Trogwar

Trogwar

Всё сделано из того, кто смотрит, ибо из чего-либо другого это сделать нельзя.
на Пикабу
7159 рейтинг 16 подписчиков 2049 комментариев 11 постов 5 в горячем
1 награда
5 лет на Пикабу

На волне рассказов про учителей ОБЖ

Наш ОБЖшник, по его же собственным рассказам, во время пребывания его жены в роддоме, вычитал в тематической литературе, что дети с рождения отлично плавают (в те годы про роды в воде и слыхом не слыхивали). И вот жена с первенцем на пороге квартиры, ОБЖшник берёт ребёнка, распелёнывает и отправляет в заранее приготовленную ванну поплавать. Только что снявшая пальто жена хлопается в обморок - по рассказу ОБЖшника он даже подзатупил, что вперёд делать, ребёнка вытаскивать или жену откачивать...
В общем: никто особо не пострадал (разве что психика жены ОБЖшника).

Синьмариллион (окончание)

Начало истории здесь: Синьмариллион


Проснувшись, Бильбо посмотрел в окно – солнце стояло уже высоко. По всему выходило, что уже хорошо за полдень и Бильбо провалялся в беспамятстве не менее двенадцати часов! Сушняк был такой, что хоббит продал бы душу за стакан воды. На его счастье, на прикроватном столике стоял кувшинчик с водой, благоразумно припасённый им ещё до начала симпозиума. Потянувшись было к нему рукой, Бильбо сообразил, что не может толком скоординировать своих движений: рука была, как макаронина, которую к тому же тилипало ураганным ветром. Кое-как схватив одну руку другой, Бильбо попытался подняться, но не тут-то было! Голова кружилась нещадно, щёки тряслись, а глаза разъезжались в разные стороны. Невероятным усилием воли Бильбо ухватился-таки за ручку кувшина. Чтобы тут же его бросить и стремглав поскакать в отхожее место. По пути он ронял стулья и опрокидывал цветочные горшки, но не это волновало его в тот момент: Бильбо к своему ужасу вдруг осознал, что не знает, с какой его… кхм, стороны сейчас польётся! То, что происходило с ним следующие полчаса, Бильбо не рассказывал никому, даже Фродо. Выйдя, наконец, из отхожего места, смертельно бледный и на подгибающихся ногах, он залпом осушил кувшин с водой и снова рухнул в кровать.

Проснулся снова он, когда ещё не стемнело. Точнее, солнце только вылезло из-за маячивших на горизонте гор и нещадно светило Бильбо прямо в налитые кровью глаза. Выходило, что он опять чуть не сутки провалялся в постели. Тело ломило, голова раскалывалась, а челюсть ходила ходуном. От грустных мыслей Бильбо отвлёк стук в дверь:

– Да-а-а… – слабым голосом протянул Бильбо. – Кто т… – дверь рывком отворилась, на пороге, пошатываясь, стоял Бухур.

– А! Вот ты где! А я уж тебя обыскался!!! – Бухур ввалился в комнатку Бильбо, прищурив один глаз и озираясь по сторонам. – Есть что выпить? Ты обещал мне отборной вширки из бочонка с позолоченными обручами! Помнишь? – Бухур уселся на край кровати и умоляюще посмотрел на хоббита.

– Погоди минуточку, я слегка не в форме. – Бильбо виновато повёл плечом.

– Это ты-то не в форме?! Ха, да все лазареты Ривенделла сейчас забиты людьми и эльфами. Даже некоторые гномы слегли! – многозначительно поведал Бухур.

– Почему? Нас отравили? – Бильбо стал вдруг с испугу белее сугроба.

– Отравили? Вздор! Просто только у гномов достаточно крепкие желудки, чтобы выдержать трубощщит. – Бухур перевёл дыхание и продолжил. – Видишь ли, после того, как ты слинял, началось настоящее веселье. Колдыраин был назначен поставщиком резиденции Эльронда! И так бы все и упились до беспамятства, но тут к Эльронду пришёл его военачальник со срочным донесением о том, что разведчиками остроухих разгромлен отряд орков. Одного из них удалось захватить в плен, а также кое-что ещё. А именно, орочью концентрированную брагу. Пленённый орк поведал, что их отряд переносил партию секретного пойла из Мордора в Дол-Гулдур. Пойло это, дескать, изобрёл ужасный чародей, имя которого мерзкий орк отказался называть даже под страхом смерти! – Бухур умолк. Повествование давалось ему всё труднее с каждой минутой. – Так у тебя осталась вширка? Выручай, а то я уже начинаю трезветь.

Бильбо кое-как собрался с силами. Под кроватью в походной торбе оставалась заначка из фляжки с вширкой двойного перегона. Встав на колени и еле победив желание снова помчаться в туалет, Бильбо вытащил фляжку и протянул её гному. Бухур принял её, отвинтил крышку и сделал три хороших глотка. После последнего глотка у него аж борода растопырилась в разные стороны.

– В общем, потребовал Эльронд этой концентрированной орочей браги. – После того, как отдышался, продолжил Бухур. – А не тут-то было! Оказалось, что её уже распробовал отряд разведчиков, после чего все в нём как с цепи сорвались. Оказалось, что вмордуль (так орки называли свой перегон) странным образом действует на употребивших его. У несчастных вдруг начинали чесаться кулаки, и портилось настроение. Не успев опомниться, все уже сцепились в жуткой потасовке, итогами которой стали переломанные рёбра, носы и челюсти. Большими усилиями Эльронду удалось добиться от оставшихся в строю разведчиков немного вмордуля. Доставили пред очи правителя и пленённого орка. Ко всеобщему удивлению, Эльронд лично плесканул ему трубощщита (должно быть, уже прилично напился) и даже велел развязать бедолагу, чтобы тот смог выпить! Но пленный орк, выпив трубощщита, упал наземь и закорчился в сильнейших судорогах. – Бухур задумчиво почесал бороду. – Видать, аллергия на гномьи продукты. Ещё бы! На гномью сталь у них давно аллергия.

