Столько хвалебных отзывов о Роулинг. Но вот давайте вспомним, что в далеком 2008 писательница наделила своего персонажа Дамблдора странными интересами (осторожно по ссылке жесткий контент, если что - осуждаю): https://ria.ru/20071021/84812470.html?ysclid=mg6ndypn7m52114...
А тут внезапно писательница решила быть против. По-моему Джоана просто прикалывается и ей нравиться плыть против течения и быть в центре внимания.
Какое-то ебанашко в твиттере опубликовало сообщение, содержащее фразу «люди, которые менструируют». Роулинг репостнула этот твитт, сопроводив примерно таким ответом (вольный перевод): "Как же их называют? Жинщины? Жончины? Ах да, женщины!". Так начался весьма припизднутый конфликт, эпохальный для скучающих домохозяек и ютуберных инфоблядей.
В ответ понеслись цунами говна. Все ебанашки, как одна, посчитали, что Роулинг проявила пренебрежение к транс-персонам (потому, что они тоже женщины, просто почему-то не менструируют и склонны к простатиту). Роулинг мгновенно начали травить в Твиттере, обвиняя в ненависти к транссексуалам. Тут где-то проёбано логическое звено, как вы скорее всего заметили, но проебали его не мы с вами, а зачинщики конфликта, так что это звено и в реальности отсутствует, можете не искать.
Беда в том, что корпорации (типа Ворнер Браззерс, обеспечившие нам, собственно, фильмы про Гарри Поттера) не сразу поняли, что твиттерные ебанашки - это просто твиттерные ебанашки, и ничего более. Сначала они восприняли ебанашек, как что-то, реально отражающее мнение общества, хотя это как судить о россиянах по Одноклассникам, или по Лиге безблагодатного интернета. И вот так, не разобравшись, пара-тройка топ-менеджеров ВБ наспех набросила интервью с осуждением, чем буквально нассали в утюг и включили «отпаривание», только в случае с Роулинг пары разнеслись попутным ветром по всему миру. Многие тогда посчитали, что имя Роулинг накрылось медной пиздой и нужно срочно присоседиться к топам ВБ, тоже что-то ляпнув на волне. Так конфликт вышел на международный уровень, затмив собой войны и политическую грызню, на которые многим по большому-то счёту похуй, а тут прям праздник какой-то.
Поспешив в суждениях, троица главных актёров многосерийки "Гарри Поттер" тоже пизданула своё "фи" в её адрес, хотя многие считают, что именно ей они обязаны своими миллионами и она их сценическая мама, ведь без Роулинг они были бы примерно никем. Я считаю так же, но вопрос дискуссионный.
Потом произошло то, от чего все охуели, а СМИ вообще чуть не скончались от множественных оргазмов: Роулинг не стала посыпать голову пеплом и писать всяческие покаяния в ассортименте, а наоборот, стала последовательно, чётко и с достоинством отстаивать свою позицию. Вот тут все смирившиеся с культурой отмены и застыли с выражением на лице «а что, так можно было?!» и судя по охуевшим ёблам были слегка удивлены разворотом событий. Они ожидали, что по складывающейся традиции будут прилюдные извинения, но Роулинг предположила, что её извинения закатились ебанашкам за воротник и пусть там поищут.
Далее перекидывание какашками с разных сторон баррикад происходило довольно вяло, но зато очень старательно раздувалось СМИ, аж целый Путин высказал ей поддержку (на что Роулинг отметила, что с такими друзьями и врагов не надо).
На сегодняшний день Роулинг переломила эту дурацкую ситуацию в свою пользу исключительно благодаря стальным яичникам, разумности и последовательности, сохранив и лицо и репутацию, слёзки от всех прошлых обид утёрла своим миллиардом фунтов с портретом королевы, Ворнер Браззерс стараются соблюдать нейтралитет, слегка накуканив дурачков в менеджменте, потому что «либо миллиарды/либо идеология» – выбор очевиден.
