Откуда пошло?
всё держится на старом смысле корня kup- — «соединять, собирать в кучу».
«Купа» как ссуда — это как будто «собранное и отданное в долг»: куча зерна, стадо скота, набор инструментов.
«Купить» — значит «соединить товар и деньги»: ты даёшь деньги, тебе дают товар.
«Купец» — тот, кто постоянно этим «соединением» занимается: меняет, продаёт, покупает, сводит продавцов и покупателей.
1994 год. Деревня Простоквашино — зона, где советская власть уже кончилась, а закон так и не начался.
Дядя Фёдор ушёл из семьи в семь лет. Родители думали, что его похитили цыгане. На деле пацан просто выбрал свободу и долю в малом бизнесе.
На вокзале Фёдор сколотил бригаду. Матроскин держал палатку с просрочкой, пока её не сожгли чеченцы. Шарик числился сторожем на складе, откуда сам же всё и вынес.
В деревне банда присмотрела пустующий дом — документов не спрашивали. Замки сбили монтировкой: в те годы это называлось приватизацией.
Матроскин взял в лизинг племенную корову у разорённого совхоза. Лизинг заключался в том, что сторожу тупо дали монтировкой по голове и увели скотину через лес.
Мурка питалась борщевиком и выдавала чистый технический спирт восьмидесяти градусов. Бабло потекло рекой: майонезные банки трещали от баксов.
На стрёме сидел завербованный галчонок. Птица знала только одну фразу: «Кто там, сука? Стволы на пол!»
Но на любой бизнес в районе рано или поздно приходила крыша. Местный смотрящий — почтальон Печкин. Человек с лицом нераскрытого убийства, оклада которого не хватало даже на верёвку с мылом.
«Посылка пришла! Но я вам не отдам. Документов нет! А морды подозрительно сытые. Делиться надо!» — сказал Печкин.
Конфликт решили по законам рынка. Шарик дёрнул затвор фоторужья — в протоколе потом напишут: «Обрез был 12‑го калибра».
Родители потом пытались забрать сына, но Фёдор приказал спустить псов, потому что в Простоквашино выживал не тот, кто слушал маму, а тот, кто вовремя приватизировал корову.
2014год.восскренье.в метро народу ноль.
Поднимаюсь на эскалаторе, вижу: стоит «из ларца» с дубинкой наперевес. В голове происходит замыкание, и мозг выдаёт: «А хули они до всех доёбываются? Нужно исправлять». Иду, смотрю ему в глаза, и, когда наши взгляды пересеклись, я делаю удивлённое лицо и, направляясь к нему, говорю:
— Нихуя… Саня, братан, здарова!
(Вопросительный взгляд.)
— Иванов, ты гонишь… Это же я, Димас, служили вместе в Заполярье.
— Я ни в каком Заполярье не служил.
— Пиздишь.
— Не пизжу.
Тряся указательным пальцем у его носа, говорю:
— Один в один Саня Иванов. Ещё думаю: «А что чел с урала тут забыл, ещё и в форме?»
Извини, сержант, обознался.
Подходя к выходу, оборачиваюсь на него. Мы смотрим друг на друга. Я опять улыбаясь трясу пальцем и сваливаю. Оставив его один на один с его озадаченым еблетом)
Первая была геодезистка, постоянно говорила: «Глубже, глубже». Развёлся я с ней. Вторая была училка, постоянно: «Повторите, повторите». Развёлся. Третья была спортсменка, всё время: «Быстрее, быстрее». Развёлся. Сейчас живу со строителем. 👍 Баба.говорит: «Да хуй с ним, завтра закончим».)
От аббревиатуры МУС. До революции в Москве было подразделение — Московский уголовный сыск. Есть версия , что оперативные работники представлялись примерно так: «МУСОР такой-то» — то есть «Московского уголовного сыска оперативный работник». Позже организацию переименовали в МУР (Московский уголовный розыск), но прозвище в уголовном жаргоне уже закрепилось
На улицах китайских городов появились гуманоидные роботы, занимающиеся попрошайничеством. Они буквально вторгаются на территорию, которую традиционно занимали люди, просящие милостыню.
Страх потерять работу из-за робота далеко не нов. Работники переживают по поводу автоматизации уже несколько десятилетий, а развитие ИИ только усилило эти опасения в последнее время.
Теперь же повод для беспокойства появился даже у тех, кто работы не имеет, так как гуманоидных роботов-попрошаек недавно стали замечать на улицах Китая.
Роботов видели в Пекине, Чэнду и Фучжоу. Они либо сидят прямо на тротуаре, либо стоят на коленях с опущенной головой, обращаясь к прохожим с различными сообщениями.
роботы умоляют людей фразами вроде "У меня нет денег, чтобы зарядить телефон" или "Пожалуйста, оплатите мой счёт за электричество". Рядом с ними размещены QR-коды, ведущие на страницу онлайн-платежей, где можно перевести им пожертвование в цифровом виде.