Бухур сделал небольшой перерыв, чтобы вновь приложиться к фляжке с вширкой. Далее он поведал хоббиту про то, как несчастного орка пытались напоить дистишишем, но от этого стало только хуже – пленник едва не откинул копыта. Видимо, аллергия была и на эльфийские продукты. Единственное, что смог выпить этот несчастный, оказалась вширка, которой осталось чуть-чуть на дне бочонка, оставленного Бильбо в зале. Ещё гном рассказал, что у вмиг захмелевшего орка как-то сразу развязался язык. Он уже не запирался и поведал, что брагу они изготавливают из произрастающих повсюду в Мордоре грибов, называемых «синим молочником». Поэтому брага их и зовётся молосинькой. Аппарат для перегонки, изобретённый Некромантом, именуется «хренулятор», потому что ни хрена не понятно, как он работает. Знает это только Некромант, но к нему никто из орков не отваживается подойти, так как чародей внушает всем неописуемый ужас.

– Настал и черёд Эльронда попробовать вмордуль. – Бухур уже захмелел, его речь стала плавной и неспешной, а лицо раскраснелось. – Единственный уцелевший после остроухих разведчиков бочонок вмордуля был разлит в бокалы только самых важных гостей (из тех, что ещё держались на ногах), ну и мне тоже перепало, хоть я не вельможа какой. При этом Эльронд сказал что-то типа: «Не пьянки ради, а для изучения коварных планов всеобщего врага!». Выпили. Мне этот вмордуль показался не больно-то вкусным; да – крепок, но вкус так себе, плесенью и торфом каким-то отдаёт. Потом же началось что-то странное: то тут, то там, ни с того ни с сего, гости начали выяснять промеж собой, кто из них самый крутой и влиятельный. Да не просто выяснять, а подкреплять свои слова оплеухами! Никто и глазом моргнуть не успел, а уже свалка началась. Хорошо, что оружие при входе в тронный зал сдали, иначе бы не миновать беды. Эльфы таскали гномов за бороды, а те, в свою очередь, выкручивали уши смазливым ублюдкам. Люди тоже не отставали и раздавали пинки и тем, и другим, не забывая валтузить и друг дружку! Дошло до того, что в ход пошли стулья, канделябры и пустые бочки. И тут, в самый разгар потасовки, грянул гром и молнии! Под сводами зала полыхнуло голубым и зелёным, грохот был такой, что все замерли. Я как раз купцу из Эсгарота глаз выдавливал, а тут такое!

– Неужели Гэндальф? – Бильбо даже вскочил с кровати, забыв про похмелье.

– Он самый! – Бухур отчего-то совсем не удивился, что хоббит знает про Гэндальфа. – Вмиг всех успокоил. Правда, Колдыраин попытался его подносом серебряным огреть, да оплошал. Поднос сам собою выскользнул у него из рук и ему же оделся на голову. Причём про «оделся» я не выдумываю – шлёпнулся о макушку, да так изогнулся вокруг, что нечто вроде шлема получилось. У Колдыраина аж ноги подкосились и слуги его быстренько утащили в покои.

Тут Бухур изменился в лице, как будто вспомнил что-то:

– Слушай, Бильбо! А я ведь по поручению Гэндальфа тебя разыскиваю. Он, когда порядок наводил, ну, командовал там ушибленных в лазарет определить и всё такое прочее, спросил между делом у одного человека, не видел ли он здесь полурослика. А я как раз рядом опрокинутую скамейку поднимал! Ну и сказал ему, что мы рядом сидели. Так что собирайся, не знаю, откуда вы друг друга знаете, но спорить с магом я ни капельки не хочу (превратит ещё в жабу!). А маг желает тебя видеть пред собой немедля… Ну, точнее, как ты проснёшься. – С этими словами гном поднялся и умоляюще посмотрел на хоббита. – Пойдём, дружище Бильбо, а то там весь трубощщит выпьют!

Гэндальф стоял, облокотившись на перила террасы, что располагалась перед тронным залом, и задумчиво покуривал свою трубку. Облака дыма над ним сами собой собирались в причудливые формы, напоминающие то ли табун скачущих лошадей, то ли морские волны. Обернувшись на звук шагов, волшебник улыбнулся Бильбо и протянул ему руку, приветствуя.

– А вот и наш взломщик! Или тебя теперь надо называть «сомелье»? – Гэндальф хитро прищурился.

– Да какой там «сомелье»?! Колдыраин со своим трубощщитом обошёл меня вчистую. – Хоббит не скрывал разочарования.

– Так уж и вчистую? – прищур волшебника стал ещё хитрее. – Ты вон с похмелья два дня валялся и, сдаётся мне, дистишиш с вширкой тут ни при чём. Я тут располагаю некоторыми сведениями относительно сырья для трубощщита и более чем уверен, что, когда я ими поделюсь с Эльрондом, придворного сомелье тут же заменят. – Гэндальф теперь уже испытующе глянул на Бильбо. – Но нужно ли тебе это? Я имею в виду, вся эта суета с поставками, пьянками и производством? Не твоё это, признай.

– Да я и сам уже об этом думал. Согласен, лучше я тихонько буду сидеть в своей норе. Приключений мне в прошлый раз хватило. – Хоббит вдруг внезапно помрачнел от нахлынувших воспоминаний. – А вширку я буду гнать в своё удов…

– Кстати, о прошлом разе! – Гэндальф мгновенно стал серьёзным и перебил хоббита. – Ты, случайно, не потерял то колечко?

– Какое… колечко? – Бильбо сделал вид, что не понимает о чём речь, но голос его предательски дрогнул.

– Ты знаешь, какое. Впрочем, вижу: не потерял. Береги его, Бильбо! А вот мне нужно кое-что разузнать. – С этими словами Гэндальф взял стоявший у перил посох и был таков. Бильбо даже опомниться не успел, а волшебника и след простыл.

