Литературный конкурс. Часть вторая.⁠⁠

Комментарий для оценки работы номер один.

Конкурсная работа номер один.

Мой сосед – Труп

Нет, не подумайте ничего плохого. Вполне себе культурный человек был при жизни. А после смерти так и вообще сделался местной знаменитостью. Зовут его Юрий Натанович, преподает он в местном институте, математику. Однажды он тихо – мирно скончался на рабочем месте, то ли от инсульта, то ли от инфаркта. Из-за чего там умирают обычно в возрасте сотни лет, я не в курсе, образование не то. Самое забавное, что заметили это через месяца три, когда он попытался сгрызть студента на экзамене. Руководство университета повозмущалось, побухтело, посмотрело успеваемость студента, вызвало некроманта из столицы. Некромант дал заключение «Лич, высший, разумный, личность сохранена на девяносто пять процентов, сознательная». Накатил с Юрием Натановичем армянского коньяка и уехал по своим некромантским делам.

Мне потом ректор университета, за чашкой чая, когда к мужу моему забегал, признался, что студент после попытки съедения на экзамене взялся за ум, и показывает какие-то феноменальные результаты в учебе. Очень остроумным решением было поставить Юрий Натановича ему дипломном руководителем. Сдаст диплом – возьмут в аспирантуру без экзаменов. Такие дела. А знаменитым наш сосед стал после того, как ему сначала утроили учебную нагрузку (Личи не болеют, не спят, не едят, не устают), а зарплату только удвоили. Вышел скандал. Юрий Натанович, внезапно для себя вышедший из маразма после смерти, хотел было возмутиться, но потом сообразил, что возмущенного Лича, каким бы он хорошим человеком не был, быстро пропишут на местном кладбище. В итоге он почесал обнажившийся под париком череп, и организовал некоммерческую организацию «Общество защиты прав мертвых граждан» ОЗПМГ. Потом пришел в полнолуние на местное кладбище и поднял всех его обитателей. И провел собрание. Назначил себя председателем, написал открытую петицию о недопущении подобной дискриминации. Петицию подписали все участники митинга. Потом собрание расползлось по могилам, а Юрий Натанович пошел в местную газету.

Обнаружив официально обнародованный петицию в утренней газете, и внимательно прочитав список подписавших, администрация города отстирало залитые кофеем брюки, и снова вызвала некроманта. Некромант приехал, задумчиво посмотрел на абсолютно спокойнее кладбище, постучал по случайному надгробию и услышав заверения, что все в порядке, дал на чай бросившему пить кладбищенскому сторожу. Потом пошел к Юрий Натановичу, долго пил с ним брусничную настойку, а утром уехал, изрядно помятый, с письмом в минтруд и значком кандидата в «ОЗПМГ».

Все успокоились. А через пару месяцев начались парламентские слушания на тему поправок к трудовому законодательству. Снова отмыв одежду от кофе, члены местной администрации собрались и выписали постановление университету. Чтобы те немедленно выплатили компенсацию Юрий Натановичу, заключили с ним договор по новой форме и вообще всячески ублажали мертвого старикашку.

Университет изыскал фонды. Установил для профессора Фидельмана шестнадцати часовой рабочий день, и сделал вид, что так оно и было. А Юрий Натановича перестали пускать в синагогу. Официально – потому что он мертв. А нежить вроде как не может исповедовать иудаизм. Но как мне рассказала соседка, по слухам, виноват в этом проректор по хозяйственной работе, зять местного раввина. Вроде как это он сам изыскивал средства, и доставал, чуть ли не из своих карманов.

Юрий Натанович крепко обиделся и пошел выяснять отношения к раввину. Теологический диспут быстро перешел в стадию магического мордобоя. На эпическую битву между высшим личем и обращенным жрецом – иудеем сбежались посмотреть пол города. Другая половина активно делала так, чтобы эти самые пол города, но уже чисто физически, не ушли под землю. Вызванный кем-то наряд полиции быстренько распылил слезоточивый раствор солей болотного железа, скрутил дебоширов и впаял по пятнадцать суток за хулиганство.

