67 демонов Амазонии. Глава 1⁠⁠

ВНИМАНИЕ - 18+!

В 1500 году, на заре новых открытий, вдохновленные успехом Колумба власти Испании снаряжают еще одну экспедицию к берегам Южной Америки. Собранный наполовину из солдат, наполовину - из добровольцев, отряд прибывает к далеким берегам, чтобы отыскать богатства и другие цивилизации.

Однако с первого же дня становится понятно, что кроме опасных хищников и дикарей здесь обитают иные силы. Совсем скоро путешественникам предстоит столкнуться с теми, кого нельзя одолеть мечом.

P.S. Это перезалив. Я провел серьезную работу над ошибками, как в плане повествования, так и в плане сюжета.

Кривой ромб лунного света был единственным украшением пустой деревянной комнаты с одним окном. Сидя в тени у двери на корточках, Фабио Моралес молча мастерил допотопные силки. Глухую тишину нарушал лишь мерный топот маленьких лапок в другом конце комнаты. Крупная крыса то и дело останавливалась, чтобы поскрести пол, словно пыталась что-то найти. Эти звуки раздражали молодого парня. Он хотел как можно скорее покончить со своим занятием, но механизм постоянно заедал. Он в очередной раз взглянул на грызуна - как раз в тот момент, когда тот остановился, направив свою мордочку на человека. В эту же секунду сверху послышался частый приглушённый треск, словно растягивалась огромная металлическая пружина. Перерыв между стуками становился дольше.

Всё ещё пялясь на крысу, Фабио краем глаза заметил движение. По стенам стекала вниз тёмная жидкость, окрашивая сумрачные доски в чёрный цвет. Не успел юноша понять - что это, как пол уже оказался покрыт этой субстанцией. Зверёк, заметив изменения, тревожно встал на задние лапки, а затем принялся наматывать круги по центру комнаты. Вскоре воды стало так много, что ему пришлось барахтаться в ней, разбрасывая капли вокруг себя. Стуки не прекращались. Моралес, так и не поднявшись, обратил внимание на свои руки. Те уже были в вязкой жидкости, медленно стекающей с девяти пальцев. Внезапно по воде пошли волны, но слишком широкие для маленького грызуна. Проследив за ними, крысолов увидел в дальнем углы комнаты чью-то сгорбленную чёрную спину. Она содрогалась под гортанные звуки, смешанные с кряхтением.

Наблюдая за существом, Фабио услышал, как оно наконец с облегчением что-то выкашляло - влажный звук слюны, капающей изо рта нельзя было с чем-то спутать. Какое-то время ничего не происходило. Но вдруг крыса в центре помещения тонко запищала, с усердием поплыв к стене. Лишь тогда из тьмы на лунный свет выплыла толстая змея бледного оттенка. Она направлялась как раз с той стороны, где сидело скрюченное существо. Стук стал громче. Добравшись до стенки, маленький разносчик чумы, не переставая кричать, начал царапать её, безуспешно пытаясь выбраться из воды. Пару раз он окунулся с головой, упав вниз. Змея же, подплыв ближе, ушла под воду, и когда крыса рухнула туда в третий раз, назад уже никто не вынырнул. Наступила тишина. Тщетно ища обоих, Моралес вспомнил о фигуре в углу, но переведя взгляд никого не увидел. Он напряжённо высматривал признаки посторонних, когда над его ухом раздался тот самый гортанный звук, а на плечо легла мокрая ладонь.

Крик, с которым юноша проснулся, оказался на деле судорожным всхлипом. Резко приняв сидячее положение, он вздрогнул, когда с его плеча соскочил пушистый комок с длинным лысым хвостом. Тяжёло дыша, Фабио заозирался, пытаясь прийти в себя. Тьма не отступила, но то был лишь мрак, который легко рассеивался солнечным светом. Оранжевые лучи просачивались сквозь потолочные доски. Один из них указал на кожаный мешочек, подле лежбища. Тюк странно шевелился. Приподняв край, Моралес увидел второго грызуна. Негоднику уже удалось прогрызть небольшое отверстие, куда помещался его нос.

Поволока в глазах тут же исчезла – там, внутри, хранились личные вещи. В том числе иссушенный, но до сих пор приятно пахнущий цветок, подаренный ему Эвитой перед отплытием. Вероятно, именно этот запах и привлёк мелкое отродье, которое с голода решило сунуть свою морду туда, где могло быть что-то съестное. Осторожно взяв ботинок, заранее поставленный рядом, парень со всей силы отшвырнул грызуна подальше. Зверёк отлетел прямо к мирно спящему Начо, лежавшему точно так же – на тонком одеяле – у противоположной стены. Резко всхрапнув, тот приподнялся и брезгливо отпрянул от пушистой мелочи, но крыса уже умчала в сторону тюков, сложенных в глубине трюма.

