За порогом (часть 2)⁠⁠

часть 1

VII

Последние записи были сделаны год назад.

«29.01.2022.

Меня зовут Пётр Сергеевич Рыбин. Как и всё предыдущие авторы этого дневника, я попал в западню. Я давно потерял счёт времени. Голод ощущается всё сильнее, и для меня это, возможно, даже страшнее, чем всё то безумие, которое здесь творится. Да, я обжора. Мой вес уже давно перевалил за двести килограмм, и я знаю о своей проблеме. Старик сказал, что меня настигла кара за неуёмный аппетит. Мне нелегко это признавать, но он прав. Судя по всему, я один из тех неудачников, которые обречены на долгую и мучительную смерть в этой ловушке.

Я несколько раз безуспешно пытался выйти, но дери и окна убегают от меня. Стоит мне протянуть руку к дверной или оконной ручке, как стена отодвигается. Не знаю, как это объяснить, но визуально квартира не становится больше. Последний раз я шёл за ускользающей дверью, как мне показалось, около десяти минут. Обернувшись назад, я обнаружил, что не сдвинулся с места ни на шаг. Я был уверен, что сошёл с ума, пока не наткнулся на эти записи.

Какое-то время назад я обнаружил в холодильнике палку копчёной колбасы. С жадностью накинувшись на неё, я уже через мгновение орал от боли, выплёвывая осколки зубов, а в руках у меня оказался обрезок металлической трубы. Такой боли я не испытывал никогда в жизни.

Всё здесь обман и иллюзия. Нельзя верить никому и ничему, особенно своим глазам и ушам. Я слышал, как из отключённого телевизора некто требовал от меня найти и уничтожить печать. На стенах комнат и поверхностях зеркал я находил кровавые послания странного содержания. Чаще всего встречались надписи «Позывной «Навь» и «Старик лжёт».

Личность этого Старика действительно взывает вопросы. Кто он такой и откуда знает о творящемся здесь безумии? Судя по записям в дневнике, двадцать лет назад он уже был довольно стар. Сколько же ему лет? Пытался разговорить его, но он умело уходит от всех вопросов. Если этот дед как-то причастен к происходящему здесь, то, возможно, потерей зубов я расплатился за своё любопытство.

С целью отвлечься от невыносимого чувства голода ознакомился с книгами в шкафу. Попалось несколько интересных экземпляров на старославянском. В любой другой ситуации мне, как филологу-слависту, это доставило бы небывалое эстетическое удовольствие, но не теперь. Одна из них носит название «Книга Чернобога». Никогда о такой не слышал. Я знаком с «Книгой Ве́леса», которая, по мнению экспертов, является подделкой, но о «Книге Чернобога» слышу впервые. Бегло изучив её, я пришёл к выводу, что именно с помощью этого гримуара в 1982 году сектанты и надеялись призвать в наш мир древнее божество в этой квартире. На полях сделаны заметки, а в книгу вложено несколько пожелтевших тетрадных листов. По всей видимости, эти записи сделаны служителями культа после того, как они оказались заперты.

Изучив книгу и сопоставив информацию, записанную на листах, с заметками предыдущих жильцов, у меня сложилась следующая картина произошедших событий и их последствий. Культисты планировали открыть проход в наш мир Чернобогу, но девушка по имени Неля прервала процесс обряда. В записях упоминается, что её планировали принести в жертву как земное воплощение славянской богини Недо́ли. Подробности конфликта двух богов мне неизвестны, хотя, судя по всему, их противостояние длится уже не одну сотню лет. Девушке удалось сбежать, а вместо Чернобога на зов откликнулся его сын Мо́рок — повелитель иллюзий и обмана. Ритуал призыва не был завершён, и разгневанное божество оказалось запертым между мирами. Кто-то из осознавших последствия своего поступка сектантов запечатал проход. Разрушение печати откроет Мороку выход в наш мир. Допускать этого нельзя ни в коем случае.  