Делать нечего, Бильбо вздохнул и направился в тронный зал разыскивать Бухура, чтобы попрощаться и ехать восвояси. Он не был в Шире меньше месяца, а создавалось впечатление, что целый год. Перешагивая через мертвецки пьяных людей и эльфов, Бильбо направился к шумной компании гномов, что собралась за центральным столом. Подойдя ближе, хоббит разглядел Бухура. Гном был уже порядком загружен горячительным и что-то громко обсуждал с соплеменниками. В руках его был кувшин, такой же, как те, в которые в начале пира сплёвывали не выпитое. Бильбо понадеялся, что в кувшине просто вино, но ему как-то сразу расхотелось показываться бородатым выпивохам на глаза. Сделав резкий разворот, хоббит тихонько улизнул из зала и быстренько вернулся в свою комнатку – нужно было собираться в обратный путь. Сборы были недолгими, но, выходя, Бильбо нос к носу столкнулся с Эльрондом. Полуэльф уже не выглядел таким важным, как позавчера, даже кончики его острых ушей казалось чуть поникли.

– От лица всех эльфов Ривенделла!.. – начал он торжественно, но голос его внезапно стал хриплым. –Выражаю признательность и уважение Вашему мастерству. В память о нынешнем симпозиуме презентую Вам сию скромную вещицу. Вы всегда желанный гость в этих стенах! – с этими словами Эльронд сунул Бильбо в руки небольшую шкатулку и, развернувшись на каблуках, стремительно удалился.

В шкатулке на бархатной подкладке лежали три маленьких фляжки: вырезанная из дерева была наполнена эльфийским дистишишем (в этом Бильбо ни капельки не сомневался), нефритовая – гномьим трубощщитом, а сделанная из воронёного железа – оркским вмордулем. Золотое тиснение на тыльной стороне крышки шкатулки гласило: «Досточтимому мастеру-сомелье и другу эльфов Бильбо Бэггинсу из Шира!». «Что ж, хоть не с пустыми руками домой возвернусь», – подумал хоббит. Он сунул шкатулку в одну из своих дорожных торб и направился в сторону конюшен. Топтун наверняка извёлся без прогулок и тосковал по дороге…

Шир встретил Бильбо не по-осеннему ярким солнцем. Субботнее утро было прекрасным, как возвращение домой после долгого путешествия. Однако, несмотря на то, что Пупль Передран и Хнюв Тапкинс встречали Бильбо с букетами цветов и слезами на глазах, лица остальных соседей отнюдь не лучились счастьем: оказалось, что Фродо уже на второй день после отъезда Бильбо на симпозиум умудрился случайно отломить змеевик от бильболятора! А поскольку гномы в Шире были гостями редкими, и починить аппарат было некому, вся округа изнывала от отсутствия нормальной выпивки, топила своё горе в бармарепе и крыла разными нехорошими словами швырлорукого родственника Бильбо.

Пришлось хоббиту самому в срочном порядке чинить оборудование. Соседи разве что над душой у него не стояли с кружками наперевес, пока он лудил соединения труб и настраивал производство. Наконец, первая партия вширки была готова, но при этом выяснилось, что на неё ушла вся оставшаяся в округе бармарепа, которая ещё не была выпита за время отсутствия Бильбо на симпозиуме.


…Бильбо грустил. Вширка подходила к концу, а новая партия бармарепы для перегонки была ещё не готова. А всё из-за этого проклятого алкосимпозиума...



Хоббит сидел у окна и грустно смотрел на тёмные тучи, закрывшие всё небо; рука его как будто сама собой легла на пояс, пальцы скользнули в карманец. Кольцо было на месте (почему-то последнее время это волновало Бильбо даже больше, чем качество вширки). Хоббит улыбнулся, но улыбка больше походила на мрачную ухмылку. Ничего, вот скоро подоспеет новый урожай репы нового забористого морозостойкого сорта, и можно будет готовиться к юбилею: 111 лет как-никак!



Выражаю огромную благодарность Tiana (black.heart.19) за редактирование текста. Она же является автором многих ключевых понятий и названий в этой истории.

Показать полностью
19

Синьмариллион

Бильбо грустил. Вширка подходила к концу, а новая партия бармарепы для перегонки была ещё не готова. А всё из-за этого проклятого алкосимпозиума в Ривенделле, который Бильбо посетил на прошлой неделе…

…После победы над Смаугом Ужасным и возвращения в Шир, жизнь потекла своим обычным чередом: кислые лица соседей, плантация репы и скучные вечера. Бильбо не находил себе места, пока однажды на тракте не повстречал странствующего торговца. Верзила, как и все люди, был неопрятен, вонял перегаром, но при этом находился в весёлом расположении духа и с охоткой поведал Бильбо, куда держит путь. А путь он держал в Лихолесье, где, по слухам, король Трандуил изобрёл диковинное устройство по увеличению крепости спиртного! Доселе невиданная в Средиземье штуковина якобы превращала вино в напиток, выпив которого даже полпинты, можно было не на шутку захмелеть! Тут Бильбо навострил уши: не то чтобы он был каким-нибудь пропойцей, но всякие новшества всегда интересовали его. Тем более новшества из страны эльфов, откуда он несколько лет назад еле унёс свои волосатые ноги (вместе с отрядом гномов, разумеется). Ну и конечно, прозорливый ум хоббита сразу увидел выгоду в подобном изобретении. Ещё бы, ведь сколько можно сэкономить места в погребах под орехи, если вино измерять не бурдюками и бочками, а фляжками и вёдрами!