Опять же, по слухам, во время отсидки раввин сделал себе татуировку синагоги во всю грудь, чем страшно гордился.

А Юрий Натанович, после всех этих событий, жарил свиной шашлык перед домом ребе и приседал со штангой. При этом подперев дверь Раввина какой-то палкой, предварительно прокляв ее каким-то безвредный но адаптивным проклятием. На несдвигаемость.

Соблюдающий Шабат, и беспомощный по это причине раввин весь день разглядывал приседающего Лича, который при этом съел порядка двадцати кило свинины. На это дело, в итоге, пришел любоваться отец Петр, настоятель православного храма. Батюшка поговорил о чем то с Юрий Натанычем, они забрали недоеденный шашлык и ушли в местный парк продолжать беседу. В результате Юрий Натаныч Фидельман, по слухам, едва не стал Федченко. А ребе, в итоге, купил у отца Петра двухсотлитровую бочку освященной воды, подключил к электронасосу, который должен был подавать воду в автоматическую поливалку, и замкнул поливалку на датчик некроэманаций.

На этом конфликт оказался исчерпан. Юрий Натанович продолжает повышать успеваемость в отдельно взятом университете, пугая студентов до икоты одним фактом своего существования. Студенты ходят на лекции и семинары к Фидельману всегда. Больные и здоровые, живые и нет. Когда на экзамен пришел погибший накануне в аварии студент, неся голову в наплечной сумке, ректор пришел к моему мужу напиваться. Юрий Натанович поставил тому автомат, вручил значок и заявил что не даст отчислить такого ответственного молодого человека. И что любой желающий помешать образованию новоявленного зомби должен переступить через его, Фидельмана, труп.

Зомби получился тихим. И только хрипел воздухом из обрубка шеи. Но прилежно ходил на занятия записывал лекции. Экзамены сдавал письменно. Вызванный в очередной раз некромант пропитал изрядно пованивающего студиоза формалином с какими-то добавками. Со временем студент, как ни странно, влился в коллектив, ругался с родителями, доказывая свое безусловное право быть мертвым а не лежать в могиле, и периодически забывал а баре голову.

После этого случая Фидельмана стали настойчиво приглашать на работу в Бауманку. Юрий Натанович до сих пор обдумывает предложение.

Вообще, чего я про него вспомнила то? Сейчас Юрий Натанович стучал во входную верь. Все бы ничего, но на левом плече у него болталось чье-то бездыханное тело. Нет, не подумайте обо мне ничего плохого, я толерантная и терпимая женщина, и уважительно отношусь к слабостям других людей. Но утилизировать труп случайного проходимца мне банально негде.

- Анечка, доброго вам дня! Как Ваше драгоценное здоровье?

- Вашими молитвами, Юрий Натанович. Вы к Феде? Он уехал детьми в поликлинику.

- Да я тут собственно, прошу мне помочь в крайне нелепой ситуации. Этот молодой человек сосем сомлевши. Видимо, нервное перенапряжение. Вы же знаете нынешнею молодежь. Пьянки-гулянки, сон по три часа в сутки. А в результате… Ну, а у меня сами понимаете, не сама здоровая атмосфера, пусть он у Вас полежит, пока не очнется?

- Конечно, Юрий Натанович, заносите его скорее. – я убрала руку со штурмового дробовика, стоящего в корзинке с зонтиками – А что это за молодой человек, и как он оказался у Вас дома? И что стало причиной нервного перенапряжения?

- Да понимаете, этот молодой человек, зовут его, кстати, Миша, приезжий. Из самой столицы! И он только что, в обмен на право наследования моего имущества, заключил со мной договор пожизненной ренты.

Так как на пикабу лимит символов для комментария - 10000, то для оценки работ будут отдельные комментарии.

Комментарий для оценки работы номер два.

Конкурсная работа номер два (часть вторая).