Так же в записях упоминается о том, что сбежавшая девушка была наказана за свой поступок. Я не верю в совпадения, и то, что имена беглянки и хозяйки квартиры идентичны, наводит на определённые мысли. Если предположить, что девушка, помешавшая призыву Морока, и старуха Элеонора Власовна — это одно и то же лицо, становится понятно, какой ценой ей далось прерывание ритуала. Тимофеев ещё в 2002 году отзывался о ней как о бабке. Не могла молодая девушка за столь короткий срок превратиться в старуху.

Остаётся ещё много вопросов. Возможно, я сумею разобраться до того, как умру от голода. Я искал печать, сдерживающую Морока, но безрезультатно. Сектанты пишут о том, что сила печати со временем слабеет и для её восстановления необходима кровавая жертва грешника. Не хочу думать об этом, но, скорее всего, все попавшие в ловушку люди как раз и были выбраны на роли жертв.

В соседней комнате я слышу тихое пение на незнакомом языке. Наверняка это очередная иллюзия. Думаю, что все эти видения не что иное, как попытка Морока сломить меня психологически и подчинить своей воле. Вероятно, получив полный контроль над моим разумом, он сможет заставить меня сломать печать. Пение манит, сопротивляться всё сложнее».

На этом записи в дневнике обрывались. Вадим отложил блокнот и вытер о штаны вспотевшие руки. Свет мигнул, и мужской голос за его спиной чётко произнёс: «Навь» — это позывной узла связи».

Смирнов резко обернулся, но позади никого не обнаружил. В комнате он был один. Из коридора донёсся странный шуршащий звук.  Тихо подкравшись к выходу из комнаты, мужчина осторожно выглянул из-за угла. Сорванная с трельяжа занавеска валялась на полу, а из зеркала тянулся широкий кровавый след в сторону санузла. Вадим успел заметить ноги вползающего в туалетную комнату существа, оставившего за собой эту кровавую полосу. Метнувшись на кухню, Смирнов в панике рванул на себя ящик со столовыми приборами и, схватив самый большой нож с широким лезвием, медленно направился следом за незваным гостем. Дверь в санузел была закрыта. Мужчина вытянул руку с ножом и толкнул её лезвием. Туалет был пуст, след обрывался за порогом. Чья-то рука легла ему на плечо. Заорав от неожиданности, он развернулся и, не глядя, всадил нож в стоящую за ним фигуру. В первую секунду Смирнов даже не понял, что произошло. Растерянным взглядом он смотрел на своё левое плечо, из которого торчало лезвие ножа, и на собственную правую руку, сжимающую его рукоять. В коридоре, кроме него не было никого.

Потом пришла боль. Шипя сквозь зубы, мужчина выдернул нож, бросил его на пол и, сорвав висящее у двери полотенце, зажал рану.

VIII

Нужно было осмотреть, насколько серьёзно ранение, но внезапно зазвонил телефон. С замирающим сердцем Вадим поднял трубку:

— Слушаю.

— Ну что, Вадим Игоревич, — услышал он знакомый скрипучий голос. — Готов к разговору?

— Готов, — процедил Смирнов, зажав телефонную трубку плечом. — Как мне отсюда выбраться?

— Вот это разговор, — одобрительно проскрипел Старик. — Люблю, когда сразу к делу. Предположу, что блокнот ты уже прочитал и сделал какие-то выводы. Возможно, неверные. Не стоит верить всему прочитанному. Люди, писавшие его, были не в себе и не могли адекватно оценивать происходящее. Ты должен понимать, что оказался здесь не случайно. Привела тебя сюда твоя жадность. Всю жизнь за наживой гонялся, теперь расплачиваешься. Недоля кого попало на роль жертвы не выбирает, да и квартира не всех принимает. Серьёзный грешник нужен. Бывает, люди месяцами живут и не подозревают, какие дела здесь творятся, пока подходящий кандидат не отыщется.

