Что мы видим сегодня? К примеру, нас ограбили. Мы заявляем в полицию, сиречь, направляем страховой компании «Государство» (далее по тексту СК «Государство») извещение о страховом случае. СК «Государство», при этом, в отличие от нормальных страховых компаний, только пытается поймать вора, но никак не возместить нам ущерб, предлагая нам получать с вора ущерб самим. Если государство в лице правоохранительных органов вора таки поймало — оно его лишает свободы, вынуждая нас же, потерпевших, этого вора содержать на протяжении нескольких лет, причем содержать не только вора — но и тех, кто этого вора сторожит. Ведь все деньги государства — есть добровольно переданная нами часть прибавочной стоимости, которую мы произвели. Согласно официальной статистике ФСИН, кормежка и физическое содержание вора (место, одежда, медпомощь, etc.) — это лишь одна пятая от всех расходов. То есть охрана вора обходится государству как содержание ещё четырех воров.  Если же государство вора не поймало — мы остаемся вообще ни с чем, при этом страховая премия нам не возвращается. Кроме того, как давно известно, тюрьма перевоспитать может лишь тех, кто и без тюрьмы бы перевоспитался. По большому счёту, мы, граждане, сами содержим мощнейшие криминальные университеты, через которые проходят сотни тысяч человек — причем за наш же счёт. Мы за свои деньги учим воровать@убивать тех, кто по выходу из тюрьмы будет грабить и убивать нас же, а вернувшись в свою «alma mater» — будет учить тому же новые поколения «первоходов».

Есть ли выход из этого порочного круга? Есть.

Для начала, нужно изменить саму систему наказания.  Сегодня мы назначаем наказание в виде изоляции от общества, отбыв которое человек возвращается в общество, будучи лишь озлобленным, но не исправившимся. Убытки, причиненные преступлением, реально не возмещаются, поскольку, если даже (что бывает далеко не всегда) с преступника и удается взыскать  ущерб от самого преступления, весь сопутствующий ущерб (расходы на поиск, доказывание вины, работу оперов, следователей, прокуроров, судей, ФСИНовцев) не только не взыскивается — а даже не рассматривается как ущерб. Между тем, сопутствующий ущерб, например, в случае не очень крупной кражи, может многократно превысить ущерб от самого преступления.

Какой должна быть новая система наказания? А весьма несложной. Суды должны назначать не срок лишения свободы — а сумму подлежащего возмещению полного ущерба. Рассмотрим на конкретном примере. Есть Вася Пупкин. Вася Пупкин обворовал продуктовый магазин, принадлежавший Петру  Пузикову, украв из кассы Х рублей, причинив сопутствующего ущерба (сломанный замок, взломанная касса, испорченные и взятые продукты, расходы на приведение магазина в порядок) на Y рублей. СК «Государство», получив претензию от Петра Пузикова, сразу же выплачивает Петру Пузикову сумму ущерба X+Y (поскольку Петр Пузиков честно выплачивал свою страховую премию в виде налогов), получая право регрессного требования с Васи Пупкина. Следователь с зарплатой A в месяц и 180 рабочими часами в месяц затратил на поиск Васи Пупкина Z часов. Соответственно, СК «Государство» заплатило следователю за поиск Васи А/180*Z. Оперативные сотрудники с зарплатой D и всё теми же 180 рабочими часами в месяц задержали и оформили Васю за F часов. Итого расходы на оперативных сотрудников составили  D/180*F. По той же схеме рассчитанные расходы на прокурорских работников на этапе предварительного следствия составили Е. На этапе суда СК «Государство» заплатило судье M, секретарю суда N, прокурору V, адвокату C, свидетелям, вызванным в суд, R. И в итоге судья присуждает Васе Пупкину обязанность возместить СК «Государство» сумму S по формуле S=(X+Y+(A/180*Z)+(D/180*F)+E+M+N+V+C+R)*H, где Н — коэффициент опасности деяния (КОД). Логично, что КОД за кражу или неуплату налогов намного меньше, чем штраф за убийство или теракт. Если у Васи такие деньги есть — Вася выплачивает их и выходит на свободу с чистой совестью. В следующий раз Вася очень серьезно задумывается, а стоит ли пытаться украсть, если потом с него сдерут сумму, намного превышающую доход с кражи. В итоге почти все довольны — СК «Государство» вернула себе затраченные деньги, Пётр Пузиков получил возмещение ущерба. Недоволен один Вася — он заплатил дважды — сначала в виде страховой премии, пока был законопослушным гражданином, потом — возместил реально затраченные на него деньги. Но Вася виноват сам и сам себе злобный Буратино.