Торговец же вёз в Лихолесье целую подводу, гружёную бочками с брагой, которую он называл барматухой. Оказалось, что Трандуил за некоторое вознаграждение сдаёт свой чудо-аппарат в аренду. Но перегонять вино было не очень выгодно – оно и так было недёшево; а вот брагу! Мало того, что брага была много дешевле вина, так ещё и напиток, из неё получавшийся после перегонки в трандуляторе (так назывался аппарат Трандуила), был гораздо вкуснее! Сами эльфы тоже не брезговали перегонкой браги, правда брага у них была не из всякой ботвы и картофельных ошурков, как у людей, а из местного, так сказать, сырья – шишек. Звалась она поэтому вовсе не барматухой, а шишарагой, и на выходе из трандулятора давала вкуснейший дистишиш, одной чарки которого хватало, чтобы забыть, как выглядит драконья харя. Бильбо не мог поверить в такие чудеса и за солидную сумму сразу же заказал торговцу фляжечку дистишиша (что-то не хотелось ему пробовать пойло из людской барматухи).

Получив через месяц заветную фляжку, Бильбо стремглав помчался в свою нору, где уже было приготовлено на ужин множество всякой вкусной снеди. Дистишиш оказался терпок и крут, приятно согревал нутро и имел можжевеловое послевкусие. Сам того не замечая, Бильбо опорожнил фляжку и упал без памяти! Наутро, приоткрыв один глаз и боясь пошевелиться, в ожидании дикого похмелья, он с удивлением и радостью обнаружил, что его практически нет, если не считать дикой жажды. С этого момента Бильбо загорелся мечтой о собственном трандуляторе. Днями и ночами в самой глубине своей норы, в тайне от всех он мастерил аппарат. Было испорчено множество баков, чанов и тазиков; змеевик (а то, что он нужен, Бильбо узнал от торговца, который лично видел трандулятор) вообще пришлось заказывать у гномов, благо у последних хоббит был теперь в большом почёте. Наконец, после трёх недель трудов, аппарат был готов. Бильбо решил не называть его трандулятором – слишком уж недолюбливал он Трандуила. Но, без лишней скромности, решил наречь своё детище бильболятором. Ну а что, остроухому можно, а ему нет?

Снимать пробу с вширки… Почему «вширки»? О! Бильбо долго думал над названием напитка, покуривая свою любимую трубочку в перерывах от работы над бильболятором. Вот вопрос сырья решился сразу – репы в округе было просто завались, а название для пойла требовалось узнаваемое, чтоб никто не усомнился, что именно хоббит приложил руку к его созданию. И если над названием бармарепы (браги из репы) долго думать не пришлось, то с названием конечного продукта было не всё так просто. В конце концов, Бильбо остановился на «вширке». Во-первых, потому что название недвусмысленно указывало на место происхождения продукта – Шир; а во-вторых, имело женский род, что гораздо приятнее мужскому уху, нежели всякие «дистишиши» и тому подобное.

Ну так вот, снимать пробу… нет, дегустировать – давайте уже изъясняться, как в приличном обществе – вширку Бильбо созвал всех соседей. Добрая дюжина хоббитов с жёнами, которые не желали пропускать угощения, тем более чем-то диковинным и неотведанным, собрались в субботу вечером в норе у Бильбо. Само собой, не обошлось без закуски всевозможных видов и сортов. Когда на всеобщее обозрение Бильбо выкатил бочонок вширки размером с молодого поросёнка, раздался общий вздох удивления:

– Эдак мы только усы намочим! – сказал гладковыбритый по случаю гулянки Пупль Передран из-за Холма, и все согласно закивали.

– Да тут мне одному мало будет! – вторил Пуплю Хнюв Тапкинс, здоровенный даже по хоббичьим меркам толстяк, живший напротив Бильбо.

– Спокойствие, премногоуважаемые соседи! – Бильбо был готов к такой реакции. – Сей напиток, зовущийся «вширка», доселе не был опробован никем из вас, кроме меня. И смею вас заверить, что этого бочонка нам хватит ещё и на опохмел!

Чтобы пресечь дальнейшие препирательства, Бильбо быстро усадил всех за стол, произнёс короткий, но полный задора и гордости за себя тост, и опрокинул маленькую кружечку, где на донышке плескалось вширки «на один палец», как сказали бы люди. Его примеру последовали и соседи, вот только вширки в свои кружки они набулькали, как будто это было вино. Бильбо, к тому моменту уже закусивший мочёной брюквой, лукаво наблюдал за собравшимися: громче всех вопивший поначалу Пупль поперхнулся уже на третьем глотке, и даже охочий до халявы жирдяй Хнюв, выпив полкружки, так выпучил глаза, что Бильбо испугался, что они выскочат тотчас же на стол! Жена Слопинса Хильма вообще прыснула вширкой в соседку напротив – Знябку, которая пришла на дегустацию с мужем аж с того берега Брэндивина. Та, конечно, сразу же замахнулась на обидчицу тарелкой с пудингом, и если бы не сидевший рядом муж, не миновать бы потасовки…

К слову, нужно поведать немного о самой вширке. То ли от исходного сырья, то ли от своеобразности технологии изготовления бильболятора, вширка получилась совсем не такой, как дистишиш. Была она, как бы это сказать, позабористее, что ли. Причём во всех смыслах! И, если дистишиш можно было чуть-чуть подержать во рту и поперекатывать на языке, то вширку нужно было глотать сразу – тут без вариантов, иначе можно было обжечь всё во рту. Жар от неё по нутру растекался гораздо явственнее и ощутимее, а опьянение наступало чуть ли не через несколько минут после первого возлияния. К сожалению, не обошлось и без побочных эффектов: послевкусие явно напоминало квашеную репу, а похмелье было такое, что даже крепкий в этом плане Бильбо всегда оставлял маленечко вширки на утро. Кстати, само похмелье тоже не обошлось без, кхм, нюансов. Окромя головной боли, сравнимой по силе с мигренью, и сильнейших печёночных колик, у страдающего с утра организма самым беззастенчивым образом пучило живот! В первый раз Бильбо списал всё на грушевый штрудель (и весь день проветривал свою нору), но потом он понял, что виной всему вширка. Увы, ни изменения в процессе перегонки, ни незначительные вариации в исходном сырье не избавляли вширку от такого пикантного побочного эффекта. И было бы всё печально, если бы не нужда обязательного опохмеления с утра. После нескольких глотков вширки обоняние как будто отключалось, а точнее, Бильбо становилось совершенно пофигу, чем пахнет у него в норе (быть может именно после этого завяла старая герань, которая испокон веков стояла у Бильбо на подоконнике).

