Земные ветры и их имена
Ветры – единственное природное явление, которому люди давали личные имена. Большие народы и маленькие племена, на всех континентах, в горах и лесах, в степях и пустынях, на берегах морей, озёр и рек. Вероятно, потому, что видели в ветре качества, свойственные живому существу: прежде всего, мощь, коварство, беспощадность, буйство, но также ласку и нежность. И хотя по принятым правилам пишут названия ветров с маленькой буквы (саму́м, баргузи́н, хамси́н, сиро́кко), эти названия, пожалуй, правильнее считать именами собственными.
Почти во всех древних мифологиях ветры вообще олицетворялись с богами. Древнегреческие северный Боре́й, западный Зефи́р, южный Нот и восточный Апе́лиот; скандинавский Ньорд; славянские Даго́да, По́звист и По́хвист. И во всяком пантеоне существовал бог – не самого, кстати, низшего ранга, – ответственный за это погодное явление.
Слишком многое в человеческой жизни зависело от ветров, да и сама жизнь нередко тоже.
В разное время года ветры, дующие с одного и того же направления, могли совершенно по-разному влиять на человека и на среду его обитания. Стало быть, и имена они получали разные. Имена отражали не только направление, но и силу, влажность, сезонность, продолжительность ветров, степень их опасности и даже – в некоторых редких случаях – полезность.
В окрестностях озера Селигер населявшие эти места люди издавна различали шестнадцать разных ветров: сиверок и табашник, зимняк, покойник, полудённик, шелоник, мокрик, меженник, осенник, крестовый, снежнец, долевик (дующий вдоль озера), женатый (тот, что стихает к ночи) и холостой (не стихающий всю ночь), поветерь (попутный) и падорга (буря с дождём или снегом).
На озере Байкал кроме известного по народной песне баргузина с разных направлений дуют сиверка, ангара, верховик, исток, селенга, фролиха, шелоник, глубник, култук, низовик, горынь, сарма, харахаиха (в переводе с бурятского — «чёрный»), подвой и, наконец, байкал – так зовётся мгновенно налетающий локальный шквал.
Можно вспомнить и о сильном холодном ветре Бо́ра, который зимой налетает (падает с гор) на Новороссийск, (бора – от древнегреческого βορέας – «северный») скорость которого может достигать 40 м/сек и выше.
Ветры, живущие на берегах озёр, люди классифицировали особенно тщательно, поскольку от них в первую очередь зависела удача в рыбной ловле. На российских озёрах Ильмень, Псковское, Онежское и многих других тоже различают десятки ветров. А количество ветров, дующих вокруг итальянского озера Гарда, пожалуй, можно считать рекордным. Их там – дневных и ночных, сухих и влажных, сильных и слабых, холодных и тёплых – набирается восемнадцать.
Бич земледельцев Прикаспийской низменности и Средней Азии – сухове́й рождают летние антициклоны. Иссушающий на своём пути землю до трещин, уничтожающий посевы не хуже саранчи и испаряющий мелкие озерца, суховей известен всем народам, населяющим эти территории. В каждой местности он получил своё имя.
В Азербайджане – гураглыг, в Киргизии – керимсел, в Грузии – хоршаки и т.д.
Пустынный ветер хамси́н (в переводе с арабского – «пятьдесят») назван так потому, что дует в начале весны из аравийских пустынь или Сахары непрерывно в течение пятидесяти дней. Он приносит с собой столько песка и пыли, что становится трудно дышать, а в помещениях приходится и днём зажигать свет.
Но промчавшись над Красным морем, аравийский хамсин насыщается влагой. Теперь он несёт не пыль, а невыносимую духоту и зовётся иначе – азиа́б.
Ещё один уроженец Африки, сиро́кко, приносит в Южную Европу не только красную и белую пыль из Сахары, которая выпадает с дождями, окрашивая их в кровавый или молочный цвет, но и удушающую жару. Когда дует сирокко, температура даже по ночам не опускается ниже 35 градусов Цельсия.
Но самым грозным пустынным ветром по праву считается саму́м, в переводе с арабского это слово означает «ядовитый», «отравленный». Самум налетает мгновенно, гоня перед собой огромный вал из песка и пыли. Температура при этом повышается до 50 градусов Цельсия, а влажность падает до нуля. Счастье, что длится этот катаклизм недолго – не более получаса, хотя и за это время бед натворить успевает достаточно.
Давно замечено влияние ветров (и не обязательно самых сильных) на самочувствие живых существ, в том числе, и на людей. Постоянные в горных странах фёны – дующие с гор в долины сухие, порывистые ветры – причиняют зависимым от погоды людям немало неудобств. У них появляются головная боль, беспричинная тоска, чувство страха, упадок сил. Обостряются хронические болезни. Замечено, что ухудшение самочувствия люди начинают ощущать ещё до начала ветра, и причины этого явления до сих пор не разъяснены.
Однако полное отсутствие ветра тоже может оказаться весьма нежелательным явлением, особенно для многомиллионных мегаполисов. Когда над Мехико надолго устанавливается полный штиль, концентрация вредных веществ в атмосфере города, расположенного в двух долинах и окружённого со всех сторон горами, повышается настолько, что экологическая ситуация приобретает характер катастрофы. Люди падают в обморок на улицах от отравления вредными выбросами и нехватки кислорода. Не помогает даже полная остановка работы промышленных предприятий и запрет на пользование автотранспортом. Правда, это происходит нечасто.
Есть ветры, которые тысячи лет «помогают» человеку. Например, каспийская моря́на – крепкий ветер, дующий вверх по Волге в течение двух недель со скоростью 10 – 15 м/с, нагоняет в устье реки и в её рукава рыбу. Точно так же, моряной, называют нагонный «рыбный» ветер и на северных морях.
Южный ветер бле (bles) во французском департаменте Ардеш, сухой и мягкий, считается полезным для посевов пшеницы и других злаков. А один из постоянных камчатских воздушных потоков, бабий ветер, хотя и имеет природу грозного фёна, поскольку дует со стороны горных хребтов, сопровождается тёплой и ясной погодой, в которую хорошо сушится бельё. Отсюда ветер и получил своё название.
Карпуз мельтем – арбузный ветер, дующий с северо-востока. Земледельцы Турции ждут его с нетерпением, поскольку он благоприятствует созреванию плодов. У этого ветра несколько названий в зависимости от времени, когда он приходит: изюм мельтем – виноградный, кирас мельтем – вишнёвый, кабак мельтем – тыквенный.
Летний прохладный освежающий бриз в тропиках и субтропиках английские поселенцы назвали «доктор».
Примеров благодарного отношения к ветрам, получивших отражение в их названиях, немного: на тысячи имён таких лишь десяток с небольшим. Даже нежным для русского восприятия словом «ае» на гавайском языке называют обжигающий северо-восточный пассат Гавайского архипелага. И звучит это слово для островитян совсем не ласково…
В короткой статье невозможно упомянуть все ветры, дующие на Земле.
Поэтому ставим точку.










