Миша. Мой первый.⁠⁠

У меня всю жизнь были коты. Вернее, у меня в жизни было два кота - Михаил и Гавриил. Имена каждому достались по совершенно не связанным причинам, но именно эта случайность заставляет меня чаще задумываться об их архангельском происхождении.

В отличие от Гавроши, Миша появился в нашей семье абсолютно непреднамеренно. Мне было четыре, но я прекрасно помню тот день: раняя осень, праздничный стол в честь одиннадцатилетия старшей сестры, маме звонят знакомые, уезжающие с дачи.
- Ребят, тут котенок приблудился...

В общем, вы все еще кипятите? И они приехали к нам. Состоялась очень короткая и торжественная встреча в тесной прихожей.
Сердобольные дачники решили сыграть на жалости, поэтому вперед себя пустили его - длиннолапого, лопоухого и ссыкулявого котоподростка. Он безошибочно вычислил ответственного за кормежку и встал на задние лапки перед мамой, от неожиданности выронившей из рук кусок шарлотки. Тот кусок даже не долетел до пола, будучи съеденным на лету.

И мама дала слабину:
- Ну-у, раз он ест яблоки...
А уж мы с сестрой, разумеется, успели полюбить (и назвать) Мишу еще во время телефонного звонка.

На этой радостной ноте знакомые по-быстрому ретировались (даже чая не попили), поздравив нас с днем рождения в целом и новоприобретением в частности.

Первые две недели Миша жил под шкафом в прихожей, периодически совершая вылазки на кухню, где с одинаковым удовольствием наворачивал картофельные очистки, вискас, яичную скорлупу, вареную свеклу и салаку. Его уличное происхождение и нелегкая судьба угадывались по привычке начинать трапезу в мусорном ведре, воровать положенную для него же еду, таскать в свое убежище и жрать в гордом одиночестве, распластавшись камбалой.

Впрочем, этот малоподвижный образ жизни вскоре дал о себе знать, и Миша перестал влезать под шкаф.

Короче, вырос он в девятикилограммового зверя повышенной волосатости, причем весьма быстро.

(На фотографии фотографии Мишаня уже сильно престарелый и потерявший былую удаль).

Завидные бакенбарды, кисточки на ушах, спина, плавно переходящая в такой же по ширине хвост, шерсть, растущая на животе касалась земли, крепкий костяк, тяжелый взгляд - Миша стал нереально красивым и столь же агрессивным.

Справедливости ради хочу отметить, что с моих четырех и до, примерно, лет семи, он и когтем меня не тронул. Можно сказать, спускал мне, соплюхе, все с рук: и попытки вытащить за хвост из-под дивана, и "показы мод", на которых он дефилировал в нарядах из говна и палок мешков и резинок, и постоянное тисканье. Будто бы понимал, что с глупого дитя и спросу нет...
Не переживайте, позже он отомстил мне чуть больше, чем полностью, как только решил, что я уже достаточно взрослая, чтобы отвечать за свои поступки.

Иногда Миша перебарщивал, на мой взгляд. Он соблюдал уважительный нейтралитет лишь с папой, с прочими не считался еще много лет. Мог лечь в тени и, пользуясь своми стэлс-окрасом, нападать на мимокрокодилов, раздирая босые пятки в кровь. Мог внезапно напасть со шкафа. Мог с пола броситься на голову. Однажды вцепился таким образом мне маленькой в затылок, раздирая задними лапами лицо. Я очень плакала, когда, наконец, его когти вынули, один за одним. Он всегда замирал и покорно ждал наказания, когда чувствовал, что попутал берега; его не наказывали, к слову. Мама эмоционально объясняла, в чем он неправ, Миша стыдливо пялился в сторону, я ревела; было обидно, что я его люблю, а он меня - нет. Ну, и очень больно.

Дикий, в общем, зверь. Откуда мне только не вытаскивали его когти: из века (насквозь, глаз не задел), из ноздри (насквозь), из мочки уха (насквозь)...
Если протянуть ему руку, когда он был не в настроении, освежевывал от локтя до кисти за пару секунд. Мы с мамой пробовали постричь ему когти однажды. Постригли ровно 1 коготь, ему не понравилось, нам потом тоже.

Только годам к пяти, наверное, он меня простил. Нет, он не стал котом, с которым я бы стала играть голой рукой или к морде которого поднесла бы лицо. Но теперь его можно было немного погладить и иногда он сам ненадолго приходил на коленки.

Миша любил активный образ жизни, поэтому изредка сбегал из дома понаводить ужас на дворовых котов и собак. На наше счастье, у Миши была одна уязвимость.
Дело в том, что дома он ходил в туалет в "илитный" хрустальный горшок без наполнителя (и очень бдительно следил за его чистотой) и понятия не имел, как следует справлять нужду в уличных условиях. Поэтому не приходилось долго ждать, пока он вернется - буквально через несколько часов шальной жизни Миша появлялся на пороге, не очень величественно переминаясь с лапы на лапу.

Мы были вместе целых (но всего лишь 😢) семнадцать лет.

Хотите еще немного историй?