Хотя давайте вернёмся всё-таки к дегустации. Уже через полчаса обстановка в норе Бильбо разительно переменилась. Соседи галдели, как на базаре; рябой Шлюм успел сгонять домой за лютней и уже аккомпанировал вдове Бетти, которая распевала пошловатые песенки под одобрительные взгляды рассевшихся рядом мужчин. Пупль уже обнимался с женой Слопинса, а сам Слопинс раскуривал трубку – подумайте только – прямо за столом! Всеобщее веселье наступило даже скорее, чем предполагал Бильбо. Он благоразумно цедил вширку сквозь зубы, стремясь до последнего контролировать процесс дегустации. К сожалению, его планам не суждено было сбыться: ещё и полбочонка не было выпито, как начались поистине дикие пляски! К лютне Шлюма добавились невесть откуда взявшиеся маракасы и дудка; стулья были отброшены в соседние ответвления норы, а стол сдвинут к стенке. Те, кто не отплясывал лихие танцы посреди зала, либо наглым образом курили прямо за столом, либо обсуждали чьи бабы круче: гномьи или всё-таки эльфийские. Правда гномьих баб никто никогда не видел, а эльфийки были в два раза выше среднестатистического хоббита, уж не говоря о том, что к тому же были в двести раз старше любого из собравшихся.

Всеобщую вакханалию не смог бы остановить и сам Гэндальф. Ещё окончательно не стемнело, а половина гостей уже разбрелась по комнатам. Хнюв спал мордой в салате из редьки, Пупль Передран пил вишнёвый компот из Знябкиной туфли, а вдова Бетти демонстрировала всем подвязки чулок. На всякий случай погасив огонь в камине, Бильбо отправился спать. Он и сам уже еле держался на ногах, хотя вширки выпил, наверное, меньше всех.

Свою ошибку он понял наутро. Нет, его не смутили ни кадушка для  купания, которую гости зачем-то приволокли прямо в зал, ни подвязки вдовы Бетти, болтавшиеся на люстре. В норе было просто нечем дышать!!! Переступая через чьи-то ноги и стряхивая с глаз рукавом слёзы, Бильбо принялся распахивать окна. Окон было всего два, и пришлось отворить ещё и дверь, так как Бильбо всерьёз опасался, что кто-нибудь из дам всенепременно задохнётся. К счастью, его опасения не подтвердились: все дамы, хоть и выглядели несколько помятыми, на удивление, держались даже лучше мужчин, а вдова Бетти так вообще выглядела довольной! Пока Слопинс пил мыльную воду из кадушки для купания, а Шлюм пытался раскурить маракас, Бильбо быстренько налил всем опохмелиться. И не успел он и глазом моргнуть, как веселье продолжилось с новым размахом. Пришлось настойчиво выпроваживать разгулявшихся гостей. В погребах у Бильбо порядком опустело, да и нужно было устранять весь бедлам, что творился теперь у него в норе. Как ни крути, а дегустация вширки прошла успешно. Бильбо не мог припомнить, когда в последний раз градус веселья был столь высок, и не беда даже, что утром от запаха выцвели краски на ковре! Пора было задуматься о промышленном изготовлении вширки (читай – на продажу). Бильбо вовсе не был отъявленным барыгой, но и выгоду свою упускать не хотел. Репа продавалась в последнее время из рук вон плохо, за пару мешков у гномов можно было выменять всего лишь четверть пинты керосину для ламп! Теперь же Бильбо не только знал куда пристроить кучу валявшейся повсюду и начинающей тухнуть репы, но и мог спокойно копить золотишко на путешествие в Серые Гавани, которое задумал ещё после возвращения из похода к Одинокой горе.

И действительно, дела у Бильбо пошли в гору. Ему даже стало не хватать собственных запасов репы. В каждом свободном углу его норы стояли скупленные у соседей чаны, в которых сбраживалась бармарепа. Слава о его вширке распространилась даже на близлежащие людские поселения. Сам Беорн захаживал к нему с бочонком мёда, чтобы попробовать её. К слову сказать, Беорн был единственным, кто мог пить вширку без закуски и хмелеть только со второй кружки! Но однажды до Бильбо дошёл слух, что правитель Ривенделла Эльронд собирает Большой алкосимпозиум в своей резиденции, дабы произвести обмен опытом с другими народами Средиземья. Деньжата у Бильбо к тому времени водились уже серьёзные, он даже сам перестал гнать вширку – платил по серебряной монете собственному племяннику Фродо каждый день за работу. И Бильбо решил поучаствовать. Был куплен молодой и лохматый пони по кличке Топтун, приобретена крытая повозка для него и множество всяких нужных в поездке вещей. Вширку для алкосимпозиума Бильбо выгнал особую. Мало того, что он тщательно перебрал, помыл и нарезал звёздочками репу для бармарепы, так часть вширки он ещё и перегнал два раза! Полученный продукт валил с ног одним только запахом, закусывать его надо было обязательно снегом, а с похмелья выпадал геморрой! Бильбо хотел было переименовать его во «вштырку», но передумал, так как брэнду нужна была стабильность.

