Он... — Даня снова тяжело вздыхает. — ...оставил записку.

— Что? — Саша округляет глаза.

— Да. Не в его стиле, но... просыпаюсь утром, а на кухне — записка: «Уехал в Задворье. Вернусь через неделю.»

— И давно это было?

— Месяц назад.

— Что?! И ты только сейчас за ним поехал?

— Да я уже неделю по этим Задворьям катаюсь! Я заколебался! — Даня всплескивает руками.

— В каком смысле?

— Их пять штук. И все — в разных областях!

— И сколько ты уже объездил?

— Четыре.

— А на последнее меня решил взять? — усмехается Саша.

— По пути было. А ещё… — Даня оборачивается, начинает копаться в чёрной сумке на заднем сиденье.

— За дорогой смотри!

— Всё нормально! — Даня достаёт скрученную газету и кидает её брату на колени. — Смотри. — Он тычет пальцем в обведённое объявление.

— Что это? — Саша включает свет, внимательно изучает текст, покачиваясь на кочках. — «Продам оранжевую копейку. Пробег 300 000 км. Задворье, дом 13. Михаил.» — Поднимает взгляд на брата. — И?

— И?! — Даня смотрит на него возмущённо, хлопает ладонью по газете. — У деда оранжевая копейка! Он поехал в Задворье и не вернулся. А тут — через три дня после его отъезда — кто-то выставляет на продажу машину такого же цвета и пробега!

— Хм… А что ты вообще искал в этой газете?

Даня отводит взгляд, лицо чуть смягчается. Бурчит неразборчиво:

— Да так, для себя кое-что смотрел... Случайно заметил. Не бери в голову.

— Ладно, ладно… И что ты собираешься делать?

— Почему тебя с собой позвал? Потому что хрен знает, что там произошло. Если машина осталась, а деда нет — это уже тревожно. Либо бандитская история, либо...

Он замолкает.

— Либо? — разводит руками Саша.

— Либо нечисть, — тихо говорит Даня.

Саша глубоко вздыхает. Он оборачивается и смотрит на сумку, из которой Даня достал газету. В темноте салона не разобрать, что там внутри, но он уже догадывается.

— Вечер будет долгим... — пробормотал Саша.

Поздний вечер. Задворье.

Тёмная улица глухой деревни. Чёрная «Волга», освещая дорогу фарами, неспешно катится мимо полуразвалившихся домов с окнами, спрятанными в тени кустарников. Грозное урчание двигателя эхом разносится по округе, словно предупреждая: в забытое Богом место прибыли чужаки.

Братья внимательно осматривают дома по обе стороны.

— Явно он приехал сюда не к старому другу, — тихо говорит Даня.

— Да уж… злачненько тут. Что конкретно ищем?

— Людей… монстров… машину? — Даня хлопает Сашу по плечу и указывает вперёд.

Слева, в нескольких десятках метров, стоит покосившийся дом, в окнах которого горит свет. Прямо под окном — припаркованная у калитки оранжевая копейка.

— Это точно она! — возбуждённо говорит Даня.

— Они все одинаковые, надо проверить, — остужает пыл брата Саша. — Номеров не видно.

— Сняли, похоже.

Даня сворачивает на обочину, фары освещают машину, калитку и старый дом. Скрип ручника, «Волга» резко притормаживает и замирает.

Даня тянется к заднему сиденью, достаёт ПМ и фонарик. Саша, увидев оружие, тут же хватает его за руку.

— Только без глупостей!

— Если они что-то сделали с дедом — я за себя не отвечаю.

Саша нервно оглядывается.

— Мы не знаем наверняка!

Даня его не слушает. Выдёргивает руку, выходит, оставив за собой скрипнувшую дверь открытой.

— Вот же ж... — бурчит Саша, вылезает следом и хлопает дверью.

Луч фонаря Данилы скользит по салону «копейки» через окно.

— Это точно его машина, — бормочет он.

Саша подходит сзади, ёжась от холодного ветра.

— Уверен?

— Уверен! — Даня выпрямляется. В его глазах — злость, дыхание тяжёлое, пальцы сжимают фонарик.

— Эй! Вы чё там попутали, салаги?! — раздаётся пьяный крик из-за калитки.

— Даня, спокойно, — Саша поднимает руки, стараясь остановить брата. — Мы не знаем всей картины.

Калитка со скрипом открывается.

— Я вам щас ноги переломаю! — орёт тот же голос.

Из-за машины выходит худощавый, морщинистый мужик в галошах и растянутых трениках. На голом торсе — дряблые мышцы и выцветшие наколки. В руке — топор.

Даня не колеблется. Он стремительно сближается с мужчиной, перехватывает топор за рукоять и бьёт его кулаком в живот. Мужика скрючивает. Даня вырывает топор и отбрасывает его в сторону.

— Стой! — Саша подбегает. Даня уже заламывает мужику руку, прижимает его к багажнику «копейки», вжимает дуло пистолета в висок.