Я не знаю сколько времени прошло, свет загорался уже шесть раз, с первого раза люди исчезали по одному, только один раз забрали двоих, получается восемь человек уже нет. В комнате стало заметно свободнее, теперь можно даже прилечь. Старик согласился с моим выводом, что это всего лишь шоу, зрители любят наблюдать за подобным. Я это так не оставлю, когда я выйду отсюда - я уничтожу их, суд закроет их проклятую студию. Не в силах больше терпеть - я опять кричу туда, где должна быть камера:

-Вы ведь слышите меня? Когда вы меня выпустите - я вас засужу! Даже если вы скроетесь от правосудия - я найду вас! Чертовы телевизионщики, будьте вы прокляты!

Вдруг сбоку послышался голос того самого парня, который оказался на месте Юджина:

-Да заткнись ты уже, полоумный, это не шоу, какого хрена тогда мы ничего не помним, если это всего лишь шоу? Орешь тут как резаный, лучше бы думал, как нам выбраться.

Меня наполнила ярость, очевидно ведь, что он обычный актер, который пытается меня запутать. Почему мы ничего не помним? Может я один ничего не помню, а вы просто играете свои роли. А что если я один здесь не играю роль, вдруг мне вкололи сыворотку, которая стерла мне память. Да как они посмели это со мной сделать?! Они за все ответят, а первым будет этот умник. Точно, он ведь с ними заодно. Ну ничего, сейчас я выбью из него все дерьмо, он все мне расскажет. Я на ощупь подполз к нему, схватил его за одежду, начал трясти его и кричать:

-Выкладывай, ты ведь заодно с ними! Ну же, говори, или я убью тебя!

Я избивал его с такой яростью, что правда хотел убить.

-Говори, ублюдок, ты ведь чертов актер, а это все шоу! Почему ты молчишь?!

Его тело уже обмякло у меня в руках, когда Старик и еще двое мужчин оттащили меня от него, он так и не сказал ничего, ну ничего, они еще раскроют себя. Надо только подождать.

Те двое прижали меня к полу и не давали мне двигаться, я отбивался от них как мог, а Старик тем временем возился с избитым парнем. Спустя минуту он облегченно выдохнул и сказал:

-Пульс есть, все-таки этот псих не убил его, но все равно лучше свяжите его чем-нибудь, для безопасности.

Один из парней снял рубашку, разорвал ее на две части и начал обматывать ею мои руки, пока второй все еще не выпускал меня, я пытался мешать им, но им все равно удалось обездвижить меня, когда он связал мне руки, он принялся обматывать рубашкой мои ноги.

-Да вы здесь все заодно, кричал я им, даже ты, Старик, а я ведь сначала верил тебе. Сдохните! Надеюсь вы все сдохнете!

Наконец одному из них это надоело и он ударил меня по затылку, я потерял сознание.

Когда я пришел в сознание - я узнал, что свет загорался еще дважды, во второй раз они забрали Старика. Я уже начал сомневаться, что это шоу, ко мне подошел фанатик и опять заладил свои безумные проповеди:

-Они заберут нас, мы все покойники, нам не уйти от Них, не спрятаться, Они везде найдут нас!

А что если он прав? Вдруг я ошибался? Вдруг нам правда конец? Я уже не знаю что делать. Я связан, все опасаются меня, для них я такой же безумец, как и этот псих, сидящий рядом со мной. Я умру? Меня заберут в таинственный свет? Может попробовать с Ними договориться? Этот парень ведь знает что-то, так может Они отпустили его, а он провинился и Они снова заперли его? Или Они специально оставили его с нами, чтобы мы поняли Их и подчинились? Может он несет нам Их волю?

-Эй, вы слышите меня? Прошу, не убивайте меня, я хочу жить, выпустите меня, пожалуйста, забудьте все, что я говорил, я просто слетел с катушек. Я сделаю все, о чем вы попросите, пожалуйста, пожалуйста, не надо! Это ведь просто злая шутка? Вы наказываете меня за что-то? Я раскаиваюсь, что бы я не сделал, только выпустите меня, я все подпишу, пожалуйста!

Но ничего не произошло. Я все так же лежал на полу, связанный, брошенный всеми, кроме безумца. Почему это со мной происходит? Где я свернул не туда?