Наскоро распрощавшись с загрустившими соседями и наказав Фродо ни в коем случае не отпускать вширку в долг, Бильбо отправился в путь. Очень скоро он прибился к торговому обозу верзил на тракте, и оставшийся путь до Ривенделла не стоит особых упоминаний. Зато в Ривенделле было на что посмотреть! Гномы из Мории, в чьих бородах было больше косичек, чем у маркитанток Дейла; коневоды из Рохана, чьи ноги колесом были смешнее их же сизых носов; ну и конечно, остроухие всех мастей, коих в резиденции Эльронда собралось великое множество. На Бильбо особо никто не обращал внимания, и он пристроился в дальнем конце одного из столов в углу тронного зала (с двумя маленькими бочонками вширки, конечно же). Подле каждого из гостей стоял кувшин: эльфы оказались даже более искушёнными выпивохами, чем предполагал Бильбо – в кувшин надлежало сплёвывать дегустируемые напитки, дабы не захмелеть раньше времени и всё перепробовать! Сидевший рядом с Бильбо рыжебородый гном, представившийся Бухуром, презрительно фыркнул и заявил, что ничего сплёвывать не будет, а перепробует всё так, да ещё и добавки попросит.

Вначале подали ривенделлское столовое. Эльронд произнёс высокопарный тост, из которого Бильбо понял только, что мир во всём мире – это достижение исключительно эльфов, а также, что изготовитель лучшего из напитков будет назначен поставщиком его резиденции. Все выпили, а гномы демонстративно сплюнули в свои кувшины – они недолюбливали остроухих ещё со времён Наугламира. Не сплюнул только Бухур, но лицо при этом сделал такое, как будто выпил не вино, а рыбные ополоски. Затем подавали креплёный кумыс из Рохана, красное гондорское, морийский эль и портвейн из Серых Гаваней. В разгар дегустации некоторые гости уже забывали сплёвывать; то тут, то там завязывались разговоры про политику Изенгарда и рост цен на овёс… Бухур уже вовсю рассказывал Бильбо про красавицу жену и про то, какая у неё курчавая борода, а сидевший напротив купец из Эсгарота отправился к менестрелям заказывать свою любимую балладу. Наконец, поднялся представитель Лихолесья и личный посланник Трандуила Худолаз. Вкратце рассказав про дистишиш и про то, какой он крепкий и вкусный, Худолаз приказал слугам разлить всем гостям по маленьким изысканным бокалам порцию дистишиша. Все уже были наслышаны об изобретении Трандуила и поэтому с удовольствием выпили за его здоровье, а после – похвалам не было конца!

Настал черёд и Бильбо презентовать свою вширку. Поскольку никто так и не хотел замечать маленького хоббита, Бильбо демонстративно подлил Бухуру немножечко вширки двойной перегонки в его бокал с вином. Глянув на подмигнувшего ему хоббита, Бухур выпил, крякнул, а затем рыгнул так, что закачались стоявшие рядом канделябры! Ещё раз заговорщически подмигнув соседу, Бильбо попросил его помочь обратить на себя внимание, пообещав плеснуть гному вширки уже «чистоганом». Бухур мгновенно согласился: он влез на свой стул, чем немало озадачил всех присутствующих, и громогласно объявил, что его закадычный друг (с испокон веков) Бильбо сейчас же заткнёт за пояс любого производителя вина по эту сторону Морийских гор! Приумолкшие гости смиренно стали подставлять свои бокалы, пока Бильбо расхаживал промеж рядов скамеек и разливал всем вширку. Поднаторевший в употреблении своего изобретения хоббит из одного бочонка наливал отборной вширки, а из другого, с позолоченными обручами, капал в этот же бокал несколько капель вширки двойной перегонки. На вопросы любопытных Бильбо отвечал, что так, мол, вкуснее, но на самом деле он переживал за прочность местных отхожих мест. Самому же Эльронду Бильбо плеснул чуть больше вширки двойного перегона, справедливо рассудив, что на утро тот и не поймёт, от какого пойла у него зад трещит по швам. Большинство гостей были уже навеселе и поэтому даже не скрывали пренебрежительного отношения к хоббиту, однако, выпив, все разом уставились на раскрасневшегося Бильбо. Тут же позабыв про недавно выпитый дистишиш, гости рассыпались в дифирамбах уже напитку полурослика! Эльронд так вообще привстал (после того, как отдышался) и на все лады расхвалил чудное пойло!

Сказать, что Бильбо было приятно – не сказать ничего. Покраснев до кончиков ушей, он застенчиво раскланивался и, неумело шаркая ножкой, подливал добавки желающим. А таковых оказалось множество. Бильбо даже стал переживать, хватит ли вширки. Про себя он уже считал себя официальным поставщиком резиденции Эльронда, но как только гости вернулись с очередного перекура (в тронном зале баловаться табачком было строжайше запрещено), со своего места поднялся очень важный и красиво одетый гном. Сразу было видно, что этот гном родом из Синих Гор. На ремне его была закреплена цепочка, удерживающая здоровенную пивную кружку. Кружка, в свою очередь, цеплялась рукояткой за тот же поясной ремень, а точнее, за искусно приделанный к нему крючок из чистого серебра. Длины цепочки в аккурат хватало чтобы дотянуться кружкой до рта, обрамлённого уже седеющей, но невероятно густой бородой с 7 косичками (не иначе, символизирующих семь гномьих кланов).

– Многоуважаемые хозяева и досточтимые гости! – бас гнома был подобен громовым раскатам. – Зовусь я Колдыраином и хочу угостить вас собственным напитком! Знаю, много всего интересного мы попробовали сегодня, а последний напиток от полурослика вообще достоин всяческих похвал! Но то, что предлагаю я, навсегда запомнится вам, как нечто невероятное. Не только эльфы и, как выяснилось, хоббиты способны мастерить аппараты для перегонки. Кстати, бьюсь об заклад, что змеевики в этих ваших трандуляторах изготовлены подгорным народом, но и мы, потомки Дьюрина, способны на это. – Гном сделал паузу, чтобы перевести дух и разгладить усы. – Чан аппарата, называемого «будаинатор», в честь нашего наместника Даина II, изготовлен из чистого мифрила; жар, согревающий его, берёт своё начало в корнях гор, а двойной золотой змеевик охлаждается льдом с вершин Синих Гор…

– А гоните, поди, из камней?! – возглас прозвучал откуда-то из-за дальних столов и принадлежал явно нетрезвому человеку.

