Код Фиолетовый. Книга 1. Часть 4⁠⁠

Николай Петрович и не заметил, как пролетела его трудовая карьера инженера, начавшаяся ещё в «период застоя» Советского Союза, свернувшая в 90-х на торговые рельсы, где и потерпела крах. Но Петрович не унывал. Работал сварщиком, таксовал, когда закрылся завод. Устроился водителем мусоровоза и не жаловался на жизнь. Даже несмотря на то, что в 90-е потерял не только бизнес, но и жену с дочуркой. Нет, их никто не убил. Они были живы и вполне себе здравствовали, но отдельно от него. Жена не пожелала «оставаться с неудачником, во времена больших возможностей». Затем она как-то подозрительно быстро вышла замуж за более, так сказать, успешного, и вскоре с ним и дочерью отбыла на пмж в Германию, являющейся фатерляйном её нового мужа. Больше он ни её, ни дочь не видел и не слышал. И если в отношении бывшей супруги он был только рад этому обстоятельству, то отсутствие возможности не то, что повидаться, но даже пообщаться с дочерью его сильно печалило. Так и пролетела жизнь. И вот он уже пенсионер. Пенсия не сказать, чтобы была большой, но Николаю Петровичу, с его весьма скромными запросами, вполне хватало. Только вот скука смертная. Всё чаще наваливалась тоска и печаль от невозможности увидеть дочь. Он пытался одно время найти их следы, но лишь смог выяснить, что и с этим мужем его бывшая развелась и по слухам, оттяпала неплохой кусок его бизнеса. Но на это Петровичу было плевать, а вот тот факт, что после этого она перебралась в штаты, сменив фамилию, а возможно и имя, привёл к осознанию того, что дочь ему больше не суждено увидеть. И тогда Петрович запил. И так бы и спился. Спас его Андрюшка, соседский пацан из хрущёвки, квартиру в которой дали инженеру Николаю Петровичу Вострикову в самом начале 80-х годов. В 90-е пацан вырос и повзрослев переехал от родителей, но частенько навещал их поначалу, а потом переехал в другой город. А тут вот, как оказалось вернулся. И через несколько дней встретил Петровича, выходящего из магазина с бутылочкой «беленькой». Соседский пацан уже и сам обзавелся легкой проседью к тому времени и из Андрюшки превратился в Андрея Викторовича, заместителя главврача районной больницы. Он проводил нетвёрдо стоящего на ногах старика до дому. Выслушал его, но пить с ним отказался. Вместо этого предложил старику работу сторожем. В морге. Только с условием чтобы тот взял себя в руки и завязал. Ещё он пообещал ему связаться с коллегой из штатов и попросить того помочь с розыском. Надежда на успех мала, но … Но Петровичу хватило и этого. Надежда, это то, что ему было нужно. Он даже не докучал Андрею с вопросами на эту тему, но тот сам звонил старику изредка и поинтересовавшись его делами, с сожалением сообщал, что пока никаких следов не обнаружено. Петрович лишь грустно вздыхал, но продолжал надеяться на чудо. Работал сторожем в том морге, куда его устроил Андрей и завязал с алкоголем, решив копить на подарок дочери. Несмотря на кучу историй, гуляющих по интернету и воплощённых уже во многих книгах подражателей Стивена Кинга, работа сторожа была скучной, безо всяких леденящих душу историй. Никакие трупы не восставали в ночи и не пытались выбраться на волю и даже старческого мяска Петровича отведать и то не желали. Поэтому его смены проходили спокойно, без особых происшествий, не считая привоза ночных трупов, но ими занимался ночной санитар, поэтому сторожа эти моменты и не напрягали особо.
Нынешняя ночь стала исключением. Нет, никакого восстания мёртвых и прочего треша. Но, сначала им привезли неопознанный труп, дело, вроде, привычное, только вот потом, посреди ночи приехали какие-то люди на двух черных микроавтобусах, сунули под нос корочки ведомства, о котором даже по телевизору редко упоминают, а уж вживую представителей этого ведомства он и не встречал ни разу. До этой ночи. А тут приехали, да ещё такой делегацией. И за чем? За трупом какого-то бомжа, привезённого в морг вечером. Ни бумаг, ни других оснований не предоставили. Просто – мы его забираем, и всё. На возражения один ответ – проблем не будет. Мы его в любом случае заберём и согласия не спрашиваем.
Пришлось отдавать. А куда деваться? Там двое вообще с какого-то странного вида, небольшими автоматами были. Вот и поспорь попробуй. В полицию после их отъезда звонить не запрещали, но и не рекомендовали, мотивируя это тем, что проблемы у него появятся именно в этом случае. Если же будет сидеть тихо-мирно, то по утру их начальство решит вопрос с его и всё. Никаких претензий к нему не будет.
Они и забрали интересующий их труп, да укатили в ночь, а ты сиди тут на нервах и гадай, чем вся эта история, для тебя лично, кончится.
Проблемы всё же возникли. Причём не дожидаясь утра. Не прошло и часа с их отъезда, как прикатило ещё две машины. На этот раз два одинаковых черных джипа. И снова корки в нос. Организацию они представляли другую. Более известную, но от того не менее могущественную. И угадайте с одного раза чего им понадобилось посреди ночи в морге? Да, тот самый труп, что увезли первые ночные гости. Узнав, кто увёз и когда, визитёры переглянулись и, рассевшись по машинам, рванули прочь.
Петрович так и не сомкнул глаз в ту ночь, ожидая ещё каких-либо посетителей желающих изъять этот востребованный нынешней ночью труп в своё распоряжение. Он пил чай и с тревогой ожидал утра. Чем всё закончится? Вдруг рука его дёрнулась, видимо от нервов, и добрая половина содержимого чашки выплеснулась на пол.
Этого ещё не хватало, подумал сторож и отставив кружку, пошёл за тряпкой. Вытерев пол, он увидел, что на улице начало светать.
И чего проснулся в такую рань, недоумённо задумался Петрович. Оглядев себя, он понял, что и не ложился вовсе. Это что у меня, этот, как его, сомнабулизм что ли? Или как его. Чего я хожу брожу, вместо того чтобы лечь вздремнуть? Все события минувшей ночи исчезли в одно мгновение из его головы, словно кто-то нажал кнопку «удалить». Поэтому он так и не смог сообразить, почему сидит с чашкой чая, вместо того чтобы спать спокойно.