Встречи в лесу⁠⁠

— Просто начни! Нет, ну серьёзно, сколько раз я тебе уже об этом говорил.

— Я…— Андрей, подняв ладонь, остановил мою попытку объясниться.

— Уже почти год ты хочешь начать свой блог. И всё это время дальше разговоров ты не зашёл. Посмотри на Дашу и на меня. Господи, да в студенчестве никто не решался к ней подойти! Все считали, что уж у такой-то девушки точно есть парень – греческий бог. Я тоже боялся, кого-кого, а меня Аполлоном не назвать, но, наплевав на своё самолюбие, которое могло бы быть ущемлено, я решился. Как вспомню, какая дрожь меня тогда пробирала. Зато теперь она моя жена. Не спорю, мне, может быть, тупо повезло, но в скачках не может повезти, если в них не участвовать.

Андрей был довольно успешен в жизни, но самую большую гордость за себя у него вызывала решительность, проявленная по отношению к Даше. С тех пор как мне в голову пришла идея начать свой видеоблог о выживании в лесу, я часто слышал эту его историю. Невзирая на то, что она мне уже порядком надоела, он был прав. Да и что таить, его слова возымели свой эффект.

— Вообще-то, я хотел сказать, что у меня уже всё готово и завтра я выезжаю.

— Наконец-то! — По лицу моего собеседника пробежала улыбка, и он поднял бокал коньяка, — за это следует выпить.

Мы ещё долго обсуждали техническую сторону вопроса, после чего Андрей ушёл к своей любящей жене. Я же включил радио и принялся ещё раз проверять план на завтра.

Голос ведущей был приятным и я не заметил, как уснул под его мелодичное звучание, последнее, что мне удалось услышать, было объявление о пропавшем парне и его приметы.

Несясь по серому полотну дороги, машина всё дальше и дальше отдалялась от городской суеты. Вскоре даже деревеньки стали редкостью, а из окна мне открывался замечательный вид на простор полей, сливавшихся на горизонте с серым небом. Я даже специально остановился перекусить, чтобы насладиться подобной необъятностью. Моё прибытие в этот безграничный край, было словно камень, брошенный в зеркальную гладь озера – оно нарушало покой, казалось царивший здесь веками. Всё окружение будто смотрело на меня, удивлённое внезапным появлением человека.

На место я прибыл ближе к обеду. Было боязно оставлять машину без присмотра, но на километры вокруг не было ни души и это немного успокаивало. Бродить по лесу для меня было сплошным удовольствием. Его звучание было наполнено загадкой и покоем: где-то зашелестит листва в кронах, где-то дятел ударит по стволу старого дуба, где-то ухнет сова, потревожит ветки можжевельника зверёк. Я словно заглянул за кулисы древнего театра.

Ходить мне пришлось недолго, и вскоре я нашёл хорошее место для привала, где и принялся за съёмки. К вечеру, выполнив всё запланированное, я сидел у костра, на котором кипел чай с хвоей. Тогда-то, вдали меж деревьев и появился человек. Старик в простой одежде и с тростью не спеша шёл в моём направлении. Когда свет костра упал на него, подобно тёплому пледу, мне открылось испещрённое морщинами усталое лицо. Он тоже смотрел на меня, и, готов поклясться, на долю секунды в его взгляде отразилось разочарование.

— Здравствуйте, не думал, что тут ещё кто-нибудь будет…Вы тоже здесь из-за этих узоров?

— Добрый вечер, каких узоров?

Дедушка не ответил.

— Вы не будете против, если я ненадолго составлю вам компанию у огня? Весь день на ногах.

— Конечно, может, чаю хотите?

— О, это было бы хорошо, — мой гость благодарно улыбнулся.

Так мы и сидели, попивая чай и слушая треск поленьев, думая каждый о своём.

— Вы напоминаете мне внука, — первым тишину нарушил старик. Его губы чуть изогнулись в улыбке, — он тоже умеет молчать. Люди не всегда по достоинству оценивают эту способность, а она между тем многого стоит.

Глядя на эту улыбку, мне почему-то вспомнились Фестралы из «Гарри Поттера».