В былые времена за подобное неуважение гномы бы схватились за секиры, но Колдыраин явно ожидал этого вопроса, потому что даже бровью не повёл и продолжил:

– Сырьём для нашего трубощщита – да пребудет он в кружке каждого отважного мужа – служит киркаглык. Сей специальный состав – дальний родственник бармарепы и шишараги, но… кхм… гораздо более дёшев. Я бы даже сказал, что любой гном из подземных чертогов отдаст его вам совершенно бесплатно. Тем не менее, главный ингредиент киркаглыка я не буду разглашать, поведаю лишь, что в баки для сбраживания мы кладём горсть самоцветов для придания неповторимого вкуса нашему напитку! – гном сделал многозначительную паузу. – Узрите же крепчайший трубощщит и ощутите его незабываемый вкус!

С этими словами из-за спины гнома вынырнули несколько молодых проворных гномов с подносами, на которых красовались рюмки невероятно тонкой работы, изготовленные умелыми камнерезами из чистейших опалов. Воистину, за такую красоту можно было купить какой-нибудь город людей, ну или половину Рохана!

Выждав, пока все рюмки будут розданы, Колдыраин поднял свою и прогремел:

– Барук Кхазад!!!

Бильбо с недоверием повертел в руках опаловую рюмку. Пять минут назад он был уверен, что контракт придворного сомелье у него в карманцах, теперь же внутреннее чутьё подсказывало ему, что не всё ещё решено. И чутьё его не обмануло: осушив рюмку трубощщита, он буквально потерял дар речи! Напиток пился легко, имел мягкий вкус, и ни намёка на запредельную крепость, которой он несомненно обладал. Под крики «Понеслось дерьмо по трубам!» уже через минуту у Бильбо двоилось в глазах, заплетался язык и подкашивались ноги. Полурослику хватило ещё ума незамедлительно отправиться в свои покои, но, как он добрёл до постели, он уже не помнил…



Окончание следует.
Показать полностью
217

Армейская командировка или как мы боровков кастрировали.

Было это в самом начале 2000-х на Урале, подходил к концу мой второй год срочной службы в ОМедБ, заканчивалось лето и, как говорится, ничего не предвещало… Вечером в располагу заходит ротный и, без лишних телодвижений заявляет: «Завтра с утра в командировку едем» - и уходит. Я даже рта раскрыть не успел: что? куда? зачем??? Пришлось идти к дежурному на разведку. Тот мне и поведал, что у ротного в близлежащей деревне живёт кореш, вроде как смотритель заповедника или типа того. И майор периодически возит в деревню солдатиков, чтобы те этому смотрителю (назовём его Хозяин) помогали по необъятному хозяйству и т.д., за что Хозяин в свою очередь обеспечивал ротному магарычи и безлимитную рыбалку в заповедной зоне – такой вот бартер ё-моё. На следующее утро, я как штык стою у своей коптёрки, появляется майор. Тут надо пару слов сказать про его внешность: рост не более 1,6м, вес под 90 кг – эдакий смурфик-переросток, синим он тоже бывал, только не внешне, а внутренне. Вдобавок ещё и лысый, но характер за то добрый и с проблесками креатива. Без лишних слов загрузились мы в его 41-й москвич и покатили в неизвестном направлении – в ебеня короче. А мне жуть как интересна цель командировки, да и вообще на сколько по времени это может затянуться, но я молчу, т.к. субординация и всё такое!

Километров через 30 ротному, видать, самому надоело слушать стук шкворней в подвеске и он вдруг спрашивает (далее Я- это Я, Р – ротный):

Р: - Ты яйца свиные ел когда-нибудь?

WTF?! Я аж от неожиданности растерялся чуток!

Я:  Не… - говорю, -не доводилось как-то.

Р: - Ну вот сегодня и попробуешь!

Не сказать, чтобы я всю жизнь мечтал попробовать свиные яйца, я вообще не знал, что их едят (т.к. я парень городской), поэтому я захотел больше подробностей:

Я: - А где – говорю – мы их возьмём?

Р: - Скоро увидишь, у Хозяина фазенда большая, скотина есть, а здоровье уже не то. Мы с ним собственно и познакомились, когда он реабилитацию после клещевого энцефалита проходил – так до конца и не восстановился. А свиноматка в начале лета опоросилась, боровков 7 или 8 вроде как, и если сейчас их не кастрировать, то мясо вонючее будет. Так что будешь помогать избавлять поросей от ненужных бубенцов.

Такого я не ожидал. Не, конечно, мне как-то раз пришлось помогать батальонному хирургу кастрировать котёнка, которого принесла жена одного офицера из ДОС'а, но то был котёнок – маленький и пушистый. Да и вся моя помощь сводилась к удержанию котёнка в одеяле, пока не подействует общая анестезия.

Я: - Избавлять-то под наркозом будем?

Р: - Вот ещё! Нечего – говорит, - наркоту на свиноту переводить! Ты, главное, не робей, я всё сам сделаю.

Приезжаем мы в деревню. Фазенда действительно оказалась большая: двухэтажный дом 8х8, баня, сарай и недостроенный сруб, высотой метра 2 располагались на большущем участке с огородами, теплицами и прочими деревенскими примочками. Хозяин нас уже поджидал, попыхивая сигаретой. Был это справный мужик лет 50-ти, чуть выше меня, с умными, но отчего-то печальными глазами. Вышел и ещё один мужичок (как потом мне рассказали – его брат), который в отличие от Хозяина габаритами, да и массой тела не блистал – ростом был ещё ниже майора и легче, наверное, раза в 3. Мне, как самому молодому (точнее как рядовому срочной службы) было поручено ходить в сарай и вылавливать из загона боровков, пока ротный раскладывал на грубом столе у недостроенного сруба медицинские принадлежности.