— Вы же сразу к делу хотели перейти, — нетерпеливо вставил Вадим.

— Ты не перебивай, — раздражённо ответил собеседник. — Не в том положении сейчас.

Смирнов послушно замолчал, а Старик продолжил:

— Элеонора когда-то лишилась своей молодости, но научилась поддерживать жизнь в одряхлевшем теле. Каждая принятая жертва продляет её жизнь. Останавливаться она не собирается. Представь, сколько ещё людей пострадает. Чтобы это прекратить, надо уничтожить печать, которая находится в квартире. Где конкретно она находится, я не знаю, но когда найдёшь, поймёшь. Крест, вписанный в треугольник. Как только найдёшь этот символ, немедленно уничтожь его, и всё прекратится.

— Есть у меня ощущение, что вы чего-то не договариваете, — недоверчиво произнёс Вадим, морщась от боли в руке. — Почему я должен вам верить? Я вас не знаю. Кто вы вообще такой?

— Много вопросов задаёшь, Вадим Игоревич. Можешь мне, конечно, не верить, но вариантов у тебя, сам понимаешь, не очень много. Найди и уничтожь печать, или будет хуже.

Старик прервал связь.

— Да пошёл ты… — буркнул Смирнов.

Здоровой рукой он вернул трубку на место. Полотенце пропиталось кровью и прилипло к травмированному плечу. Нужно было обработать рану и обдумать дальнейшие действия. В надежде отыскать аптечку он побрёл в зал.

Телевизор включился самостоятельно. Сквозь помехи просматривался размытый тёмный силуэт. Динамики внезапно ожили, и раздался бесцветный голос:

— Я знаю, что ты здесь. Не бойся. Меня зовут Пётр. Когда-то я тоже заселился в эту квартиру и угодил в западню, как и ты. Времени у меня немного, поэтому слушай внимательно. Не верь Старику. С тобой говорил не человек. Это Морок, и он хочет выбраться в наш мир. Если ты разрушишь печать, то выпустишь его наружу. Печать ещё держится, но постепенно слабеет, и влияние тёмного божества становится сильнее. Он уже способен ненадолго завладеть телом жертвы и попытаться уничтожить сдерживающую руну самостоятельно. Она, скорее всего, разрушится сама со временем, но на это могут уйти десятилетия. Столько ждать он не может. К тому же кое-кто делает всё возможное, чтоб печать не потеряла свою силу. Хозяйка квартиры прилагает много усилий для сдерживания Морока за порогом нашего мира. Несколько раз он пытался в телах сломленных психологически жертв найти руну самостоятельно, но, к счастью, потерпел неудачу. Человеческие оболочки не могут долго вмещать божественную сущность, и за отведённое время он не смог обнаружить печать. Это не значит, что он не попытается снова, поэтому будь осторожен и помни, что время и пространство тут подчиняются совсем другим законам. Я скажу тебе, где находится символ, и когда ты его увидишь, то всё поймёшь. У тебя будет выбор, и этот выбор будет нелёгким. Если ты примешь правильное решение, то спрячь печать в новом месте. Выйти из квартиры у тебя уже не получится при любом исходе, но зато будет шанс спасти свою душу и, возможно, весь мир.

— Погоди! — испуганно воскликнул Вадим. — Как это не получится выйти?

Силуэт продолжил вещать, и Смирнов понял, что Пётр его не слышит. Видимо, связь была односторонняя.

— В коридоре есть дверь в кладовку. Печать находится за этой дверью. Я очень рискую, раскрывая её местонахождение. Скорее всего, Морок сейчас слышит меня и попытается тебе помешать, поэтому важно перепрятать символ в новое место. Надеюсь, ты понимаешь, почему я не стал писать об этом в дневнике. Будь осторожен».