— Он у меня учёный! — С гордостью произнёс мой собеседник, — всё изучал, да исследовал эти узоры. Сейчас вот только от него ни весточки, уже пять лет.

И снова молчание, продолжавшееся теперь до того, пока мы недопили чай. Вся эта ситуация была для меня более чем странной, но я действительно не хотел ни о чём расспрашивать своего гостя, да и вряд ли из этого вышло бы что-то путное.

Облокотившись на трость, старик встал. Поблагодарив меня, он уже собирался было уйти, как вдруг остановился, и не оборачиваясь, произнёс: «Не следует вам здесь задерживаться. Нехорошее это место, очень нехорошее».

Фигура старика исчезла в сумраке. Я ещё долго обдумывал всё, что произошло и в особенности его последние слова. Никогда я не был особо впечатлительным, тем не менее перед сном ещё раз убедился на месте ли мой перцовый баллончик.

На следующий день, любопытство привело меня к огромному ясеню, на котором и были изображены упомянутые стариком узоры. На самом деле, это были не «узоры», это скорее напоминало арабскую вязь, только гораздо причудливее и со множеством дополнительных деталей. Глядя на эту картину, где-то в глубине моего сознания просыпалось чувство неправильности. Символы, я решил называть их так, казались противоестественными на фоне окружения, более того, на них было невозможно смотреть слишком долго: чувство неправильности перерастало в отторжение, и ты волей-неволей отводил взгляд. Эти ощущения походили на то, как если бы вас заставляли смотреть на издевательства над чем-то чистым и невинным. Я не стал там задерживаться, а весь оставшийся день старался не думать о странных символах, погрузившись в работу. Сделать это было совсем непросто, дурные мысли как сорняк, находили любой способ, только бы не исчезнуть без следа.

С наступлением ночи всё изменилось в худшую сторону: мысли подобно диким псам, учуявшим кровь, сорвались и превратились в кошмары. Никогда в жизни я не видел настолько реальных снов. Я был на берегу моря, где языки пламени огромных костров взметались вверх, будто пленённые древние боги, желавшие коснуться небосвода – их истинной обители. Вокруг них собрались люди, точнее, силуэты, сплетённые из теней. Их взгляды были обращены на пламя, которое пожирало тех, кто находился в его сердце. Крик жертв, подхваченный ветром и сливавшийся с шумом прибоя, разносился по округе. А запах…Даже проснувшись, я всё ещё отчётливо ощущал его.

За всю ночь у меня было несколько похожих снов, менялись только места, но не главное действо. Я поспал всего несколько часов, в остальное время мне попросту не хватило храбрости закрыть глаза.

Старик, символы, навязчивые мысли, сны – я не представлял что происходит. Но ситуация стала ещё абсурдней утром. Именно в тот момент я по-настоящему испугался, а ещё задался вопросом, не схожу ли с ума. Выйдя из палатки, я на секунду буквально потерял способность дышать, так как на всех ближайших деревьях были символы. Их не было, когда я ложился спать и представить, как они смогли появиться за ночь, большую часть которой я не спал, мне никак не удавалось. Я собирался убраться оттуда как можно быстрей, но в ту же секунду, как мысль об этом меня посетила, окружающий мир начал расплываться, пока вовсе не превратился в небытие.

Бой барабанов во тьме, как шаги шедшего по следу зверя, приближались ко мне всё ближе и ближе.

бум…бум…бум…Бум…Бум…БУМ!

Последний удар прозвучал так близко и громко, что голова стала похожа на спелый арбуз, готовый вот-вот лопнуть, а глаза непроизвольно открылись.

«Вы пришли в себя, это очень хорошо» – голос принадлежал красивой женщине, сидевшей подле меня.

— Что…что произошло? — В моё горло словно насыпали песка, отчего говорить было трудно и неприятно.

— Вот, выпейте, — она протянула мне стакан, — не знаю, мы нашли вас на земле без сознания и с жаром. Надеюсь, вы не будете против, что мы расположились в вашем лагере.