Ну вот такая, примерно, структура откровенно глупого скандала. А мораль проста: имей свой миллиард. (У кого нет миллиарда – могут идти в жопу! (с) олигарх Полонский).
У неё реально дохуя денег и поток от авторских не прекратить никак. Говорит, что думает и как хочет. Это как удачный форс на Пикабу запостить!
Я прекрасно понимаю, что никто не обязан вечно соглашаться со мной только потому, что когда-то сыграл персонажа, которого я создала. Такая мысль столь же нелепа, как если бы я сегодня сверялась со своим начальником двадцатилетней давности, чтобы узнать, какие взгляды мне теперь положено иметь.
Эмма Уотсон и её коллеги имеют полное право придерживаться идеологии гендерной идентичности. Эти убеждения защищены законом, и я ни в коем случае не хотела бы, чтобы кто-либо из них подвергался угрозам увольнения, насилию или смерти из-за этого.
Однако Эмма и Дэн особенно ясно дали понять за последние годы, что считают нашу бывшую профессиональную связь основанием — более того, обязанностью — публично критиковать меня и мои взгляды. Спустя годы после окончания съёмок «Поттера» они продолжают вести себя как неофициальные представители мира, который придумала я.
Когда знаешь людей с их десяти лет, трудно избавиться от чувства определённой заботы. До недавнего времени я всё ещё видела в них детей, которых приходилось мягко подбадривать, чтобы они выговорили свои реплики на огромной и пугающей съёмочной площадке. В течение последних лет я многократно отказывалась комментировать Эмму в разговорах с журналистами — в частности, во время работы над «Судебными процессами Джоан Роулинг». Ирония в том, что я прямо сказала продюсерам: не хочу, чтобы мои слова стали поводом для травли Эммы.
Телеведущий в приложенном фрагменте напоминает о речи Эммы «все ведьмы», и, по правде говоря, это стало переломным моментом для меня. Но куда больнее самой речи оказалось её последствие. Эмма попросила кого-то передать мне записку, написанную от руки, с единственной строкой: «Мне так жаль, что тебе приходится через это проходить» (у неё есть мой номер телефона). Это было в тот период, когда поток угроз убийством, изнасилованием и пытками достиг пика, когда меры моей личной безопасности пришлось серьёзно ужесточить, а я постоянно тревожилась за свою семью. Эмма публично подлила масла в огонь, а затем решила, что одной фразой заботы убедит меня в своей доброте и сочувствии.
Как и многие люди, никогда не знавшие взрослой жизни без подушки из богатства и славы, Эмма даже не осознаёт, насколько она далека от реальности. Ей никогда не понадобится ночлежка. Она не окажется в общей палате государственной больницы. Сомневаюсь, что она бывала в примерочной на главной улице после детства. Её «общественный туалет» — это отдельная кабинка с охранником у двери. Приходилось ли ей когда-нибудь раздеваться в новоявленной «смешанной» раздевалке в муниципальном бассейне? Нуждаться в государственном кризисном центре для жертв изнасилования, который отказывается гарантировать полностью женскую помощь? Делить камеру с мужчиной-насильником, идентифицировавшим себя как женщину?
В четырнадцать лет я не была миллионершей. Я жила в нищете, когда писала книгу, сделавшую Эмму знаменитой. Поэтому я знаю из собственного опыта, что значит для женщин и девочек без привилегий разрушение их прав, в котором Эмма так усердно участвует.
Величайшая ирония в том, что если бы Эмма в своём недавнем интервью не заявила, что «любит и ценит» меня — перемена тона, которую я, честно говоря, связываю с тем, что заметила: модный хор всеобщего осуждения звучит уже не так громко, — я, возможно, так и не решилась бы на такую откровенность.
Взрослые не могут ожидать, что им удастся одновременно прижаться к движению активистов, регулярно призывающему к убийству их подруги, и сохранять при этом право на любовь этой подруги, словно она им мать. Эмма вправе не соглашаться со мной и даже публично обсуждать свои чувства ко мне. Но и у меня есть то же право, и я наконец решила им воспользоваться.
Из X Джоан Роулинг.