- Извини, - пробормотал Фабио. Не дождавшись ответа, он принялся осматривать сумку на предмет других повреждений. Начо, сперва непонимающе глядевший на него, буркнул «придурок...» и повернулся на другой бок. Хорошо, что на месте бывшего сторожа монастыря не оказался, например, Рикардо, работавший ранее похитителем трупов, или Пио – воришка, затесавшийся в ряды отряда авантюристов. Эти двое были явно пострашнее переносчиков чумы и Фабио старался держаться от них подальше, насколько позволяла площадь корабля.

Удостоверившись, что все вещи целы, он взглянул на отверстие, ведущее на палубу. Снаружи уже занимался рассвет, знаменующий начало 36-ого дня путешествия к берегам Нового Света. Всё ещё не отошедший от кошмара, молодой человек решил, что неплохо будет развеяться снаружи. Он обернул сумку своим же одеялом - починит потом. Стараясь не разбудить никого из четырёх дюжин спящих моряков и участников экспедиции, Фабио поднялся по скрипучим ступеням навстречу свежему воздуху.

Утренний ветерок, подобно невесомому водопаду, практически сразу стянул с него легким порывом пахучую ауру судового «подземелья». Опираясь на края прохода, Он ощутил пальцами еле дребезжащую поверхность палубы. Резкая смена обстановки окончательно освободила его от мрачных мыслей. Юноша привычно вдохнул солёное амбре, окутывающее одинокую каракку со всех сторон и пронизывающее её насквозь.

Здесь уже бодрствовали несколько матросов, а на ахтеркастле мраморным изваянием застыл Мануэль Альварес. Этот врач также согласился принять участие в миссионерском походе к берегам «зелёного» континента. За круглыми очками скрывался сосредоточенный взгляд. Нижняя челюсть как всегда гуляла сама по себе, свидетельствуя о скрытом ходе мыслей. Рукава традиционно закатаны, обнажая непривычно выбритые руки. Заметив вылезшего Фабио, мужчина вежливо кивнул и, оттолкнувшись от перил, неторопливо ушёл к каютам. Отряхнув ладони, Фабио первым делом направился в форткастлю – носу корабля – чтобы увидеть признаки земли. Увы, утро выдалось туманное. За мглистой завесой, освещаемой слева лучами солнца, не было видно дальше пары сотен метров.

«Эксальтада» (исп. «Возвысившаяся») должна была прийти к пляжам Азии* ещё неделю назад, но из-за шторма их сильно отнесло в сторону. Три десятка матросов, столько же солдат и ещё столько же волонтеров, плюс верхнее командование и священнослужители. Всем этим людям, так же, как и Моралесу, осточертело блуждать по морским просторам. Каждый из них жаждал ступить на твёрдую почву, пусть хоть в засушливой пустыне. Припасы подходили к концу, а горизонт всё никак не желал показывать долгожданную землю.

* В то время испанцы считали открытые территории Южной Америки частью Азии.

Это служило ежедневным поводом для бесконечных ссор перед всей командой между капитаном корабля Матео Баргасом и лейтенантом Марко Чавесом. Последний настаивал на том, что корабль идёт неверным путем и что Баргас – мореплаватель самого низкого пошиба, который «сведёт их в могилу своим непрофессионализмом и ленью». Капитан парировал все аргументы «опытом трёх больших плаваний» и смрадными отрыжками. Но спустя несколько лет после великого открытия Колумба в этих водах сгинули десятки «плавучих гробов» и такая же судьба легко могла постичь и эту команду.

Глубоко в душе Фабио уже начинали терзать сомнения насчёт того, что они в целости доберутся до земли. Мечты о неведомых лесах и затерянных в них городах грозили разбиться о рифы некомпетентности капитана судна. 17-летний Моралес попал сюда не просто так. Будучи потомственным ловцом крыс на севере испанской столицы, он прослышал о наборе желающих присоединиться к походу в Азию. Погоня за сказочными богатствами, скрытыми в джунглях, была в разгаре.

Снаряжались экспедиции - в море один за другим уплывали отряды из волонтёров и солдат нацгвардии. Так правительство одновременно избавлялось от назойливых идальго и искало новые ресурсы для обогащения казны. Формально же такие миссии освещали, как миссионерские - испанцы в доспехах и с оружием несли слово Божье неразумным дикарям.

