Бездомный домовой⁠⁠

В одном городе в маленьком домике посреди нового высотного микрорайона жил домовой. Хорошо жил. О старушке-хозяйке заботился, домик понемногу ремонтировал, дорожки чистил, снег с крыши скидывал. Все окружающие дома посносили, всех домовых повыселили, а ему повезло. Упрямой была его хозяйка, не хотела в квартиру переезжать. Так и жил домовой, да радовался.

Но ничто не бывает вечным. Умерла старушка, снесли последний домик, и остался домовой на улице. Что делать, как быть не знает.

Первое время домовой жил на стройке, что на месте его домика затеяли, то у сторожа в каморке приютиться, то в бытовке рабочих, то в кабине подъёмного крана. Холодно и неуютно было домовому. Хоть и под крышей, а нигде своего угла. Пробовал рабочим помогать, злятся, ищут, кто в их бытовке лазил. Не нужным оказался домовой, лишним. И ушёл он со стройки в большой мир счастья искать и место, где пригодится.

Большой мир оказался странным местом. Круглые сутки кто-то куда-то едет, кто-то куда-то идёт, что-то делает. Не спит город, не отдыхает, не размышляет, только бежит всё вперёд, да вперёд, не оглядывается. Завертело домового, закружило. Хорошо сумел в маленький переулок нырнуть, да там отдышаться. Не понравился большой мир домовому, а делать нечего, возвращаться некуда. Надо привыкать и приспосабливаться.

Вышел домовой из переулка, забрался на урну и давай в толпу мимо проходящую кричать: «А вот кому в дом помощника? Денег не беру, за еду работаю, да доброе слово. Кому в дом помощника? Приношу тепло и уют». Долго так кричал, аж стемнеть успело. Никто и головы в его сторону не повернул.

Огорчился домовой, чуть не заплакал. А люди всё мимо да мимо идут. На домового никто и не взглянет. И вдруг один остановился.

– Чего нюни распустил? – спросил мужчина в ярко-жёлтой футболке.

– Это вы мне? – опешил домовой.

– А здесь ещё кто-то есть?

– Нет.

– Так в чём твоя проблема?

– Без жилья я остался, – домовой повесил голову.

– Всего-то? Ну, ты и нюня. Я-то думал… – мужчина покачал головой и ушёл.

А домовой остался. Хотел было за мужчиной этим бежать, да где уж его в толпе отыщешь. Пригорюнился домовой – куда идти, что делать не знает. И шагнул домовой в людской поток, решив, куда-нибудь да вынесет. И вынесло его к огромному зданию светящемуся разноцветными огнями.

Зашёл домовой внутрь и едва не ослеп от такого количества ламп. Проморгался домовой и смог таки разглядеть, где оказался. И увидел он самодвижущуюся лестницу и коридоры широкие как улицы, а на этих улицах магазины, понатыканные как селёдки в бочку. Удивился домовой, рот раскрыл.

– А вот муха-то залетит.

Кто-то ткнул домового в рот мохнатым пальцем. Домовой машинально сжал челюсти.

– Ой-ё, – мохнатый незнакомец заплясал на месте. Домовой отпустил палец. – Откуда ты такой взялся-то?

– С улицы, – домовой опустил глаза.

– Бездомный значит?

– Бездомный.

– Ну, пошли тогда ко мне, чаю попьём, – мохнатый незнакомец взял домового за руку и потащил за собой.

– А вы здесь живёте? – удивился домовой.

– И живу, и работаю, – мохнатый незнакомец широко улыбнулся.

– Но вы же не человек, – ещё больше удивился домовой.

– И что? Ноне все равны.

– Вот как?

– А то!

На самодвижущейся лестнице мохнатый незнакомец представился домовому лешим и рассказал, что подался в город после того, как весь его лес вырубили, и что теперь он работает смотрителем в контактном зоопарке.

– А не проще было новый лес найти? – спросил у него домовой.

– Не проще. Леса нынче дефицит. У каждого хозяин имеется. Лес ноне только силой себе забрать можно. А я мирный, драк не люблю. Да и зверюшкам лучше с тем, кто их понимает.

– А тебе не одиноко?

– С чего? – леший широко улыбнулся, – Тут каждый второй – свой. На кассе Ашана кикимора сидит, черти в охране бегают, русалки по магазинам косметики сидят. Водяной вон вообще начальником пожарной безопасности заделался.

– Вон оно как…

В контактном зоопарке леший познакомил домового со своими зверюшками, однако попросил их не гладить: «Устают они за целый-то день». Потом домовой и леший пили чай. Чай был пакетированным и отчётливо отдавал бумагой.

– Вот жеж болотная морда ни дня без гадости, - леший морщился, но чай всё равно пил.

– Слушай, а можно к вам, а? – домовой отхлебнул чай, не желая обидеть хозяина.

– А что ты умеешь? – леший прищурил глаз.

– О доме заботиться.

– Пойдёт. Уборщиком будешь.

– И к кому мне обратиться? – домовой аж привстал.

– А ни к кому обращаться не надо. Находишь свободное ведро и начинаешь работать. Тут как? Раз работаешь – значит и должен работать. Всех не запомнишь.

Поблагодарил домовой лешего, вышел из контактного зоопарка, нашёл всё необходимое и принялся за мытьё полов. Он наконец-то снова был полезен.