Спор на 66 миллиардов: Сбербанк против «Транснефти»
Спор на 66 миллиардов: Сбербанк против «Транснефти»
Москва, конец 2013 года.
Доллар стоит 32 рубля.
В «Транснефти» решают оптимизировать расходы на обслуживание валютного долга.
Цель: снизить процентные платежи по облигациям.
Инструмент: барьерные валютные опционы.
Суть сделки была в обмене рисками.
«Транснефть» продала Сбербанку опционы на $2 млрд.
Логика компании: рубль будет стабилен, курс не пробьет условный «потолок» (барьер), и мы сэкономим на обслуживании долга.
Черный лебедь 2014-го
Расчет на стабильность не оправдался.
В 2014 году произошла резкая девальвация.
Барьер (даже после повышения до 50 рублей за доллар) был пробит.
Вместо экономии «Транснефть» получила убыток в 66,5 млрд рублей.
Платить компания отказалась и в 2017 году пошла в суд с требованием признать сделку недействительной.
Две логики, две правды
1. Позиция «Транснефти» (Мисселлинг):
Банк выступал одновременно и консультантом, и продавцом - это конфликт интересов.
Сбербанк, по мнению истца, вел себя недобросовестно: навязал спекулятивный инструмент и не раскрыл риски.
«Мы не согласны, что они раскрыли нам все риски» (Максим Гришанин, первый вице-президент).
2. Позиция Сбербанка (Квалифицированный инвестор):
«Транснефть» — профессиональный участник рынка.
В штате компании работают профессиональные выходцы из инвестбанков, которые понимали природу деривативов.
Декларация о рисках была подписана.
«В "Транснефти" работают люди, которые заключили не один десяток подобных сделок» (Андрей Шеметов, вице-президент Sberbank CIB).
Почему не сработал «Немецкий прецедент»
В суде «Транснефть» активно ссылалась на зарубежную практику, в частности на известное дело Ille Papier против Deutsche Bank в Германии. Там суд встал на сторону клиента, которому банк продал сложный своп, и обязал возместить убытки.
Но российский суд (в апелляции) увидел принципиальную разницу, которую упустил истец:
• В Германии пострадавшим была средняя компания (производитель бумаги) - классический «любитель» против банка-профессионала. Суд защищал слабую сторону.
• В России истцом выступала «Транснефть» - крупнейшая монополия с огромным казначейством и квалификацией, не уступающей банковской.
Аргумент «мы не поняли, что подписали» работает для бумажной фабрики, но не работает для корпорации, управляющей миллиардными потоками.
Судебный итог (2017)
Процесс прошел через два этапа русских горок:
• Первая инстанция (Треш ситуейшн):
Суд неожиданно встал на сторону «Транснефти», признав действия банка недобросовестными.
Рынок отреагировал нервно: решение создавало прецедент «беспроигрышной лотереи».
Если квалифицированный инвестор может отменить убыточную сделку через суд, рынок деривативов в РФ юридически перестает существовать.
• Апелляция (Откат):
Решение пересмотрели в пользу Сбербанка. (точнее была мировая).
Суд подтвердил: подписал контракт как профи — неси ответственность за рыночный риск.
