Карго-культ и «совок-культ», или как отхватить минусов на Пикабу⁠⁠

После Второй мировой войны на островах Меланезии случился странный психоз. Аборигены, которые видели, как американские военные строят взлетные полосы, надевают наушники и машут палками (после чего с неба падают тушенка, сигареты и джип), решили: в ритуале дело. Когда янки ушли, островитяне соорудили из соломы макеты вышек, диспетчерских и самолетов. В наушники из скорлупы кокоса они выкрикивали: «Roger that! Over!» — искренне веря, что если копировать форму, то дух богов (читай — грузовой отсек) откроется снова.

Знаете, кому это напоминает современных ностальгирующих по СССР? Выйдите на любой российский форум «За возврат великой державы». Вместо бамбуковых вышек — ностальгический взгляд на плановую экономику. Вместо наушников из кокоса — рассказ о том, что колбаса стоила 2.20 и была «честной». Вместо имитации взлетной полосы — требование вернуть Госплан и запретить «этот ваш маркетинг».

Главное сходство: и тот, и другой культ — гениальная по наивности ошибка в причинно-следственных связях.

Карго-культист думает: «Если я буду носить палку как ружье и строить из листьев антенну, то «Железный Птица» принесет тушенку».

Ностальгирующий по СССР думает: «Если я буду носить значок ГТО, ругать либералов и кричать про империю добра, то с неба упадет квартира от завода, путевка в Крым и уважение к старикам».

Ни тот, ни другой не понимают одного: ресурсы не берутся из ритуала. Американские самолеты садились потому, что война. А советская колбаса стоила копейки, потому что государство забирало у колхозника зерно почти даром, доплачивая из нефтяной иглы. И «империя добра» держалась на очереди за сапогами и дефиците элементарных вещей.

Самое смешное и грустное — это когда современный карго-культист от политики садится на кухне в тельняшку, наливает третью чашку чая в подстаканник, и, поправляя карту СССР на стене, уверенно вещает: «А вот при Союзе люди не поклонялись доллару, у них была духовность».

В этот момент австралийский абориген в фальшивом шлеме летчика, сидящий в шалаше-«диспетчерской», абсолютно его понимает. И даже, кажется, подмигивает.