Молодой человек к тому времени уже успел испытать на себе все тяготы ненавистной с детства профессии и потому быстро откликнулся на призыв. Хотя ему и пришлось оставить в родных краях возлюбленную, Фабио был слишком молод и легкомысленен, чтобы его сердце горело в тоске по симпатичной каталонской служанке. Кто знает, может этот поход принесёт ему кучу золота и домой он вернётся уже завидным женихом. Эвита наверняка полюбит его ещё больше, если останется верна до конца. Впрочем, вариант надолго задержаться в чужеземье юноша тоже рассматривал всерьёз. Экзотические территории, о которых он сполна наслушался в кабаках, явно превосходили в красоте скучные улочки Мадрида. Правда, всё это пока что оставалось под вопросом, поскольку до сих пор было неясно, доберутся ли они до места назначения.

Словно ведомый теми же мыслями, на марсовую площадку начал подниматься один из членов корабельной команды. Каждое утро Моралес смотрел снизу на то, как темнокожий матрос оглядывает окрестности, а затем разочарованно спускается для доклада Баргасу. Но в этот раз негр сразу уставился на юг, куда направлялась «Эксальтада». Приложив ладонь ко лбу, он напряжённо смотрел вперёд долгий десяток секунд, а затем заорал во всё горло. «Земля! Прямо по борту! Э-эй!». Живым подтверждением этого стала упитанная чайка, с приветственным криком пролетевшая прямо между мачтами. Не прошло и и минуты, как палубу наводнили все, кто был на корабле. Все наперебой пытались докричаться до смотрящего, чтобы узнать подробности.

- Как далеко?! Ты видишь города?! Там есть люди?!

Впрочем, совсем скоро туман развеялся, сведя какофонию голосов на нет. Каждый молча застыл на месте, раскрыв глаза как можно шире в попытке обозреть всё, что предстало перед ними впереди. Всё, как и представлял себе Фабио: жёлтые пляжные пески, поднимающиеся из воды, постепенно переходили в зелёные луга, а те - скрывались среди пока что редких деревьев. Но чуть дальше безмолвными гигантами поднимались из рощи кудрявые холмы и скальные стены, испещрённые бороздами. Вдоль пляжа летела стайка ярких птиц, ветер услужливо донёс их нежное щебетание. После многодневного однообразия пейзажей, такой вид поистине захватывал дух. В толпе прозвучало хриплое:

- Братцы, мы что все померли и попали в Рай?

Фабио повернул голову в поисках говорящего, но взгляд зацепился за стоявшего неподалёку лейтенанта Чавеса. Усатый блондин со снисходительной физиономией как раз обернулся в сторону находившегося на ахтеркастле и улыбающегося гнилыми зубами капитана корабля. Вояка благодарно кивнул, однако в его глазах читалось: «Спасибо, конечно, но можно было бы и без драмы». С этим было нетрудно согласиться.

Они добрались до цели, но припасы, заготовленные для первой недели на суше, были на исходе. Значит сперва им придётся потратить время на охоту и собирательство. А это в свою очередь сулило неприятности. Никто не знал, что здесь можно есть, а что нельзя, но времени на то, чтобы разобраться попросту не было. Даже Серджио - тщедушный, но высокий садовод с длинными волосами, завязанными в хвост - вряд ли сможет сильно помочь в этом деле. Команда запросто могла отравиться и умереть от неведомой снеди, не прожив и недели в новых условиях.

Однако сейчас мало кому было дело до этого: матросы уже сновали по кораблю, выполняя приказы Баргаса. А половина рекрутеров скрылись в трюме, чтобы собрать свои пожитки и поскорее спуститься на сушу. Взволнованный Фабио поспешил вслед за ними, боясь, как бы кто не умыкнул в суматохе его вещи. В голове зудела лишь одна мысль: «Как далеко я заплыл!». До самого последнего момента цель путешествия казалась ему несбыточной сказкой. Но сейчас парень понимал - уже чуть больше чем через час настанет пора действовать. Выживать, познавать новый мир, знакомиться с его жителями. Это будоражило больше чем, что-либо в жизни. Место, о котором он так много мечтал, оказалось пугающе близко…

Спустя три часа

Четыре широких лодки, рассчитанные каждая на двадцать человек, приближались к линии берега. Гребли и матросы, и волонтёры. Каждого раздирали противоречивые желания. Хотелось работать веслом активнее, чтобы скорее добраться до твёрдой земли. Однако земля эта, несмотря на красоту, пугала и внушала благоговейный трепет. Ни один из участников экспедиции не сводил глаз с побережья. Фабио сперва пытался «объять необъятное», оценивая открывающиеся виды широким взглядом, но затем начал присматриваться к деталям.