Прошло еще 4 вспышки света, в каждую уходило по двое. Мы остались вдвоем с фанатиком. Он не переставая повторял одно и то же "Они пришли, Они уже рядом, Они заберут нас". Это сводит меня с ума. Почему так долго? Когда уже это закончится? Убейте меня. Я хочу умереть. Это невыносимо, хватит мучать меня.

-Убейте меня. Заберите меня и убейте. Я не могу больше, просто убейте меня! Я умоляю вас!

Свет загорелся еще раз, на этот раз они забрали фанатика.

Я остался один.

Они не услышали мою мольбу.

Или они просто издеваются надо мной.

Я давно уже потерял счет времени. Не знаю сколько я пролежал в одиночестве, может минуту, а может несколько часов. Я больше не могу, я сам убью себя. Мои зубы сомкнулись на языке, теплая кровь начала заполнять мой рот. Я не дамся Вам, раз Вы не хотите забирать меня, то я сам это сделаю. Но тут свет заполнил комнату в последний раз. Меня схватила огромная рука, я уже начал терять сознание от потери крови, но все равно успел увидеть лицо, в памяти начали всплывать очертания, кажется его зовут Генри, Генри Уайт. Он наполовину запихнул мое тело к себе в рот и достал огромную зажигалку. Он поджег мою голову, но я уже отключился от кровопотери.

На часах 4 часа утра, на втором этаже частного дома, на двуспальной кровати сидит человек. Его бьет озноб, трясущимися руками он пытается выпить стакан воды, но он лишь бьется о зубы и проливается мимо. Его жена проснулась от резких движений и спросила:

-Майкл, что случилось, дорогой, тебе приснился плохой сон?

Майкл потянулся за сигаретами, но в ужасе отбросил их в сторону и сказал:

-Знаешь, я наверное все-таки брошу курить, мне опять снился Генри.

-Эх, бедный Генри, всегда был таким веселым, но сгорел от рака легких за два месяца. Уже ведь целых полгода прошло, Майкл, расскажи хотя бы, что тебе приснилось?

-Какая-то глупость, Мэри, просто какая-то глупость.

Конкурсная работа номер два (часть первая).

Отчаяние.

Темнота. Кромешная тьма. Я пытаюсь открыть глаза, но непонятно, удается ли мне, настолько темно вокруг. Кто я? Не помню. Как я здесь оказался? Зачем я здесь? Совершенно ничего не помню. Даже имя свое не могу вспомнить. Пытаюсь пошевелиться, не удается, хотя пут я тоже не ощущаю, я словно зажат. Спиной я ощущаю прохладу стены, левой рукой тоже, значит я в каком-то углу. Передо мной что-то теплое, похоже на человека. Раз он теплый, то он еще жив. Этот факт уже обнадеживает. Насколько же здесь тесно, раз мы с ним прижаты друг к другу настолько, что я не могу пошевелиться. Интересно, сколько нас таких. Глаза постепенно привыкли к темноте, но я могу разглядеть лишь очертания людей. Я пробую расшевелить затекшие конечности, кровь начинает пульсировать по ним, чертовски больно, но надо немного потерпеть и сладостное тепло растекается по рукам и ногам, отлично, хотя бы одна из проблем решена. Вдруг человек, стоящий впереди меня начал тихо стонать и пытаться двинуться, видимо я разбудил его. Я пытаюсь заговорить с ним, но изо рта лишь вырывается хриплый шепот. Чуть промочив горло слюной я пробую снова:

-Эй, ты как там? Руки и ноги не чувствуешь? Попробуй посжимать и поразжимать пальцы рук и ног, нужно разогнать кровь по телу.

Он явно последовал моему совету, потому что в первые секунды его затрясло от боли, но почти сразу после этого он расслабился. После глубокого вдоха и выдоха он обратился ко мне:

-Спасибо парень, я уже начал думать что меня парализовало.

-Ты не в курсе, что это за место?

-Нет, я здесь впервые, ничего не помню, пытался хоть имя вспомнить, ни черта не вышло.

-Та же беда, черт, а я надеялся, что ситуация хоть как-то прояснится.

-Может назовемся как-нибудь? Неудобно ведь общаться без имени.