— Посмотри на заднее сиденье! — кричит Даня.

Саша в замешательстве. Светит фонариком в салон — сиденье измазано кровью. Его лицо становится серьёзным. Он переводит взгляд на пленника и направляет на него фонарь.

— Где хозяин машины?

— Парни, вы чё? — голос мужика теперь дрожит. Он пытается вырваться, но хватка Дани железная.

— Слушай сюда! — рычит Даня. — Это машина моего деда! Где он?! Что вы с ним сделали?!

— Я не знаю! Не знаю! — визжит мужик, зажмурившись.

— Всё ты знаешь! — Даня взводит курок. Направляет пистолет в воздух и стреляет. Грохот выстрела разносится по округе. Снова дуло в виске.

— Я не знаю! — орёт мужик, дрожит. — Нашёл машину у церкви! Никого не было! Я ничего не знаю!

— У какой церкви?!

— Там, дальше по дороге! Километра два! Пацаны, не убивайте! Я просто хотел заработать! Я никого не трогал!

Даня швыряет его на землю, направляет пистолет.

— Стой! — Саша встаёт между ними. — Он тут ни при чём!

Даня смотрит сквозь брата. Пару секунд — взгляд в глаза. Злоба против решимости.

— Ладно, — Даня ставит предохранитель, убирает пистолет. — Ключи!

Мужик достаёт связку, Саша забирает её.

— Пара километров, значит? — тихо произносит Даня, осматриваясь.

В деревне по-прежнему тихо. Выстрел, кажется, никого не разбудил. Ни огней, ни людей. Только ветер шевелит кроны деревьев и урчит мотор «Волги».

— Поехали, — бросает Даня.

Спустя минуту все трое трясутся в «Волге», мчащейся по просёлочной дороге. Саша сидит на заднем сиденье рядом с пленником, чьи руки он связал найденной в сумке верёвкой.

— Вот! — пьяный мужик тычет пальцем в окно. — Вот прям тут машина стояла!

Даня резко жмёт на тормоза. «Волга» проскакивает немного вперёд. Он включает заднюю, сдаёт немного назад и останавливается на месте, куда указывал мужик.

— Прямо тут, говоришь?

Даниил выходит из машины с фонариком в руке, осматривает обочину. Луч света выхватывает тормозной след от копейки. Примятая трава и колея подтверждают его слова. Саша тем временем выводит пленника наружу.

— И тебя не смутила кровь на заднем сиденье? — спрашивает Даня, присев на корточки и оглядывая местность.

— Ну… кровь и кровь. Тут и не такое находят. Я думал, за пару дней отмою...

— Объявление ты повесил пару недель назад, — хмуро замечает Даня.

— Да? — мужик моргает. — А сегодня какое число?

Даниил бросает на него ироничный взгляд.

— Нет… — бормочет он. — С таким дед бы точно справился.

— Я ж говорю — не было его! Машина стояла открытая. Я просто угнал! Я никого не трогал!

— Что значит «тут и не такое находят»? — вмешивается Саша. — Что ещё находят?

— А… ну тут… — язык у мужика заплетается. — Постоянно всякое находят: то одежду, то землю в крови… Мне вот фартануло… — встречает грозный взгляд Даниила. — ...или нет...

— Кровь? — задумчиво повторяет Саша, направляя фонарь на старую церковь, стоящую вдалеке, на холме. — В деревне вообще кто-то живёт?

— Неа... Тут с каждым днём всё меньше народу. Я вот недавно к Михалычу заглянул… а у него дом — шаром покати… — проводит пальцем по горлу. — Пусто...

— И всем всё равно? — поднимает брови Даня.

— А что нам? До нас дела никому нет. Они там в замках своих сидят — только и знают, что пилят... родину...

— Шёл бы ты домой, — бурчит Саша.

Мужик осматривается по сторонам, затем — вдоль дороги, откуда они приехали. Сглатывает.

— Пацаны… а может, вы меня это... обратно подбросите?

— Топай! — рычит Даня.

Мужик вздрагивает и трусцой бежит по дороге в сторону деревни.

Даня всё ещё сидит у обочины, уткнувшись в примятую траву. Саша стоит рядом. Они оба смотрят на развалины старой церкви. Вокруг — абсолютная тишина. Только мотор «Волги» урчит, разбавляя гнетущую атмосферу.

— Что думаешь? — спрашивает Саша.

— Вещи в крови. Деревня вымирает. Развалины церкви...

— И алкаш, которого никто не трогает.

— Проспиртованный насквозь.

— Наверное, потому и не трогают.

— Кровосос обыкновенный? — предполагает Даня.

— Для дедушки это была бы проблема?

— Не думаю...

Спасибо, что дочитал!
Если интересно, что будет дальше, подписывайся, ставь лайк, оставь комментарий, это очень мотивирует продолжать 😊

👉 Другие мои истории на Автор.Тудей https://author.today/work/456641

Поддержи авторов рублём 😉 оставь пару рубликов на чай)

Соавтор: Макс Ислентьев