Песок был слишком белым, не таким, как в Испании. Растительность казалась ненастоящей, настолько чужеземной, что в её существование верилось с трудом. А здешний воздух хвастал незнакомыми ароматами, сбивающими с толку. Сидящий рядом с Моралесом старик в очередной раз поднял обожжённой рукой сползающую ему на глаза большую шапку и поёрзал на месте.

- Слушайте, а давайте поднажмём. Очень уж отлить хочется, сил нет.

Сзади ему ответил кудрявый мулат Маноло Гарсиа, бывший браконьер.

- А ты, Фонарь, если будешь и дальше грести ребром, вряд ли вообще куда доберёшься.

Дед взглянул на конец весла и сварливо сплюнул.

- Я не слепой, - он оглядел всех в лодке. - Просто отвлёкся.

Прошли долгих полчаса, прежде чем они наконец добрались до кромки пляжа. С каждой лодки спрыгнули по два человека, чтобы на веревках дотянуть их до суши. Большая часть испанцев внимательно озиралась по сторонам, лишь некоторые рекрутеры выбрались за борт раньше времени и ринулись вперед. Капрал Димас Промино, стоящий на носу одной из лодок, недовольно гаркнул на нарушение дисциплины, но его никто не послушал. Один из парней, спотыкаясь в воде, домчался до песка и со стоном облегчения упал на колени. Тяжело дыша, он засмеялся, распластав руки на земле и уткнувшись в неё лицом. Остальные «поспешившие» повторили за ним.

Постепенно все оказались на берегу. Пока солдаты сдержанно осматривали местность, а матросы спокойно таскали груз, волонтёры радовались и кричали, словно дети. То и дело кто-то провозглашал «Пресвятая Альмудена, благодарю тебя!», «О, Дева Монсеррат, ты услышала мои молитвы!», «Святая Мерседес, храни тебя Всевышний!». По этим праведным крикам можно было понять, что собрались здесь не только мадридцы, но и каталонцы, и севильцы, и даже жители других государств. Моралес, тоже севший на колени, заворожённо черпал ладонями чужеземный песок, высматривая в нем мелкие камушки и ракушки. На смену усталости и тревоге пришли возбуждение и радость.

- Так, собираемся! - лейтенант громко постучал прикладом своего ружья по вытащенному на берег ящику. Он двинулся через толпу, хаотично разошедшуюся по пляжу. Пройдя мимо Фабио, Чавес по-отечески хлопнул парня по плечу. - Подъём, Моралес.

Крысолов энергично встал, готовый к любым приказам. Однако на то, чтобы организовать первое собрание ушло время - священник Торре уже успел начать службу, собрав подле себя большинство присутствующих. Лейтенант не стал препятствовать, а наоборот призвал к участию всех. Лишь когда все перекрестились, он начал раздавать поручения. Предстояло как можно скорее организовать лагерь. Поскольку на корабле оставалась большая часть груза, размещаться решили прямо на пляже, чтобы не таскать вещи далеко.

Руководил работами непосредственно капрал Промино, правая рука Чавеса. Сам же лейтенант занимался военными делами - нужно было обезопасить это место. Промино ещё на корабле зарекомендовал себя, как полная противоположность Чавесу. Если лейтенант был само добродушие с гражданскими, то капрал не терпел вольностей. Это не делало его плохим человеком в глазах волонтёров, но страх перед ним всё же был весьма существенным. К своим 28-ми он уже успел принять участие в очистке итальянских земель от французских гарнизонов в ходе событий Первой итальянской войны. Столь суровый опыт наложил на него отпечаток в виде длинного пореза от клинка на виске - в этом месте волосы больше не росли.

Уже походу развёртывания базы было решено организовать охотничьи группы. На корабле уже отмечался дефицит мяса, да и желающих увидеть неведомые джунгли изнутри было хоть отбавляй. Три небольших отряда намеревались разойтись по разным сторонам, пока остальные ставили палатки. Капрал знал об умениях каждого, кто попал в экспедицию. Именно он решил, что ловец крыс сможет хоть как-то помочь в поиске живности. Вместе с Фабио в его отряд попали ещё пара волонтеров и пятеро солдат. Два других возглавили сам лейтенант и боцман «Эксальтады». К себе они взяли следопыта и браконьера, что немного смущало Моралеса - всё-таки с навыками таких профи ему будет нелегко соревноваться.

