Серия «И в шутку и всерьез»

— Извиняюсь, у вас вчера гулянка была?

— Была, — простонал мужик, держась за косяк. — Если это можно назвать гулянкой.

— А унитаз у вас, случаем, золотой?

-- Не , братан , обычный .

Василий двинулся дальше. Второй этаж — та же картина. Везде открывали люди с мутными взглядами, везде была вечеринка , но золотого унитаза не было ни у кого. Кто-то предлагал чугунный, кто-то вообще тазик. На третьем этаже Василий уже начал подозревать, что золотой унитаз ему приснился. Или , что он перепутал дом . .

Оставалась последняя квартира. Василий уже и не надеялся , но все же постучал . Дверь открыл парень, такой же помятый как и он.

— Здрасьте, — выдавил Василий . — У вас вчера гулянка была?

— О-о-о, была, мать её, — простонал парень, прикрывая глаза.

— А нет ли у вас, случайно, золотого унитаза?

Повисла долгая, тяжёлая, многозначительная пауза. Парень медленно обернулся через плечо и заорал в глубину квартиры:

— Аркадий! Это тот козёл, который вчера насрал в твой тромбон!!

— Не удивляйтесь так. Я теперь неподалёку работаю, так что буду заглядывать сюда частенько.

Как только лошадь отворачивается, бармен хватает телефон и торопливо набирает номер приятеля — директора цирка:

— Слушай, бросай своих зверят — собачек, кошечек, бегемотов… Завтра срочно приходи ко мне! Тут такое творится — не поверишь!

На следующий день бармен и директор цирка напряжённо ждут в баре. Лошадь появляется снова: снова аккуратно снимает пальто и шляпу, подходит к стойке.

— Пожалуйста, 150 граммов водки и стакан томатного сока. А фисташки не надо — вчера от них изжога замучила. Лучше дайте оливок.

Директор цирка, едва сдерживая восторг, подсаживается поближе:

— Простите, слышал, вы тут неподалёку трудитесь… Если не секрет, какой у вас оклад?

— Двести долларов в месяц, — невозмутимо отвечает лошадь.

— Я беру вас к себе! — взволнованно выпаливает директор. — Тысяча долларов в месяц! Все расходы — на мне! Условия — лучше не придумаешь!

Лошадь задумчиво кивает:

— А где именно предстоит работать?

— В цирке, конечно!

— Это там, где ярко светят прожекторы, играет музыка, натянуты канаты, а внизу — эта круглая штука… Ну, как она называется?

— Арена! Именно так! — восторженно подхватывает директор.

— Всё это, конечно, замечательно, — кивает лошадь. — Только вот никак в толк не возьму: зачем вам в цирке программисты?

— Впечатляет, но послушай мою историю. Ко мне попала девушка, которая упала с тридцатого этажа. Лицо было буквально неузнаваемо — сплошные травмы. Я сутками не выходил из операционной, буквально собирал черты заново. И вот буквально на прошлой неделе открываю глянцевый журнал — и вижу её на обложке. Она теперь «Мисс Вселенная». Вот это я понимаю — результат!

Третий хирург всё это время молча помешивал ложечкой остывший кофе. Друзья переглянулись и дружно на него насели:

— Эй, а ты-то что молчишь? Ну-ка, расскажи, чем порадуешь? Наверняка у тебя тоже есть какая-нибудь невероятная история.

Тот вздохнул, огляделся по сторонам и тихо произнёс:

— Да рассказывать особо нечего… Да и вообще, мне это обсуждать нельзя.

Коллеги тут же заверили:

— Мы же свои, дружим сто лет! Что ты, мы никому ни слова. Это же между нами.

Хирург ещё немного помялся, потом наклонился ближе и зашептал:

— Ладно, раз уж вы так просите… Был у меня один случай. Пациент попал в жуткую автокатастрофу — потерял голову. Я был в полном ступоре, не знал, за что хвататься. Выбежал в больничный сад, чтобы хоть немного собраться с мыслями, и вдруг взгляд упал на грядку — там торчал крупный кочан капусты. В тот момент это показалось единственным возможным решением. Я взял его и… ну, в общем, установил на место утраченной головы.

Друзья замерли с открытыми ртами.

— И что было дальше?! — выкрикнули они хором.

Хирург пожал плечами и спокойно добавил:

— А дальше — самое странное. Пациент не просто выжил, он пошёл на поправку, начал активно интересоваться политикой, выступал с речами… И вот теперь он — президент Соединённых Штатов Америки.

Источник