До первых петухов ч. 2⁠⁠

До первых петухов ч. 1 - До первых петухов ч.1

Снова трактир погрузился в тишину, прерываемую шуршанием из-за буфета. И вновь она продлилась не долго. Из-за буфета показался трактирщик с огромной бадьей чищеной картошки. Поставил бадью на пол у печи, а сам, пнув ногой дверь черного хода, вышел на задний двор. Вскоре вернулся с охапкой дров и стал разводить огонь в печи. Все это он делал, как обычно сутулясь. Действия его были проворны и расчетливы. Было заметно, что все эти процедуры Котч делает не в первый и даже не в сотый раз. И наблюдая за ним, складывалось ощущение, что делает он это все даже с удовольствием. Когда огонь в печи был разожжен, трактирщик снял со стены здоровенную плоскую сковороду, на глаз почти метр в диаметре, и водрузил на печь. Дальше зажег от огня лучину и начал зажигать свечи на светильниках, что висели над столами по всему залу трактира. В трактире наконец-то стало светло. А Котч не останавливался. Он снова отправился за буфет под лестницу. Вынырнул оттуда с большой миской нарубленного ломтями свиного сала. К этому времени сковорода уже успела нагреться, поэтому, когда Котч вывалил сало на нее, раздалось резкое шкварчание, которое со временем притихло, но не исчезло совсем. В те моменты, когда Котч большой деревянной лопаткой перемешивал сало, оно снова начинало громко шкварчать, но потом затихало.

За всем этим, как завороженный, забыв про сидящую рядом девушку, с которой нужно было обязательно познакомиться, наблюдал Олаф. Воистину можно бесконечно наблюдать за тем, как работает другой человек. Девушка тоже с интересом следила за Котчем. А вот у Джэрвезиуса это действо не вызывало интереса, он сидел погрузившись в чтение той самой книги, что висела у него в футляре.

После того, как Котч высыпал на сковороду картофель, его действия перестали вызывать интерес у Олафа, так как превратились в однообразное помешивание. В совокупности с распространяемым аппетитным запахом вызывали теперь даже негативный эффект, так как кушать хотелось, а наблюдение за однообразными действиями трактирщика заставляли время тянуться дольше. Поэтому мысль о том, что с рядом сидящей девушкой нужно обязательно познакомиться, вновь стала терзать Олафа. Но стоило ему только открыть рот, как дверь в трактир снова с грохотом распахнулась, и в трактир вошел новый персонаж - среднего роста рыжеволосый мужик с наглой рожей. Безрукавка на нем была расстегнута, и из-под нее был виден покрытый густыми рыжими волосами жилистый торс.

-Да чтоб тебя! - подскочив с места и с досадой шмякнув ладонью по столу рявкнул Олаф.

-Ого, полегче здоровяк! - ответил вновь прибывший в такой манере, будто выходка Олафа его ничуть не напугала.

-Олаф! - снова рявкнул Олаф.

-Кто Олаф?

-Да я, я Олаф! – здоровяк, продолжая говорить эмоционально, ткнул себя пальцем в грудь.

-Все, я понял, - новичок выставил руки перед собой ладонями вперед, стараясь таким жестом охладить пыл Олафа, - я понял, ты - Олаф, а я - Рагнар.

-Будем знакомы, Рагнар, - успокоился Олаф.

-Будем.

Олаф, успокоившись, шмякнулся обратно на свое место. При этом его молот, который покоился на соседнем стуле, с грохотом рухнул на пол, вызвав ощутимую дрожь в полу.

Рагнар, окинув взглядом трактир, ехидно сощеревшись обратился к остальным:

-Приветствую и остальных посетителей данного заведения! Как я понял, у вас тут принято представляться с ходу! Мое имя Рагнар.

-Прям как короля - послышался голос Джэрвезиуса из дальнего угла.

-Ага, прям как короля, вампир его загрызи. А тебя хозяин, - обратился он к трактирщику, - я приветствую отдельно и с ходу задаю вопрос. Пиво есть у тебя?

-Есть, - ответил Котч.

-Ну, так подай скорее, дружище! - Рагнар похлопал по барной стойке ладонью и забрался на высокий барный стул, оказавшись к остальным спиной.

Только тогда все заметили, что волосы у Рагнара собраны в длинную косу, которая доставала до пояса. На конце косы висел размером с кулак шипованный металлический шар.

Котч отвлекся от сковороды, чтобы налить Рагнару пива, заодно поинтересовался у остальных, хочет ли кто тоже. Но не получив положительного ответа, вернулся к процессу жарки картофеля.

