Кусочек доброты⁠⁠

- Я не должна больше жить. Пожалуйста, убей меня! - изображал мой голос Виктор. Тот, кто совокуплялся с моей матерью. Тот, кто насильно целовал меня, а затем кончил мне на живот. Тот, кто несколько минут назад ударил маму головой о батарею. Тот, кто держал сейчас нож у моего лица. - Повторяй за мной, дрянь! - вызверился мужик, когда я не произнесла ни слова. - Я не должна больше жить. Убей меня!

- Прошу, оставьте сестру в покое. - сквозь слёзы, умоляла Виктория.

Я бросила на неё печальный взгляд. Глупая сестрёнка променяла жизнь в достатке на заточение в двухкомнатной квартире. Обменяла общение с людьми из высшего сословия на компанию матери-неудачницы и толпу алкашей. Бросила беззаботную жизнь ради никчёмного существования.

За что Вика себя так наказала, я не знала. Но искренне ей сочувствовала, видя как, за три месяца, из холёной красавицы она превратилась в запуганную овечку.

Я была счастлива вновь увидеть Викторию живой, но лучше б ей не возвращаться. Глупая. Глупая сестрёнка.

- Да не нужна мне эта малолетка. - мужик наигранно поморщился и убрал от моего лица нож. Но не прошло и секунды, как он наградил меня увесистой оплеухой.

В ушах зазвенело, перед глазами начали плясать разноцветные круги, правая половина лица горела от удара. На мгновение, я потеряла связь с реальностью, а очнулась тогда, когда услышала отчаянный крик Виктории.

- Отпустите нас, пожалуйста. Я отдала вам всё, что у меня было.

- Врёшь, сука! Знаешь ведь, где взять ещё. Говори, а не то прикончу твоих любимых родственничков. - Виктор снова замахнулся на меня ножом. Я хотела отползти от него подальше, но упёрлась спиной в диван.

Вика бросилась на сумасшедшего, но мужик с лёгкостью отбросил её в угол комнаты.

Ещё один мамин дружок, схватил сестру за горло и запихнул ей в рот какую-то тряпку. Затем, скотчем примотал руки к телу и оставил лежать на полу.

- Я ж по-хорошему с вами. А ты кидаешься. - обиженным тоном просипел Виктор и, как бы между прочим, вздохнул. - Не хотел ведь этого делать, но ты меня вынудила, Ви-ка.

Мужчина медленно подошёл ко мне, схватил за волосы и заставил подняться на ноги. Мне с трудом давались любые действия, но я послушно выполняла всё, что от меня хотели. Сопротивляться было бессмысленно. Я наверняка знала, что это последний день в моей жизни.

Виктор встал позади меня, наклонился к уху и гаденьким тоном прошептал:"Жаль, не успели повторить наши влажные приключения". А затем, вогнал мне в живот нож, по самую рукоятку.

Из глаз посыпались искры. Я согнулась пополам от боли и упала на пол. Смотрела на заливающуюся слезами сестру и думала, что поступаю эгоистично, умирая первой. Мне не хотелось оставлять Вику одну в этой ужасной квартире с монстрами. Но ничего не могла сделать.

Тело медленно покидала жизнь. Из раны сочилась кровь, образовывая подо мной лужу.

Где-то на границе сознания, я увидела что мама пришла в себя. Держась за раненную голову, она ползла в сторону сестры.

Алчные мужланы насмешливо наблюдали за бывшей собутыльницей и умудрялись отпускать нелицеприятные комментарии в момент, когда женщина поворачивалась к ним задом.

Добравшись до Виктории, мама села так, чтоб закрыть дочь собой. Я слышала слова утешения, которые она шептала. Видела в её глазах страх за жизнь ребёнка. Долго всматривалась в дрожащие руки, которыми мама приглаживала спутавшиеся волосы моей сестры.

Я успокоилась, осознав, что Вику эта женщина одну не оставит.

Той, кто умрёт в одиночестве, буду я.

В голове проносились картинки счастливых мгновений. Их было немного. Но они всё-таки были. Я воскресила в памяти самый радостный день жизни. День, когда внезапно вернулась Виктория.

Очередной летней ночью, я сидела на любимой скамейке, во дворе своего дома. Из окна маминой квартиры доносились пьяные завывания и хохот. Я ужасно хотела есть и спать, но упрямо ждала на улице, пока праздник жизни, в квартире номер семь, утихнет.

В какой-то момент я всё же задремала. А проснулась от яркого света, настойчиво проникающего под веки.

Я проморгалась, устремила взгляд на источник раздражителя и не поверила своим глазам. Посреди никчёмного двора, горела какая-то трещина в воздухе. Она была неровной и мерцала всеми оттенками фиолетового.

Мне стало не по себе. Я чувствовала нечеловеческую, инородную силу, исходившую от сияния. Медленно поднявшись с лавки, я попятилась к подъездной двери. Сделала не более пяти шагов, когда неестественное нечто пропало, издав оглушительный треск.

Незамедлительно взревели сигнализации автомобилей. Сонные люди выглядывали из окон своих квартир, пытаясь понять что произошло. В одно мгновение стало очень шумно. Но меня это не трогало.