Легко сказать! Придя в сарай, я обнаружил в загоне ниебических размеров свиноматку, которая занимала всю торцевую сторону загона из редких жердей толщиной с руку, и штук 15 поросят чуть больше взрослого кота размером. Поросята бродили броуновским движением по оставшемуся месту в загоне и активно ковыряли своими пятачками землю и собсвенные какашки. Естественно никто из них не собирался уведомлять меня о том, какого он пола. Пришлось чуть ли не лечь на пол и высматривать тех, у кого болтались, находящиеся теперь в опасности, бубенцы. Ближайшего боровка я выудил даже не заходя в загон- просто протянул руку, схватил его за ногу и поднял, прижав к груди, чтоб не трепыхался. Отворив ветхую калитку сарая, я вынес «первенца» на свет и направился к поджидавшим меня майору и брату хозяина. Сам Хозяин держался поодаль (потом я узнал, что после клеща, он одним глазом не видел и постоянно мучился головными болями).

На столе лежали бинты, тюбик с мазью, стояла баночка со стрептоцидовым порошком, а в руках ротного тускло поблёскивал скальпель. Брат хозяина быстро ввёл меня в курс дела: требовалось держать боровка за ноги «на расшопыгу», пузом кверху. Я с одной стороны - он с другой, а тем временем майор заходил «с тыла» и быстренько отчекрыживал деликатес. На словах было гладко, а на деле поросёнок поднял такой визг и начал так неистово извиваться, как будто почуял свой смертный час! Удерживать его неподвижно оказалось очень непросто и ротный постоянно боялся отрезать лишнего. За минуту оглушающего визга и усилий по удерживанию я аж взмок. Тщедушный брат хозяина наоборот, выглядел спокойным – чувствовалось, что он не первый раз этим занимается. Что удивительно, когда причиндалы боровка были отстыкованы от носителя, а на их место небрежными движениями нафугованы мазь и стрептоцидовый порошок, поросёнок как будто всё понял и притих. Отпустив его мы увидели, что он даже не стремится убежать, а стоит понурив голову и смотрит на нас неестественно печальными глазами (прям как Киану Ривз на скамейке из того мема).

Дальше – больше, отправился я за вторым боровком. Настроение в загоне чуток изменилось, свиноматка, хоть и не изменила положения своего многоцентнерного тела, но злобно наблюдала за мной, а поросята, завидев Вашего покорного слугу отброунились к дальнему углу загона – видать наслушались визгов своего братана! Процесс выуживания слегка усложнился, т.к. пришлось лезть в загон и на карачках (чтоб причиндалы видеть) отлавливать неистово галопирующих поросят, одним глазом поглядывая на свиноматку: ссыкотно как-то ведь.

Конвейерно-кастрационное производство началось! Однако, чем больше грустных собратьев присоединялось к поросёнку-первопроходцу, тем напряжённее была атмосфера в сарайчике. После 5-го или 6-го боровка свиноматка встала со своего пролёженного места и норовила припечатать меня рылом к стене, а поросята просто ставили рекорды по скоростным забегам в замкнутом пространстве. Наконец, предпоследний поросёнок с полной мошонкой медикаментов пошёл пастись по травке, а его бубенцы отправились в эмалированную глубокую тарелку, к предыдущим партиям. Я же, порядком подуставший и, предчувствуя что-то нехорошее, отправился за финальным боровком. Свиноматка встретила меня у самых жердей загона всем своим видом давая понять, что в обиду отпрысков она больше давать не намерена. Проявляя чудеса акробатики и развив почти релятивистскую скорость, я чуть ли не по стене промчался мимо, чудом углядел уцелевшего боровка (девочки, кстати, держались от него в сторонке – видать смекнули, что охота идёт не на них) и, схватив его за …что попало, пулей вылетел из сарая. Довольный своей сноровкой и уже предвкушая вечернюю трапезу мы с братом хозяина привычно растянули поросёнка перед майором…

… И тут раздался треск! Повернувшись на звук я увидел, что свиноматка-авианосец, проломив жерди загона и вынеся к едрени-матери калитку сарая, несётся на нас с неестественной для такой массы скоростью!!! В один миг ротный вскочил на двухметровый сруб, вросив скальпель. Бедный недокастрированный поросёнок трепыхался в моих руках, а в моих глазах проносилась вся моя недолгая жизнь. Я оторопел, не смея шевельнуться я смотрел, как приближается этот свиногеддон и уже прикидывал, что дембеля мне, по-ходу, не видать. И в этот самый момент тщедушный брат хозяина, бросив свою «половину» поросёнка, метнулся вбок, схватил стоящую у сруба лопату и, сделав пару шагов вперёд, со всей дури влепил ею плашмя свинье прямо в пятачину! Импульс встретившихся тел был таков, что у свиньи-мастодонта подкосились задние ноги и, ошалело крутанув глазами, она повалилась на землю (проехав, правда, по инерции на жопе ещё метр).


…Потом долго загоняли свинью обратно в сарай, снимали ротного со сруба (без лестницы не обошлось), собирали раскиданные в суматохе тюбики и бинтики, чинили калитку… К чести моей боровка я всё же не выпустил, дорезали его потом конечно. А вот отведать деликатеса мне так и не удалось – жена Хозяина, выслушав предложение пожарить яйца на ужин, только фыркнула и вывалила содержимое эмалированной тарелки сторожевой собаке…


P.S. Предстоящему году свиньи посвящается ))

P.P.S. Сорян за ошибки – чукча, как говорится, не писатель.

P.P.P.S. Первая проба пера (в прозе) и первый текстовый пост на ресурсе, если не сильно запинаете – напишу ещё, в армейских командировках много чего было.

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!