Забытое⁠⁠

После десяти лет проведенных в городе – я не мог сказать, что был сильно рад вернуться в родную деревню. Да и обстоятельства, вынудившие меня к этому, были не слишком радужными.

Звонок с неизвестного номера никогда не сулил для меня ничего хорошего. Но я все же поднял трубку.

- Алло, здравствуйте, это Сергей?

- Да, это я.

- Здравствуй ещё раз, это Андрюха Топоров, одноклассник твой, помнишь меня?

Мы не общались десять лет, с тех пор, как я окончил школу и уехал из деревни. Помнил его я смутно, но из вежливости придав голосу максимальное радушие ответил.

- Да, конечно помню, здорово, Андрюха, что случилось?

- Да повод грустный, Серёг. Отец твой умер.

У меня похолодели руки

- Боже… Как? Что случилось?

- Инсульт говорят. Месяц как. Схоронили уже. Мы тебя так долго искали. Да вот повезло – нашел я твой номер, добрался до тебя. Сочувствую. Но ты не переживай, похоронили его по совести, все как надо. И за домом приглядывали – ключ под половичком лежит..

Он говорил ещё что-то, но я его уже не слушал. Скомкано поблагодарив за все и попрощавшись, я повесил трубку. Мы не были очень близки с отцом. Вообще почти не общались с того момента, как умерла мама, но все же эта новость потрясла меня.

Семьи у меня не было, так что и не было необходимости предупреждать кого-то, кроме начальника. Уже следующим днем я запрыгнул в пустую электричку, прислонился к стеклу и, глядя на унылый осенний пейзаж, прятавшийся в тумане, поехал в деревню.

Через час я спрыгнул с перрона и пошел по размытой от дождей дороге в сторону родной деревни. Под ногами неприятно скользили гнилые листья, ботинки завязали в грязи, воняло чем-то палёным. Идти было недалеко и уже минут через десять показались первые дома. Я решил сразу посетить могилу и прошел деревню насквозь, не встретив никого по пути, чему был только рад. Затем свернул к лесочку, возле которого притулилось кладбище. Поплутав среди разросшихся кустарников и покосившихся оградок, наконец нашел могилу отца.

Неприметный, уже размытый дождями холмик. Ни цветов, ни венков. Только скромная табличка с именем и датой жизни. Я неловко потоптался вокруг, со смущением поняв, что мне на её нечего положить. Силился вспомнить лицо отца, но оно выступало в памяти лишь как серое, нечеткое пятно. Не проведя там, наверное, и пяти минут, я собрался уходить, как увидел неподалеку девушку в белой куртке, сидящую на поваленном дереве. Она смотрела на меня. Я неловко помахал ей и она махнула в ответ. Я подошел к ней и узнал свою одноклассницу Олю.

От неё неприятно пахло спиртом и костром. Она ничуть не изменилась с тех пор. Разве что её глаза, которые я помнил васильково-синими, словно светящимися, теперь подернулись дымкой и больше подходили старухе.

- Привет, Оля.

- Привет, Сергей.

Под глазом у неё виднелся бледный синяк. Видимо пыталась спрятать его под косметикой.

- Приехал отца проведать?

- Ну да.

Помолчали.

- Думаю, ещё вот в школу нашу, может ещё зайти?

Она удивленно посмотрела на меня.

- Какую школу? Она сгорела.

- Правда? И давно?

Оля не ответила, продолжив в упор смотреть на меня. Смотреть в эти молочные глаза было неприятно, поэтому я, буркнув что-то нейтральное, попрощался и ушел. Оглянувшись через плечо увидел, что она все так же сидит на месте и смотрит мне в спину.

Я дошел до отцовского дома и нашел под ковриком ключ, как и говорил Андрей. Внутри царил запах затхлого воздуха и пыли. Я почувствовал себя не в своей тарелке и чем здесь заниматься не мог приложить ума. Поэтому просто сел за стол, включил настольную лампу и бессмысленно пялился в окно, в густеющие осенние сумерки.

Зазвонил телефон.

- Привет, Андрей.

- Привет, Сергей. Ну, где ты там?

- Дома, у отца.

- Вот здорово. А наши все беспокоились, что так и не найдем тебя. А я вот взял и добрался до тебя.

- Ага, знаешь, я как раз тут одноклассницу нашу, Олю, вспоминал…

- Да, неприятная история. Парень у неё уж очень ревнивый был. Бил её все время и выпить любил. А однажды пьяный, так разошелся, что насмерть её и забил.

В голосе его, однако, не слышалось ничего, кроме холода и равнодушия.

- Что? О чем ты? Я её сегодня видел.

- Сергей, она умерла.

Я почувствовал тошноту. Сбросил вызов. Мысли в голове едва цеплялись одна за одну. Мог ли я просто обознаться? Но мы ведь узнал друг друга…

Снова звонок.

- Оля?

- Да?

- Представь, как дурацкую шутку я сейчас услышал...

И коротко пересказал ей рассказ Андрея.

- Это всё правда, Сергей.

- Что за дурацкие шутки, Оля?

- Это ты убил меня.

- Что? Это неправда.

- Правда. Это ты избил меня до смерти, Сергей. Не помнишь? И как потом поджег школу не помнишь? Отчего твоя мать умерла? И почему ты никогда с тех не пор общался с отцом?

- Ты врёшь, я звонил Андрею и он рассказал…

- Это был ты. ТЫ УБИЛ МЕНЯ! ТЫ УБИЛ НАС ВСЕХ!

В панике я отшвырнул телефон. Это всё шутка, одна большая дурацкая шутка. Сейчас позвоню Андрею, и выскажу ему всё, что думаю.

Я метнулся к телефону, споткнувшись о загремевшую бутылку, и хотел открыть список вызовов. Но он не включался. Видимо от броска отошла батарейка. Или он был выключен все эти дни?

Я бросил телефон. Руки неприятно щипало холодом. Запахло костром.

В дверь постучали.