Рагнар, сделав пару глотков, повернулся через плечо к остальным:

-Ничего, что я к вам спиной? Ни чью гордость или честь я не посрамлю данным маневром?

-Да ничего. - Как-то не уверенно промямлил Олаф.

-Сударь, - вновь вступил в разговор Джэрвезиус, - если бы вы не обратили на это внимание, никто бы и не заметил этого, как вы выражаетесь, маневра.

-Чудно! - радостно сказал Рагнар, поворачиваясь на стуле к остальным лицом. - А то знает ли, бывает, сидишь, никого не трогаешь, а потом вдруг оказывается, что ты какому-то дяде своим поведением действуешь на нервы, или по отношению к какой либо тете ведешь себя неподобающим образом.

Замолчав, Рагнар внимательно посмотрел на троих гостей трактира. Все они в ответ смотрели на него, но молчали. Причем молчали с таким видом, будто ждали, когда же Рагнар снова заговорит. И Рагнар не заставил себя ждать:

-Тааак! Получается я неправильно понял, не принято у вас тут с ходу представляться а? А я как дурак… - Он сделал глоток из кружки с пивом и облокотился спиной о барную стойку.

-Не могу говорить за всех, - Ответил Джэрвезиус, - но как может быть принято что-либо в месте, где три человека находятся на протяжении часа максимум?

-Пожалуй, вы правы, - как-то с издевкой проговорил Рагнар, - Пожалуйста, ради всех богов, не сердитесь на меня, сударь, и представьтесь, а то упрекаете меня, а сами не представились.

Рыцарь встал.

-Что ж, раз вы просите, я откликнусь, как подобает благочестивому рыцарю. Не смотря на то, что вы оскорбляете мою веру. Мое имя Джервезиус, я рыцарь ордена исконных богов.

-Да, слышал я про ваш орден, - вновь с ехидством сказал Рагнар, в принципе все его реплики были и будут ехидны, поэтому впредь не стану на этом заострять внимание, дабы не повторяться. - Чем же я оскорбил твою веру?

-Вы упомянули всех богов. Это значит и новых и исконных.

-А что? По-моему ловкий маневр. В наше время, когда не знаешь, кто в каких богов верит, сразу “попадаешь” и по тем и по другим.

-Вооот! - Джэрвезиус стал говорить громче, - Вот это и оскорбительно! Вы не видите разницы, вам все равно...

-А какая разница, кто в каких богов верит?

-Как это какая?, - Джэрвезиус перешел на крик. - Такая, что есть только исконные боги, а новых богов не существует! А ваша фраза “ради всех богов” подразумевает, что новые боги тоже есть!

-Да мне...

-А их нет!!! - окончательно потеряв контроль, вопил рыцарь

-… насрать.

Джэрвезиус явно опешил от последних слов Рагнара. Его челюсть отвисла, а глаза округлились:

-Да… Да как вы смеете? - рыцарь выхватил меч из ножен - Насрать на богов? Это богохульство!

-Да насрать. Потому что их не существует. Только полный дебил будет верить в это! - Рагнар, абсолютно не напрягаясь, так же сидел, облокотившись спиной на барную стойку.

-То есть, по-вашему, я дебил? - Джэрвезиус бросился на Рагнара, замахнувшись мечом, но уперся в Олафа, который выскочил перед самым его носом.

Олаф расставил руки в стороны, не давая Джэрвезиусу прорваться к Рагнару.

-Да вы что, народ, совсем того? - возмущенно и немного с обидой басил Олаф, - Рагнар, ну зачем ты задираешь Джэрвезиуса?

-Не сложно задирать того, кто сам задирается. Я озвучил ему свою точку зрения. Только и всего.

-А ты, - Олаф обратился к рыцарю, подталкивая его на своем место, - ты всегда кидаешься на людей, если они не разделяют твои взгляды?

Видимо на Джэервезиуса подействовала последняя фраза и он, успокоившись, вернулся на свое место. В трактире снова наступила тишина.

В это время трактирщик уже доготовил жареный картофель. Наполнив три здоровенные металлические миски, он подал их. Одну девушке, имя которой до сих пор оставалось в тайне, и две Олафу. Потом, все так же сутулясь, убежал за пивом.

Когда еда была подана, Олаф кинулся жадно поглощать содержимое одной из мисок. Девушка тоже принялась за еду, но в отличии от Олафа, делала это не так рьяно.