-Да, ты прав, тогда называй меня Майклом.

-А я буду Юджином, засмеялся мой собеседник.

-О, гляди-ка, кажется тихий час закончился.

-Майкл, нашел время для острот, хотя уж лучше так, чем стоять тут с кислой миной.

Пока мы с Юджином разговаривали, вокруг нас начали шевелиться и другие люди, некоторые даже начали пробовать разговаривать, а один, уже совсем очнувшийся, обратился напрямую к нам:

-Парни, вы давно очнулись? Помните хоть что-нибудь?

-Не хочется тебя расстраивать, старик, но мы знаем не больше твоего.

-А что-нибудь выяснить успели уже?

-Да ничего особого, только то, что здесь темно и ужасно тесно, хотя ты и сам уже наверное в курсе.

-Кстати, ты ведь Юджин, да? А ты Майкл? Можете называть меня Старик, очень уж в точку ты попал, когда так ко мне обратился.

-Старик, тебя голос выдал, ответил ему Юджин.

Я спросил у них:

-Есть идеи, что дальше делать-то будем?

Наш собеседник задумавшись замолчал, я в это время прислушался к окружающей обстановке, за то время, что мы разговаривали, вокруг нас очнулось уже довольно много людей, и все они начали разговаривать, кто-то с тем, кто стоит рядом с ним, кто-то вообще сам с собой, из другого угла доносился мужской плач, никогда бы не подумал, что это звучит одновременно так жалко и так жутко, наверное это из-за того, что ты практически никогда не видел рыдающего мужчину, даже за просто плачущим ты вряд ли часто имел возможность понаблюдать, разве что ты его мать или любимая женщина. Я оперся об угол, чтобы немного снять напряжение с ног, как вдруг меня неожиданно осенило. Я начал тщательно ощупывать стену вокруг себя, мы ведь в комнате, здесь обязательно должна быть дверь, конечно не очень удобно делать это, когда ты стоишь по стойке смирно, но надо попробовать. Как я сразу не догадался, мы ведь должны были как-то сюда попасть, разве что человечество вдруг научилось телепортировать людей, а это жестокий опыт над нами. Я обшарил все стены и слева и позади себя, но ничего похожего на дверь не нашел. Ну что же, тогда попробуем поступить иначе. Я прокашлялся и громко сказал:

-Сейчас все, кто стоит возле стен должны постараться прощупать их и поискать дверь, спиной руками, да даже лицом, используйте любую возможность, главное - найти выход. Если кто-то найдет его, то сразу сообщит всем, и мы сообща подумаем, как нам выбраться отсюда.

Надеюсь они послушают меня, потому что дверь точно не рядом со мной. Прошло пару мгновений и я почувствовал как мой сосед справа и человек, стоящий передо мной начали извиваться и биться об стены. Справа, чуть спереди послышался голос Старика:

-Отличная идея, правда вместо двери может быть люк в полу, или на потолке, но все равно стоит попробовать, нам нужно как можно больше узнать об этой комнате.

Прошло несколько минут активного копошения по всей комнате, но никто так и не подал знака о том, что нашел дверь, или что-нибудь хотя бы отдаленно похожее на нее. Спустя еще минут пятнадцать искать перестали даже самые упертые. Неужели никто так и не нашел ничего? А вдруг кто-то нашел выход, но специально молчит? Хотя зачем ему понадобится это делать? Он ведь тоже заперт с нами, в чем смысл? Черт, надо узнать хоть что-то.

-Ну как успехи? Никто не нашел дверь? Может хотя бы углубление в стене, или неровность? Не может быть такого, мы же как-то оказались внутри. Тогда пусть все попробуют ногами проверить пол, может в нем есть люк.

Ближайшие десять минут в комнате опять было шевеление, но никто так и не отозвался. Остается только один вариант - потолок, но нам до него не добраться физически, мы все зажаты друг другом, а в такой темноте видно не дальше собственного носа, мы даже не знаем, насколько высока эта комната, не говоря уже о том, чтобы рассматривать потолок. Получается, что мы заперты и выхода у нас нет, остается только ждать. Нужно набраться сил, поиски сильно утомили ослабший организм. Я снова облокотился на угол комнаты, но на этот раз никаких идей меня не посетило, я просто провалился в сон.

