Бунт на плацу⁠⁠

После ранения нашего командира полковника Ярославцева в ходе новогоднего штурма Грозного, его обязанности стал исполнять его заместитель подполковник Айдаров.
А у него был пунктик, что война войной, а смотры строя и песни нужно устраивать, несмотря на погоду, обстрелы и боевое дежурство.
В очередной раз, когда полк уже переехал с консервного завода на медицинские склады, Айдаров решил это дело отметить очередным смотром.
Причем, решил отметить с помпой, в стиле парада на Красной Площади в москве, когда войска прямо с парада отправлялись на защиту столицы.
Для этого личный состав подразделений, кроме тех, кто был на блок-постах и нарядах, облачили по полной боевой экипировке, т.е. бронежилет, каска и штатное оружие. Хотя те, кто был на блок-постах и так были по полной боевой.
Хмурое чеченское небо низко висело над Грозным, временами оно, конечно продырявливалось, проливая мелкий и холодный дождь на построенные подразделения 81 гвардейского дважды краснознаменного орденов Суворова, Кутузова и Богдана Хмельницкого мотострелкового полка, которые в суровом молчании стояли в ожидании начала церемонии.
Подполковник Айдаров, как обычно, сначала помучил полк своими: Равняйсь - Смирно, а потом началось стандартное:
- По-о-олк, смирно!!! Управление полка прямо, остальные - напра-во! На одного линейного дистанция! Шаго-о-ом марш!!!
Никаких линейных, конечно не было, но шаблон, заложенный подполковнику в голову еще в Уссурийском Суворовском Училище и в Московском Высшем Общевойсковом Командном Училище, заставлял язык произносить заученные слова.
Офицеры штаба дружно зашагали с левой ноги, весь остальной полк синхронно зашагал на месте.
После начала движения, запевала начинал куплет песни, а затем все остальные поддерживали товарища своими ни разу немузыкальными голосами.
Прошло управление полка, приданная танковая рота 6 танкового полка, первый батальон, второй батальон, ремрота.
Все горланят свои походные песни. И.О. Командира полка сияет как начищенная солдатская бляха.
Пришло время роты связи.
Командир роты отдает приказ:
- Песню, запе-вай!
Как пел незабвенный Владимир Семёнович Высоцкий: А в ответ - тишина!
- Песню запе-вай! - Дублирует свою команду старший лейтенант Горбатюк.
Рота связи молча марширует, отбывая каждый шаг, мимо замершего, как статуя Айдарова, который с перекошенным лицом, смотрит на происходящее.
Вот прошел весь полк. Айдаров отправил всех, кроме провинившихся, в располаги, а роту связи отправил еще на один круг.
Командир роты опять зычно горланит свою команду:
- Песню, запе-вай!
Гробовая тишина ему в ответ!
Проходим мимо Айдарова второй круг. Правофланговые смотря прямо, остальная рота молча, делает равнение направо, и преданно смотрят в ясные очи и.о. командира полка. Все это, напомню, в полной экипировке.
После четвертого прохождения у Айдарова, скорее всего, закружилась голова, и он отдает команду:
- Разойдись! Командир роты, ко мне!
Закончилось все более - менее хорошо: старлею попеняли на плохое командование ротой, старлей поорал на личный состав, и всё.
Об инциденте забыли, и больше в условиях боевых действий подполковник Айдаров смотры не проводил.
Уже на гражданке я прочитал "Похождения бравого солдата Швейка", где описывалась практически идентичная ситуация, только там генерал сошел с ума, и писал письма Императору, что такая-то рота совершила мятеж!!!
А не пели мы потому, что запевалы у нас не было.