Я смотрела на девушку, которая стояла на месте странной фиолетовой трещины. Незнакомка была одета в красивое платье изумрудного цвета. Узкий лиф подчёркивал пышную грудь, на талии был повязан пояс, усыпанный драгоценными камнями, шёлковая юбка облегала стройные ноги, а в пшеничных волосах сверкала диадема.

Девушка неуверенно шагнула в мою сторону. Замерла на мгновение. Сделала ещё несколько небольших шагов и остановилась под тусклым светом фонаря.

В зелёных глазах, вздёрнутом носе, пухлых губах и приподнятых бровях я узнала свою сестру. Узнала, но сама себе не поверила.

Вика не выдержала первой. Бросилась на меня с объятиями и разрыдалась. В перерывах между всхлипами, она что-то бормотала про порталы, другие миры и разбитое сердце. Я ничего не понимала, да и не пыталась. По крайней мере, в тот момент.

Объятия вывели меня из ступора. Я прижалась к сестре так сильно, что она охнула. Мы обе плакали и радовались долгожданной встрече. Вокруг царила ночь, бегали туда сюда люди и визжали сигнализации машин. А нам было всё равно, ведь мы снова есть друг у друга.

Это был момент полный счастья, который разрушился, когда мать рассказала своим собутыльникам обо всех обстоятельствах возвращения Вики домой.

Три месяца эти нелюди тянули из нас деньги, которые удалось выручить с продажи платья и украшений сестры. А когда закладывать в ломбард стало нечего, начался ад.

Меня, Вику и маму, по одной, вылавливали на улице, караулили в подъезде и избивали до полусмерти, пытаясь вытрясти из нас информацию где спрятаны другие драгоценности.

Проблема была в том, что мы всё продали. У нас ничего не осталось. Но никто из маргиналов в это не верил.

И привело это к краху. К ненавистной квартире, раненой матери, измождённой сестре и моим предсмертным хрипам.

Я, в последний раз, посмотрела на сестру. Разомкнула пересохшие губы, чтоб прошептать слова прощания, но не успела.

Стёкла в квартире выбило чудовищной, иррациональной силой. Стены зашатались, перегородка между двумя комнатами разрушилась, а на её месте возник разлом. Точно такой же, какой я видела в ночь, когда вернулась Вика.

Фиолетовая вспышка ослепила. Я прищурилась, стараясь рассмотреть происходящее.

Недоразвитые алкаши озирались по сторонам, силясь осознать глобальность проблемы. На их лицах явно читались страх и непонимание. Но метания уродов продлились недолго.

Подтянутый мужчина, появившийся из портала, в мгновение ока, свернул голову сначала Виктору, а затем и его подельнику. Оба алкаша, с глухим стуком, замертво упали на пол. Я возликовала свершившемуся правосудию.

Из-за жирного тела, закрывшего собой обзор, мне было почти ничего не видно. Но кое-что разглядеть всё-таки получилось.

Виктория, освободившаяся от кляпа и скотча с помощью матери, вскочила на ноги и кинулась к незнакомцу. Его длинные черные волосы обрамляли красивое мужественное лицо: глаза цвета атлантического океана, волевой подбородок, тонкие губы, аристократичный нос и тёмные брови.

Незнакомец был хорош собой, но больше походил на статую, чем на живого человека. Он двигался, разговаривал с Викторией, которая молила о прощении и заливала слезами его камзол, но казался недостаточно живым. С ним явно было что-то не так. Но разбираться что именно времени не осталось.

Виктория, под руку с мамой, шагнула в разлом. Неизвестный спаситель обвёл безразличным взглядом разрушенную, старую квартиру и повернулся ко мне спиной. Он смахнул в рукава камзола пыль и сделал шаг по направлению к порталу.

Я выдохнула. Опасность Виктории не грозила. Я могла быть свободна.

- Будь счастлива, сестра. - прохрипела я пересохшим горлом и позволила нескольким слезинкам скатиться по лицу.

Умирать было не жаль. Меня расстраивало, что последними, перед своей смертью, я вижу не лица близких, а спину мёртвого Виктора, которого ненавидела всей душой. Он, словно клещ, присосался ко мне и, похоже, собирался провожать на тот свет.

"Больной ублюдок! Если ад существует, я желаю тебе оказаться там одному. Чтоб все черти развлекались лишь за твой счет" - промелькнуло в моей голове и я расслабилась. А спустя мгновение, словно божественное провидение, на моё лицо упали солнечные лучи. Вонючее тело Виктора больше не закрывало собой обзор.

Сквозь пелену слёз, я увидела как незнакомец опускается на колени, тянет ко мне свои руки с изящными длинными пальцами, бережно поднимает моё тело над землёй и несёт к порталу.

Будь у меня время, я бы обязательно поблагодарила этого человека за доброту, которой он одарил меня в последние минуты жизни.

___________________________________________
От автора: следующие несколько глав будут повествоваться от лица второго главного героя. Там вы узнаете немного о жизни Виктории в другом мире, до событий в этой главе. (если вам, в принципе, хочется видеть продолжение моих "творческих изрыганий" :D)