Экран телевизора погас, но тут же снова включился, и Вадим увидел тёмную сгорбленную фигуру, стоящую снаружи у входа в проклятую квартиру. Незнакомец толкнул дверь и медленно переступил порог.

IX

Смирнов выглянул в коридор, но там никого не было. Дверь по-прежнему была закрыта. Фигура на экране телевизора тем временем пересекла коридор и вошла в пустую гостиную. Вадим приблизился к телевизору практически вплотную. Изображение расплывалось и дёргалось, разглядеть детали было сложно. Незнакомец был одет в чёрный бесформенный балахон с просторным капюшоном, скрывающем лицо. Двигался он заторможено, и складывалось впечатление, что каждое движение даётся ему с большим трудом. Визитёр направлялся в спальню, и когда он туда вошёл, Смирнов непроизвольно вскрикнул. На кровати, безмятежно посапывая во сне, лежал он сам. Тёмная фигура приблизилась к спящему мужчине и простёрла над ним руки. Серая дымка окутала обоих. Вадим понимал, что происходящее не сулит ему ничего хорошего, но как этому помешать, не знал.

— Проснись! — в отчаянии закричал он, но, естественно, его никто не услышал.

Вдруг догадка мелькнула в его мозгу. Смирнов бросился в коридор и, схватив телефонную трубку, заорал в неё:

— Навь? Алло, Навь!

Замерев, он со слабой надеждой вслушивался в мёртвую тишину.

— Навь. Слушаю, — отозвался ровный женский голос.

— Смирнов Вадим Игоревич, — выпалил он, надеясь, что это сработает.

— Соединяю.

Раздался приглушённый звонок. Вадим понял, что звук идёт из телевизора.

— Ну же, просыпайся, — бормотал он, — Возьми трубку.

Звук звонка прервался.

— Внимательно, — ответил сонный охрипший голос.

— Не верь Старику! — заорал Смирнов. — Он не тот, за кого себя выдаёт!

— Алло, кто это? Алло, вы меня слышите?

Со стороны собственный голос звучал непривычно и неприятно. В трубке щёлкнуло, и соединение оборвалось. Мужчина вымученно улыбнулся отражению. Что бы ни задумывал незнакомец, он сумел этому помешать. Заглянув в комнату, Вадим убедился, что телевизор прекратил трансляцию и снова тускло поблёскивает погасшим экраном.

Он осмотрел коридор, и взгляд его остановился на двери в кладовую. С удивлением отметив, что всё это время она как будто выпадала из его поля зрения, сливаясь с интерьером, Смирнов распахнул узкие двойные деревянные двери и отшатнулся. Вместо полок с хламом в кладовой было нечто совершенно другое. Практически всё пространство занимал обнажённый по пояс мужской труп. Мёртвый мужчина при жизни явно страдал избыточным весом, непонятно, как он вообще сумел втиснуться в кладовку. На его груди был вырезан символ — крест, вписанный в перевёрнутый равносторонний треугольник. Чуть ниже на скотч была приклеена записка. Стараясь не касаться мёртвого тела, Вадим снял небольшой, сложенный вдвое листок. Почерк был знакомый. Похоже, он принадлежал Петру Рыбину — его предшественнику.

«Надеюсь, что поступаю правильно. Печать — это я, печать — это ты. Не знаю, как долго может храниться тело, но, думаю, оно продержится до прихода следующего стража прохода. Прими правильное решение. Смени меня на посту. Освободи мою душу».

Вадим прикрыл двери и, подняв с пола окровавленный нож, побрёл в гостиную.

Эпилог

Голый по пояс мужчина сидел на диване перед выключенным телевизором. Левое плечо его было туго забинтовано, сквозь повязку проступала кровь. Он задумчиво крутил в руках кухонный нож с широким лезвием. Наконец, тяжело вздохнув, человек отложил его в сторону и, раскрыв лежащий рядом потёртый чёрный блокнот, написал: «17.01.2023. Меня зовут Смирнов Вадим Игоревич…»