- Моралес, у тебя есть какие-нибудь силки или приманка? - Промино, до этого ни разу не снимавший мундир, успел переодеться в более подходящую одежду для путешествий. Вопрос поставил ловца в тупик. В городе он пользовался помощью ядов, клейких ловушек и ручного хорька, но ничего из этого он с собой не брал. Впрочем, однажды он видел, как пожилой коллега мастерил довольно простые силки, однако сейчас на это не было времени.

- Честно говоря, нет - я не думал, что меня сразу возьмут на охоту. Я могу сделать ловушки, но сегодня мы уже не успеем опробовать их, - Моралес напряжённо задумался, боясь разочаровать капрала. - Можно попробовать использовать пустые бутыли. Подойдёт для мелкой дичи...

Промино оценивающе взглянул на ящики с провизией. Естественно, они привезли на берег только полные, а значит надо найти способ перелить пойло оттуда в подходящие ёмкости. На помощь пришел Начо Хименес, тот самый бывший сторож, которого разбудил сегодня Фабио. Хриплый голос заядлого алкоголика каждый раз звучал как-то необычно - с таким идут в актёры, играть сказочных персонажей, вроде бесов или троллей.

- Могу лично опорожнить десяток бутылей в свою глотку… или вон ту бочку со жратвой, - поспешил объясниться пропойца. - Достанем всё оттуда и прикроем дно и стенки брезентом, вон он валяется.

Видимо одобрив эту идею, Промино снова обратился к Фабио, чтобы уточнить - хватит ли десяти бутылей. Затем отправил двух солдат осуществить задуманное, а сам занялся проверкой снаряжения. У каждого солдата в этой экспедиции были не традиционные аркебузы с коротким и толстым стволом, а совершенно новые, появившиеся в прошлом году, мушкеты - длинные и тонкие, изящно оформленные эмблемой испанской короны и замысловатым цветочным узором. Эти орудия были способны пробивать даже латные доспехи, и хотя никто еще не слышал о том, чтобы местные жители носили подобную защиту, некоторые опасные звери здесь могли оказаться слишком толстокожими.

Помимо мушкетов капрал и его подчинённые были вооружены острыми рапирами и небольшими кинжалами. Кроме того, у одного из солдат Фабио заметил арбалет. Броню никто надевать не стал, да и не собирался - от своих предшественников экспедиторы уже знали, что духота, комары и непроходимая зелень меньше чем за десять минут заставят проклясть металлические «оковы». Да и вообще, это было бы слишком для вроде бы мирной миссии. Тем не менее, латы все-таки привезли на берег, на всякий случай.

В общем и целом, складывалось впечатление, что всем им по плечу битва с целым полком французов. Половина из этих людей были подготовлены армией, а другая… что ж, тут всё было не так просто. Хотя на палубу проходил достаточно жёсткий отбор - каждый из волонтёров мог чем-то помочь отряду - были здесь и отъявленные мерзавцы. Помимо похитителя трупов Рикардо и воришки Пио, Фабио страшился одноглазого Че. Насколько парню было известно, этот молчаливый андалузец перед тем, как попасть в наёмники, был с позором изгнан со службы за убийство боевого товарища, посмевшего обсмеять его перед толпой. Собственно, эта тройка изначально держалась обособленно ото всех и никто к ним не лез, хотя те же Промино и Чавес не боялись приказывать им, уверенно ожидая выполнения их требований.

К счастью, ни один из этих «плохих парней» не пошёл с ними в лес. Кроме капрала, сторожа и трёх солдат добывать провизию пошёл садовод Серджио Маркес. Промино тоже попросил его лично, видимо надеясь, что тот всё-таки сможет найти какие-нибудь съедобные ягоды. Выходило, что их шестёрка негласно взяла на себя обязанности по поимке мелкого зверья и растений, в то время как остальные пойдут на крупную дичь. Это радовало: Фабио подметил, что немного робеет в этих несомненно опасных лесах. Если бы не солдаты с мушкетами, он бы уже не так уверенно согласился помочь.

Перед тем, как войти в чащу, Чавес провел инструктаж: отрядам охотников вернуться к полудню, а оставшимся к этому времени необходимо полностью оборудовать лагерь. Обсудив напоследок некоторые детали с капитаном Баргасом, он махнул всем рукой, призывая отправляться. Отряд под его командованием пошёл в центральном направлении, а остальные два - в диагональных. Фабио подтянул лямки рюкзака и вздохнул: позади шумно плескались волны, но звуки джунглей уже заполонили его слух. Они шли туда, где наверняка ещё не ступала нога человека из их цивилизации - этот Новый Свет и вправду можно было назвать Раем. С одним отличием: они всё ещё были на земле, без крыльев и нимба, а значит остаются смертными.

Продолжение в комментариях...