«Мы, она сказала мы…» — промелькнуло у меня в мыслях, и только тогда я заметил ещё четверых, сидящих вокруг костра и безмолвно наблюдавших за мной. Ещё две женщины и двое мужчин. От моих глаз также не ускользнула их одежда, очень лёгкая для путешественников, а ещё то, что наступила ночь. Не забыл я и про символы, во тьме они были практически незаметны, тем не менее это не уменьшило моей тревоги. Но в тот же миг, все эти мысли смыла приятная и освежающая прохлада ладони, что прильнула к моему лбу.

— Ваш жар спал, видимо, лекарство помогло, — произнесла она с улыбкой.

— Да, спасибо вам за помощь. Мне повезло попасться вам на глаза, вы здесь,— я запнулся на мгновение, слова не хотели покидать языка, но в итоге, пересилив себя, мне удалось продолжить, — из-за символов?

Все пятеро странно улыбнулись. Ответила мне, однако, не моя прежняя собеседница, а женщина с волосами цвета зари.

— Символы…— она задумчиво посмотрела на костер, на котором в котелке бурлила похлёбка. — Да, они определённо стали причиной нашего появления.

— Точно, точно! Помнится, были мы как-то в Уральских горах, ну и метель тогда выдалась, — сказал один из мужчин и от его улыбки, больше похожей на разрез бритвой от уха до уха, у меня свело живот.

— Замолчи! — Негромко, но твёрдо произнёс молчавший до этого мужчина.

Я немного удивился такой резкости, но особого значения этому не придал, меня больше волновало то, почему я упал в обморок и провалялся без сознания целый день.

— Вы пейте, пейте. Ох, вот и рагу уже готово, — радостно произнесла женщина рядом со мной и начала накладывать всем в тарелки блюдо с огромными кусками мяса.

Запах, исходящий из кружки был смесью трав, и метала, как бы это странно ни звучало. Пить такое я совсем не хотел, но мне было необходимо быстрее восстановиться и убраться из этого чертового леса. Однако прежде чем я решился выпить всё залпом, моё внимание привлекла фигура, стоящая на границе света и тьмы. Я сразу узнал в ней старика. Но вот что было странно, его присутствие совсем не тревожило моих спасителей, казалось, они его и вовсе не замечают.

Поднеся палец к губам, он ясно дал мне понять, чтобы я молчал, а затем старик тростью указал на мужчину с пугающим оскалом, жадно вгрызающегося в кусок мяса. Я не сразу понял, чего он хотел, пока не увидел ласточку, вышитую на рукаве его куртки. Тут-то в моей памяти, как салют в беззвёздную ночь, вспыхнул приятный женский голос радиоведущей: « Жена Владимира вышила на его куртке ласточку с розовыми крыльями, они в шутку называли её своей мифической птицей, как феникс…». Следующее, куда указал кончик трости, заставило сначала всё внутри меня сжаться, а после броситься наружу. Он был направлен на котелок. После этого старик исчез.

— Вам, похоже, стало хуже, вы весь побледнели и дрожите, — участливо заметила женщина с волосами цвета зари.

— Мне нужно отойти, — выпалил я, стараясь сдерживать предательскую дрожь в голосе.

Не дожидаясь ответа, я встал и направился в сторону машины.

— Не заходите слишком далеко, ночью в лесу очень легко потеряться, — я не обернулся, но знал, что она улыбается и смотрит мне в спину, как и все они.

Я всё больше и больше ускорял шаг, пока он не превратился в бег, мне безумно хотелось вырваться из савана этих пристальных взглядов и оскалов.

В ту ночь я добрался до машины и уехал, только в первой деревне позволив себе остановиться и опустошить желудок. Деревенские собаки безудержно лаяли на потревожившего их покой, хотя…возможно причиной был отнюдь не я.

После всего случившегося я ещё долго восстанавливал нервы и даже хотел лечь в психиатрическую больницу, уж больно безумными были выводы, к которым я пришёл. Однако последнего не произошло, поскольку правда может быть куда безумней, чем нам хотелось бы верить и от неё не спрятаться ни за какими стенами. Может через неделю после случившегося, может чуть дольше, в мою дверь позвонили, и на пороге я обнаружил все забытые в лесу вещи.