user9516978

Теперь вместо переключения между файлами и копирования букв я просто выделяю нужное и жму одну комбинацию. Если ударение оказалось лишним — нажимаю ещё раз, и оно исчезает.

Зачем?

Уже года полтора загоняю тексты в Suno. Самым мучительным казалось расставлять ударения над сложными словами, которые нейронка коверкает. В соседнем окне открыт текстовый документ с набором гласных под ударением.

Вычитываю текст, копирую из соседнего окна нужную букву, заменяю ею безударную, снова вычитываю текст. Звучит как плёвое дело, но у меня на это могло уходить уйму времени. Механическая, тупая работа.

Но в какой-то момент вспомнил, что яж программист, понял, что хватит это терпеть, и написал плагин под текстовый редактор sublime text. Идея простая — выделил букву, нажал сочетание клавиш — всё, она под ударением. Если тупанул и ударил не ту букву, повторил сочетание или нажал ctrl+z — всё, ударение убрано.

Очень удобно, в особенности для таких суноводов как я.

Давно хотел поделиться, вроде вещь простая, но полезная. Отталкивало то, что непрограммистам оно нафиг не нужно: сперва объясни как установить этот текстовый редактор, потом как добавить скрипт, настроить горячие клавиши, вот это вот всё. Сразу предвижу "Ой, всё! Сделаю по старинке".

НО!

Если вдруг.... ЕСЛИ... Если вам надоело расставлять ударения, копируя их из заготовленного файла, то это реально спасение.

Как сделать?

1. Установить sublime text. Вот официальный сайт: https://www.sublimetext.com/download_thanks?target=win-x64

2. Запустить. Вставить текст.

3. Сделать регистр маленьким (чтобы suno не воспринимала заглавные буквы как ударение). Для этого нужно нажать сочетание клавиш Ctrl+Shift+P и вписать команду Lower Case.

4. В главном меню выбрать пункт Preferences->Browse Packages. Откроется директория с плагинами.

5. Войти в директорию Users и положить туда скрипт AccentLetter.py. Можно также положить файл настроек горячих клавиш:

Вот содержимое файла настроек для вызова команды на Ctrl+shift+U:

[
{ "keys": [ "ctrl+shift+u" ], "command": "accent_letter" }
]

Содержимое самого скрипта не выкладываю -- его можно взять на https://github.com/CJayM/AccentLetters/blob/master/AccentLetter.py

После этого если нажать сочетание клавиш ctrl+shift+u, то выделенная гласная буква станет ударной/безударной.

P.S.

Описанные действия, вроде просты, но кто-то может запутаться. Для упрощения попробовал опубликовать этот скрипт в репозитории с плагинами sublime. Если/когда его примут, то процедура станет сильно проще, так как он станет доступен через Package Control. Но пока можно и на GitHub взять.

P.S.S.

Если вдруг кому это окажется полезным, но возникли проблемы в установке — пишите в комментариях. Если нужен такой же плагин но на другой текстовый редактор — тоже пишите, может адаптирую.

Пока работал над этим стихом, как обычно, искал живые прочтения, другие генерации, статьи. Хотелось найти какой-то свежий взгляд, интересную деталь для заметки. Но находил только сплошное дежавю:

1917 год. Мировая война длится уже третий год. Ресурсы страны истощены. Временное правительство призывает к «войне до победного конца». Европа в тайных кабинетах делит карту: кому — буферная зона, кому — нефть Ближнего Востока, России — Константинополь с Босфором (по результатам на земле).

Прошло более 100 лет, а Маяковский всё ещё актуален. Жаль.

Другие поэтические открытия в ТГ: Культурный код

Я снова в восторге. Люди, Маяковский — ВЕЛИКОЛЕПЕН. Нелепо было не читать книгу, которая стояла на полке ещё с моего рождения.

Другие поэтические открытия в ТГ: Культурный код

Конечно, изначально хотел делать полноценные видеоработы, но пока это слишком накладно для моего хобби-бюджета.

Надеюсь, со временем «жаба жадности» подотпустит — и ролики станут полными по хронометражу.

Полная караоке-версия песни тут.
Другие поэтические открытия в ТГ: Культурный код

Когда впервые услышал стихотворение «Себе, любимому, посвящает эти строки автор», меня поразило, что оно написано в 1916 году, когда автору было всего 23 года. Уже в таком юном возрасте — такая глубина отчаяния и экзистенциального поиска. А ведь в этот период Маяковский уже был знаком с Лилей Брик, ставшей его музой. В её знаменитой квартире собирались на «квартирник» вся культурная элита того времени. И Маяковский был там признаваем и уважаем.

