По улице вышагивает майор Нечаев. Его взгляд чист, его борода безупречна. Он майор КГБ, ему больше не нужны законы. Он постиг Смысл Бытия и Суть Всех Вещей, поэтому думать предпочитает матом. Он совершенен и метаироничен, ему чужды сомненья. И у него есть цель - уничтожение врага. Уничтожая врага, он познаёт непознаваемое. Скоро весь мир не сможет вместить майора Нечаева. Не беда, это всего лишь смена локации. Вперёд, майор, покажи им всем кузькину мать! Уррраа!!!
И всё-таки он вышел! Разрекламированный отечественный продукт, российский Bioshock, прорыв в нашем игропроме и т.д. и т.п. Игра, которая, судя по замыслу, должна была освежить ностальгические воспоминания о прошлом у тех, у кого они остались, и ознакомить с советским укладом тех, кто и понятия-то толком не имеет о том, что это за Советский Союз такой. Но при этом сразу делается оговорка - Советский Союз будет в рамках частично альтернативной истории. Подобное уже было. Вспомним в качестве примера Wolfenstein: The New Order. Альтернативная история, зашедшая гораздо дальше: Рейх приходит к мировому господству. Ретрофутуризм, естественно, тоже в комплекте. А дальше начинаются несоответствия. Если в New Order игровой мир соответствует своему предназначению, нацисты выглядят и действуют как нацисты, развитие технологии показано равномерно, изрядная доля фантастики и "тарантиновщины" несёт в себе насмешку над нацистской идеологией( считаете себя сверхрасой - вот вам еврейское супероружие, всё ещё считаете себя сверхрасой - вас побеждает группка скилловых маргиналов), то мир Atomic Heart - сборная солянка, созданная просто чтобы быть. Ладно, если бы дело заключалось только в технологиях, на фоне которых солдаты Красной армии в классической форме и с ПМ выглядят просто нелепо. Похоже, что сами разработчики так и не поняли, что они собственно хотят сделать, российский Bioshock, Borderlands или Stalker. Получился Postal 3 в советских декорациях. Треш-шапито . Если заменить советскую символику и модельки транспорта на другие - ничего не изменится. Если игра изначально пыталась быть исключительно треш-проектом, то зачем в ней сцена в местном сквере Победы? Если игра хоть с небольшой претензией на серьёзность, то что случилось с главным героем? В том же New Order Бласковиц прекрасно отыгрывал свою роль боевика-борца с наци, а вот что забыл Нечаев в предполагаемом СССР - просто загадка. Нечаев - классический собирательный образ "неоимперца из интернетов" с поведением барина, которому весь мир что-то должен, в предполагаемом Советском Союзе он смотрится как марсианин. В этом и парадокс Atomic Heart - в подмене понятий. Это не игра про СССР с альтернативной историей, это пародия на СССР глазами разработчиков. Развесистая клюква на уровне "водка-матрешка-балалайка-духовность" на уровне американских боевиков из 90-х. Сон наркомана во сне наркомана( вспоминаем некий Лимб, который впихнули вообще непонятно зачем). Колонны марширующих роботов?)) Да уж) Куча заимствований из других игр "просто чтобы было" - диалоги из Borderlands(зачем??? озабоченный оружейный шкаф и эта сумасшедшая бабка в игре про Союз?), оружие из Rage, боёвка из Bioshock( но там плазмиды являлись частью игрового мира, здесь - очередное "чтобы было") И целый калейдоскоп отсылок на всё-всё-всё. Зачем? В результате игра и превратилась в одну большую отсылку, в которой своего-то толком и нет ничего. Postal 3. И в этом, пожалуй, вся суть парадокса Atomic Heart. Игра, в которой от СССР не осталось ничего, кроме культурных отсылок, проходит в декорациях СССР на пике развития. Постапокалипсис в неверных декорациях. Отсюда и главный герой, свалившийся совершенно из другого времени или другой игры, и неработающее повествование. Возможная причина - игру делали исключительно как дизайнерский проект, на грамотную режиссуру не хватило...чего-то да не хватило)))
"Иногда меня спрашивают, как я создал теорию относительности. Я думаю, что это произошло по следующей причине. Нормальный взрослый человек никогда не размышляет о проблемах пространства и времени. О таких вещах он думает лишь в детстве. Моё же умственное развитие оказалось замедленным, и я принялся размышлять о пространстве и времени, лишь достигнув зрелого возраста. Естественно, что мне удалось глубже проникнуть в проблему, чем ребёнку с обычными способностями" (Ronald W. Clark. Einstein. The Life and Times. NY, 1971, p. 27-28).