Разбудил меня какой-то жуткий шум, он доносился сверху, причем звук был такой, как будто над потолком бушевал ураган или мчался поезд. Старик попытался перекричать шум, но у него ничего не вышло, сквозь гул был слышен гвалт людей, но тут мужчина из другого угла закричал во весь голос, слова было почти не разобрать, но я слышал что-то похожее на "Они идут, Они снова идут, мы все покойники, Они заберут нас". Чертов псих, он повторял это раз за разом, как вдруг комнату залил ослепляюще-яркий свет. После непроглядной темени этот свет спокойно мог лишить зрения, но мозг успел закрыть веки раньше, чем глазам был нанесен какой-то существенный вред, а можно было стать очередным персонажем из историй, например о том, как молодой парень потерялся в пещере в горах, скитался по ней несколько дней, а потом нашел выход, вышел и ослеп из-за яркого света. Неожиданно у моих рук появилось небольшое пространство для действий, что бы это могло значить? Постепенно шум начал затихать, а вскоре и вовсе прекратился, я попробовал приоткрыть глаз, вокруг было так же темно, как и в самом начале, когда я только очнулся, даже силуэты не было видно, глаза теперь нескоро привыкнут к темноте, после такого испытания. Кажется стало немного просторнее, теперь я могу согнуть руки в локтях. Я обратился к Юджину:

-Что бы это могло быть?

-Не знаю, ответил он, а ты как думаешь?

Я хотел было ответить ему, но меня прошиб ледяной пот, ноги подкосились, а руки начали дрожать. Передо мной был не Юджин. У него был голос парня лет двадцати пяти, а сейчас передо мной мужчина, лет сорока, с прокуренным низким голосом. Что-то случилось с Юджином. Я решил попробовать позвать его:

-Юджин! Юджииин!

Но ответа не было, только человек, стоящий на месте Юджина просипел что-то оскорбительное в мой адрес. Я не оставлял попыток найти Юджина, попробую узнать у Старика:

-Эй, Старик, где Юджин?

-Нет, Майкл, последнее, что я слышал от него - крик, когда загорелся свет, но тогда все орали от неожиданности и от боли.

Из середины комнаты вдруг раздался истошный ор:

-Что ты сделал с ним? Куда ты дел его?

Видимо пропал не только Юджин, но и еще кто-то. Так вот почему стало просторнее, два человека исчезли. Твою мать, неужели этот психованный фанатик, причитающий в своем углу, был прав? Нет, к черту такие мысли, у всего должно быть логическое объяснение. Надо просто хорошо подумать и я все пойму, кому может понадобиться загонять такую толпу в тесную комнатенку, а потом забирать их по одному? Это наверное какое-то новое телешоу, типа тех, где людей забрасывают на необитаемый остров, ну конечно, нас сейчас снимает скрытая камера, фанатик это актер, который накаляет обстановку, чтобы зрителям было интереснее смотреть. Стоило мне понять это, как я расхохотался и закричал в потолок:

-Вы довольны ублюдки? Я вас раскрыл, это ведь все ненастоящее! Это всего лишь шоу, а среди нас полно актеров! Ха! Думали перехитрить меня? Не выйдет!

Люди вокруг меня зашипели, ну конечно, они ведь актеры, а я раскрываю их игру, менеджерам наверняка это не понравится. Рейтинги могут упасть, шоу закроют, так им и надо, нужно ведь предупреждать о таком, я бы подыграл им, но нет, заперли меня и молчат. Неожиданно комнату опять наполнил тот гул, предшествовавший вспышке света, я предусмотрительно закрыл глаза, когда свет потухнет, глаза все еще будут привыкшими к темноте, может увижу что-нибудь. Когда я открыл глаза - я так ничего и не увидел, но ничего, эта глупая игра когда-нибудь закончится, тогда я засужу всех, кто принимал в этом участие. А пока - посплю, время пролетит быстрее.