Но за внешним блеском творческой жизни скрывалась глубочайшая внутренняя драма. В мемуарах Лиля Брик рассказывала о том, что в 1916 году Маяковский позвонил ей и сказал, что собирается застрелиться. Ей удалось (в тот момент) отговорить поэта от трагического шага. И их сложные, но плодотворные отношения продлились ещё 15 лет, до самого конца его жизни. Видимо, эта связь не могла навсегда излечить ту экзистенциальную боль, что звучит в строках «Себе, любимому…».

Шалость получилась неплохой, креатив журналистов оценил. Но приятнее вдвойне было услышать песню "Лукоморье", которую я сгенерировал пол года назад в Suno. НЕ ЗРЯ я фанатично раскидывал её своим знакомым в чатах, хватал их на улице за пуговицу и говорил, что грядут новые времена!

Времена действительно грянули. Теперь и в региональных новостях классики могут спрашивать у живых людей, читают ли те их произведения.

P.S. Курские журналисты! Когда будет гулять Маяковский, позовите. У меня есть так много о чём с ним поговорить!

Погружаясь в это произведение, невольно задаёшься вопросом: о чём оно? В чём его особенность? Сразу бросается в глаза обилие ярких, почти кинематографичных образов. Они напоминают другое известное стихотворение Маяковского — «А вы — ноктюрн сыграть могли бы?» — и неспроста: оба текста относятся к раннему периоду творчества поэта, когда он вместе с единомышленниками активно продвигал авангардное течение кубофутуризма. Более того, эти стихи часто следуют друг за другом в сборниках.

Как самопровозглашённый кубофутурист, Маяковский экспериментировал не только с содержанием, но и с формой. Помимо смелых и неожиданных метафор, он обращал внимание на звучание слов, стремясь добиться эффекта, когда рядом стоящие слова буквально «рычат», «хрипят» или создают звуковую петлю. Для этого он делит слова на слоги, переносит их на следующие строки, акцентируя схожесть звучания: «У — лица. Лица у», «рез—че Че—рез», «Ду́ши. Лифт. Лиф души́».

И если форма требует — даже слово «сын» может быть разорвано и перенесено на другую строку, чтобы графически выстроить треугольник:

Так, как кубист расчленяет пространство на геометрические фигуры, Маяковский вносит геометрию не только в изображение, но и в сам текст — в его ритм, графику и звучание.

Что до смысла стихотворения — в целом понятно, что речь идёт об урбанизации и технологическом прогрессе, которые глубоко поразили поэта. Как он писал в автобиографии «Я сам»:

Необычайное

Лет семь. Отец стал брать меня в верховые объезды лесничества. Перевал. Ночь. Обстигло туманом. Даже отца не видно. Тропка узейшая. Отец, очевидно, одёрнул рукавом ветку шиповника. Ветка с размаху шипами в мои щеки. Чуть повизгивая, вытаскиваю колючки. Сразу пропали и туман и боль. В расступившемся тумане под ногами — ярче неба. Это электричество. Клёпочный завод князя Накашидзе. После электричества совершенно бросил интересоваться природой. Неусовершенствованная вещь.

Неудивительно, что автомобили, электрические вывески, лифты и души так легко покорили воображение мальчишки из далёкого села Кутаисской губернии.

Однако меня не отпускает строчка: «Резок Жгут Муки». Возможно, это поэтическая игра слов — трансформация предыдущих слов «Тело Жгут Руки». Но здесь игра принимает жестокий оттенок: слово «резок» пробуждает ассоциации с глаголом «резать», а «жгут» становится орудием убийства. Такой поворот придаёт стихотворению скрытый, мрачный подтекст.

Задумывал ли Маяковский это — сказать сложно. Но возникает ощущение, будто за фасадом городского блеска и технократического восторга просматривается силуэт преступления. Может быть, поэт, пусть и метафорически, намекает на маньяка, подобного Джеку-потрошителю, который заманивал жертв в свои «лифты» и «души», соблазняя благами цивилизации, а затем… накидывал жгут на шею? Или этим маньяком и был сам город?

Другие поэтические открытия в ТГ: Культурный код