Но что делать, если Вася у нас несостоятельный должник? А мы его закрываем в трудовую колонию. Где Вася должен отработать сумму долга, причем отработать рыночным образом — принеся прибыль в размере своего долга. При этом, из доходов Васи мы вычитаем расходы на охрану и кормежку Васи, вычитая за кормежку предпоследним, перед погашением основного долга. Вася не хочет работать — Васю перестают кормить. В итоге Вася, дабы не умереть голодной смертью, должен работать. Если Вася пытается отобрать еду у других заключенных — к Васе приставляют охрану, расходы на которую опять же вычитаются из Васиных доходов. Если Вася принципиальный «вор в законе» и предпочитает умереть голодной смертью, но не работать — долг перейдет на Васиных наследников в размере полученного наследства. Если Вася всё же помер, не отработав, а наследства нет или не хватает — долг Васи СК «Государство» списывает как свой убыток. В итоге Вася сидит ровно столько, сколько возвращает долги. Если Вася придумал крутой стартап, быстро заработал деньги и вернул долги — Вася отсидел мало. Вася пинает балду и работает плохо, так что едва хватает на кормежку и охрану — Вася сидит долго. При этом Вася долей, остающейся после покрытия текущих расходов на кормежку, охрану и минимальное погашение долга, распоряжается сам. Хочет — направляет всё заработанное на погашение долга, обходясь стандартной  пайкой, стремясь побыстрее выйти на свободу; хочет — кладет себе на счёт для использования после выхода на свободу, хочет — ест рябчиков с ананасами, но сидит, соответственно, дольше.  А ещё есть Коля, который осуждён за коррупцию, и Саня, осуждённый за теракт. У них суммы долга такие, что им не выплатить его никогда — и сидеть им, что логично, до конца жизни.

Плюсы этой схемы — преступники оплачивают свои преступления сами, да ещё и содержат весь репрессивный аппарат, позволяя государству направлять собранные с граждан страховые премии на что-то более ценное. Кроме того, никаких «криминальных университетов» нет — положение осужденного по загруженности мало отличается от жизни на воле, за исключением того, что он сам кормит своих надзирателей. Мотивов вернуться за решетку у преступника минимально —  работать приходится так же, как и на воле, а радостей жизни за эту работу достается сильно меньше.

Минусы тоже есть — обеспеченные граждане смогут официально  откупиться от тюрьмы, но тоже, до определенного уровня. В случае рецидива КОД растет настолько быстро, что от третьего или четвертого преступления откупиться сможет разве что Билл Гейтс, да и то останется на бобах.

Другая сторона проблемы — как исчислять расходы времени следователя, судьи, и прочих? Следователь, приступая к работе с делом, пишет на отдельной бумажке, приобщённой к делу, время начала работы и время её завершения. Если следователя поймали на «перехлесте» времени — следователь сам становится преступником. Вдобавок, есть метод материальной стимуляции следователя. Зарплата следователя состоит из двух частей — небольшого оклада и крупной премии. Размер премии зависит в том числе и от объема похищенного. Для получения всей премии необходимо, чтобы причиненный ущерб был равен обращенному взысканию. То есть, по делам, расписанным следователю, ущерб равен X. Следователь нашел не всех, и взыскал (решением суда) только 20% от похищенного. От премии он тоже получит только 20%.  Но если следователь довел за год дело до суда, то всю недополученную премию (ведь каждый месяц исчисляли из пропорции похищенное/раскрытое) он получает немедленно. Как следствие — есть мотив раскрывать дела — получишь больше, и мотив принимать заявления — раскроешь больше — получишь больше. Всё равно в итоге всё оплатит вор.

А далее в дело вступило ФССП, которая не делало ничего, от слова совсем, что бы вернуть хоть что то пострадавшим. То они потеряли список арестованного имущества, то поменялся пристав, затем авто одного из участников, на которое по документам был наложен арест, оказалось снято с учёта и тому подобная карусель.

Моя семья получила примерно 3500 выплат, от одного из сидельцев и то только потому, что он написал на УДО и ему нужны были чеки, что он компенсирует ущерб.

В свете этого всё, что написал @AnnrR считаю вполне логичным. Всё эти уродцы уже на свободе, никто возмещения не дождался. Пристава получают зарплату, содержание в колонии стоит денег, а нам ЙУХ. Так передайте их долги государству и пусть сидят, пока всё бабло не отработают. Хочешь выйти раньше, погаси долги. Срок вышел, долги остались - ехай на хуй в колонию - поселение, пока всё не отработаешь. А для государства вернуть утраченное. это копейки из бюджета. Но возрастёт доверие населения. ИМХО

Документы направляются в специальное подразделение ФССП. Там рассматривают документы, делают запросы в базы ФНС, ЕГРН, ГИБДД и т.п. об имеющихся в наличии у должника средствах на счетах и объектах имущества. Если есть, что отжать - дают согласие на заключение договора цессии. Кредитор получает налоговые бонусы в размере 50-70% от суммы долга. А государство само просуживает должника, ему это раз плюнуть. Ну а если нет ничего за душой у должника - не связывается.

А то сейчас оно работает неэффективно. Ну, просудил ты ОООшку пустую или бомжа какого-нибудь, ну получил ты исполнительный лист - и что?

1. Ты не знаешь заранее, есть ли вообще что-то у должника. А государство знает.

2. Если нет ничего - ты свой исполнительный лист можешь повесить в рамочку в туалете. А государство заведомо связываться не будет.

Основная фишка в том, что кредитор не получает деньги. Он получает скидочные бонусы на НДФЛ, НПД, НДС какой-нибудь с юрика и т.п. Т.е. в целях мошенничества такую схему будет сложно использовать.

Всё, чукча исписался. Подставляю панамку.