Я максимально заёбан на дистанции, до состояния биоробота. Вообще нихуя не соображаю, отупел и ослабел, на ветру качаюсь и об стены стукаюсь башкой. И в моменте тоже заёбан всей происходящей хуйнёй. Там и сытым-здоровым было б напряжно в такой дубак по плацу ползать, а тут прям идеальный шторм случился, и все факторы наложились друг на друга, максимально усилившись.

Момент истины наступил тогда, когда я посмотрел на ворон, летающих над плацем, захотел умереть, переродиться вороной и ползать по помойкам в поисках объедков. Нахуя я тут вообще стою, пора ливать катку. Такая, абсолютно пустая на эмоции, но кристально ясная мысль в голову пришла, настолько сильная, что было б чем — я б там на месте бы и застрелился к ебене матери, без всякой рефлексии.

Потом, канешн, попустило. Застрелиться было нечем, мы там ещё час походили, никто в итоге не приехал, и нас прям с плаца на обед отправили. А мысль, не получив развития, так и растворилась в пустоте моей головы. Ещё через неделю я свалился с температурой, отлежался в лазарете, чутка в себя пришел. А потом и КМБ закончилось, нас кинули в Калик, и остаток срока я уже там провел.

Потом было множество всякой хуйни, которую сейчас вспоминать смешно, а тогда было так себе. Но я каждую новую ситуацию сравнивал с этим ебучим плацем и понимал, что не, он всё ещё самая безнадежная безнадежность за всю службу. Эталон из палаты мер и весов, который невозможно превзойти. Потом я дембельнулся и продолжил сравнивать с этим ебучим плацем всё остальное. И ничего за все эти годы так и не смогло скинуть чемпиона безнадежности с постамента. Прошло почти двенадцать лет, я видел в жизни некоторое дерьмо, плац остался вне конкуренции.

Мои кореша ИРЛ в курсе, что я абсолютно неунывающий помидор. "Пренебречь, вальсируем" — мой девиз, я в состоянии любой степени пиздецовости остаюсь дееспособным и адекватным, верю в лучшее и не выбиваюсь из седла вообще ничем. Со стороны может показаться, что это томушта я люблю жизнь и мне светлые-добрые мысли помогают невзгоды преодолевать, согревают в лютую стужу и всё такое.

На деле всё наоборот. Я так и не застрелился на своем плацу. Но он оставил во мне свой след. Я тогда был молодой и слабый, психика была недоразвитой, опыта вообще считай не было, плюс внешние факторы сыграли на усиление. Сейчас мне 31 год, я не чета себе старому, жизнь мне, в целом, понятна, я хороший в неё игрок. И я уже даже не знаю, что ж такого может произойти со мной, чтоб перебить этот плац по силе воздействия. Холокост? Ядерная война? Ампутация конечностей? Наверное, настолько глубоко уже ничего шкуру не пробьет и под ребрами не застрянет.

И в этом секрет, тащемта. Какие у меня вообще могут быть проблемы, если я не на ебучем промерзшем плацу думаю о смерти? Всё решаемо, а раз так — это не проблемы, а расходы. Времени, денег или усилий. А в конце мы просто все умрем и больше ничего не будет.

Такие дела. Проснулись-потянулись, на работу пора. Вот вам та самая казарма, её ещё немцы строили. Плац за ней, его фоток не нашел.

10.11.2021

Александр Картавых.
Подпишись на актуальное о России и мире.
Пикабу.
ВК.
Телеграм.