Жил был схемотехник Иван Петрович. Жил он на планете К50, ничем не выделяющейся и ничем не славящейся. Работал Иван Петрович в НИИ КМПП, согласно должности проектировал схемы и считал себя вполне умным и развитым человеком. Но вот однажды надо было же случиться одной неурядице, которая это самомнение у Ивана Петровича подорвала.
На его рабочем месте сломался квантовый суперкомпьютер. Старенький "Байкал М2025" издал предсмертный писк и испустил свой машинный дух. Производство, конечно, могло бы выдать и новый, но у Ивана Петровича остались несколько петабайт жизненно необходимых файлов, а также установочник игры детства "Ведьмак 4", который на просторах рунета уже было не найти. Потому Иван Петрович отважился и, после пары неудачных попыток самостоятельного ремонта, понес "Байкал" в сервис.
Ближайшая ремонтка находилась вниз по пятой улице на четвертом уровне города. Неоновая вывеска с надписью "РЕМОНТ КСП КНТ НЕДОРОГО СКУПКА КУБИТОВ" уже немного покосилась и слабо мерцала. Суровый на вид ремонтник, с бородой и глазным протезом, повертел мертвый суперкомпьютер, позаглядывал в разные уголки сиего чуда техники, и, наконец, с недовольным лицом произнес:
-- Не можем починить.
-- Как так?
-- Деталей нет. У вас кубитный предохранитель навернулся, здесь такой не купишь. Летите в столицу субсектора, на Хель-200.
Всякий здравомыслящий человек отказался бы от идеи совершать гиперпрыжок через половину рукава галактики ради обычного компьютера, но искренняя любовь к четвертому Ведьмаку пересилила здравый смысл в голове у Ивана Петровича. Вместе с "Байкалом" он отправился на космодром, сел в первый же рейс и растворился в гиперпространстве.
На Хель-200 Иван Петрович с грехом пополам дотащился до ближайшего сервисного центра. Там его встретил мальчишка с длиной челкой, на которую ходила мода у последователей киберэмо культуры. В старые времена таких людей бы назвали "неформалами" или другими словами, созвучными с одной известной математической константой, но Иван Петрович воздержался от комментариев.
Мальчик, как и его предшественник, долго крутился вокруг "Байкала" На какое-то мгновение ему даже удалось его включить, но всего лишь на мгновение. Иван Петрович подумал, что компьютер восстал с того света, только чтобы выдать "Отъ#битесь" на машинном коде. К процессу подключилось еще несколько "киберэмо" и сознание Ивана Петровича начало потихоньку мутнеть от их вида и жаргонного сленга.
-- Нет, не получится.
-- Да как так-то?
-- Околонулевые резисторы по всей квантокарте померли. Тут таких не делают, не починим.
-- А как же этот, как его там... кубитный предохранитель?
Киберэмо удивленно взглянули на несчастного схемотехника.
-- Эти детали уже лет 200 в "Байкалы" не вставляют
-- Так ему как раз...
-- Мужчина, не сможем починить, сказано же, что вы пристали?
Иван Петрович тяжело вздохнул.
-- И куда мне с ним?
-- Ну, на Марсе найдется что-нибудь, скорее всего. Там такого старья полно.
Чаша весов со здравым смыслом и любовью к Ведьмаку в сознании Ивана Петровича на какое-то время колыхнулось в логичную сторону. Но ностальгия использовала козырь и воспроизвела в голове схемотехника образ повзрослевшей Цириллы. Взвалив несчастный и многострадальный "Байкал" на плечо, Иван Петрович направился к космическому кораблю.
На Красной планете, в Красном городе, на Красной улице, висела красная вывеска, гордо заявлявшая о местном сервисном центре. Глаз Ивана Петровича уже дергался, и, как бы ему не хотелось это признавать, покраснел от недосыпа.
На этот раз в качестве ремонтника выступал адепт технорелигии, в котором от человеческого осталось разве что нервная система. Он перекликаясь со своим коллегой нулями и единицами, но Ивану Петровичу достаточно было одной интонации их сигнального диалога, чтобы понять, что и тут ему ничего не светит.
-- Не можем починить.
-- Но почему?!
-- Ангстремные транзисторы на процессоре перегорели. Слишком старая технология, не купить и не найти.
-- И куда мне с ним?
-- На Земле, может быть, что нибудь еще осталось. А сейчас покиньте помещение, у нас по времени молитва Богу-Машине.
Выйдя из ремонтки, Иван Петрович закурил. Кстати, пару гиперпрыжков назад он и не задумывался об употреблении табака.
Ремонт "Байкала" стал для Ивана Петровича уже делом принципа. Благо, до Земли было сравнительно недалеко.
Колыбель человечества перестала быть таковой еще пятьсот лет назад и ничего родного схемотехник на ней не ощущал. В городе под очень странным названием Ом-CK, вероятно отсылающей к мере измерения сопротивления в резисторах, Иван Петрович высадился с космического корабля, подхватил компьютер и направился на поиски.
Наконец, в подвальном этаже старинного знания, которое по праву считалось памятником архитектуры, под занимательным названием "хрущевка", за закоулками, подворотнями, за узкими улочками он нашел лист бумаги на двери с надписью "Фаза. Ремонт ПК и ноутбуков". Что такое ПК Ивану Петровичу приходилось только догадываться, но внутренняя интуиция направила его в это таинственное место.
Здешний старик, лет 80-ти, сухими дрожащими руками взял в руки "Байкал" как новорожденного ребенка и аккуратно стал снимать панель за панелью. Где-то после третьего уровня снятия глаза ремонтника округлились, губы поджались, а лысина зачесалась.
-- Так у вас, милейший, биос перегорел.
-- Чего?
-- Ну, биос, батарейка такая.
-- Не починить?
-- Да почему же...
Старик сдул пыль со старого ящика и выудил оттуда металлическую шайбочку, залез в "Байкал", сделал пару телодвижений и, о чудо, компьютер ожил!
-- Сколько с меня? -- Иван Петрович был готов отдать все деньги мира этому волшебнику.
-- Да ну, за такую работы стыдно деньги брать.
-- Но запчасть ведь наверняка дорога страшно?
-- Да какое там, копейки стоит. Пользуйтесь на здоровье.
Иван Петрович едва ли не лопнул от улыбки и еще бы чуть-чуть и расцеловал дедушку, но сдержался, сердечно поблагодарил и вышел на улицу.
После долгого обратного пути Иван Петрович сидел на любимой работе, а под столом мирно гудел любимый "Байкал", несомненно, тоже радостный от воссоединения с хозяином. Иван Петрович беззаботно играл в "Ведьмака 4" и думал одну мысль:
-- В гробу я видал этот научно-технический прогресс.