Воспоминания. Часть 2.⁠⁠

.
Часть 2 (январь 1994 -о
года –
ноябрь 1994 -о года).

Январь начался так же, как и другие месяцы ушедшего года. Стал соседом по комнате Серёга Казанцев, солдат-контрактник из БСП. Поселился он ко мне по одной простой причине. В 16 камере, где он проживал, постоянно и всегда было очень весело – бухло, девочки, но поскольку алкоголь ему категорически не нравился, решил съехать и комендант поселила его ко мне. Боря в общежитии практически не проживал. Одна подробность – Серёга обладал в какой-то степени некоторыми способностями лечения болезней – не всех, конечно… Поэтому на срочной службе был старшим призывом почитаем и оберегаем. Родом был он из Свердловской области, было весело с ним, вдвоём мы жили – не тужили, несли службу в своих подразделениях и алкоголь практически не употребляли. Не то чтоб сильно, но курил я тогда, в основном папиросы «Огонёк», были они по цене не более 150 руб за пачку. Володя Бабченко молвил, что папиросы, в отличии от сигарет, наименьший вред здоровью приносят. Поделили на двоих хозяйственные функции: на меня ложился порядок в комнате и заготовка продуктов, на Серёгу – поварское ремесло. Паёк получали один на двоих, второй продавали. Хватало, одним словом. Картошку свежую брали на складе СТОКА, СКОКА НУЖНО (по знакомству). К слову, где бы не служил, определённый и немалый процент овощей попросту сгнивал до наступления весны и личный состав, окутанный роем дрозофил, сгребал лопатами всю гниль, матеря свою горькую судьбу.

Отступление. Как-то, служа в 882 мсп (Хабаровск, Красная Речка), находился в наряде в комендатуре гарнизонной совместно с офицером Д. Был он спокоен и нетороплив, на бойцов голос не повышал, возраста был явно не соответствующего количеству звёзд на погонах, … так уж сложилось у него. Рассказывал про свою службу, проходившую в том числе и в управлении КДВО. Много с кем пересекался и много повидал. В свои 22 года я познал немало интересного, как и то, что армия наша разлагалась быстрым темпом. Интеллект многих старших и высших офицеров сводился к тому, чтоб незаметно проскочить мимо дежурного, а после объяснять в пространных рассуждениях о том, как хреново несётся служба, дежурный спит и т. д. По его словам, самые отличные времена были при Маршале Гречко, когда округа, армии, дивизии и полки осваивали учёбу на полигонах днём и ночью. После того, как стал Министром Маршал Устинов, боевая подготовка пошла на убыль. Вместо полигонов и учебных центров личный состав оттачивал мастерство на строительстве дач и загородных домов для высшего офицерского состава, топливо, предназначенное для боевых машин, уходило «налево» в баки личного автотранспорта. Именно во второй половине 70 -х г. г. стало процветать хамство и показуха.
Был генерал-лейтенант Привольнов и было ему много лет, и была характерная особенность: говорить начинал одно, затем делал многозначительную паузу, заканчивал совершенно другим и в конце добавлял: «Ну ты понял меня?». Ко времени заката его службы кто-то из его офицеров сотворил печатку с его росписью и роспись его можно было встретить в самых неожиданных местах, там, где хватало бы и росписи старшины подразделения. Также рассказывал Д., что многие кабинетные стратеги, окончившие Академию ГШ, соображали в лучшем случае не выше уровня комдива и смысл их деятельности сводился к одному: наворовать как можно больше, трахнуть всех телефонисток УС «Лидер», нажраться водки, построить коттедж-дворец и обеспечить родственников всем необходимым.
Я и ранее много отвратительного слышал про армию, но не предполагал, что такой степени падения достигли Вооружённые Силы. Тогда, в конце 80 -х – начале 90 -х годов XX -о века, я с сомнением относился к публикациям в журнале «ОГОНЁК» о служебных дачах, сотнях солдат, загоняемых на эти объекты, вместо того, чтоб «учиться военному делу настоящим образом». Но служба моя вносила поправки в мировоззрение. Поругался Д. с одним из генералов, высказав ему всё, что думает о нём и был отправлен в «ссылку» на одну из военных баз. «Но, – говорил он, – чувствую, что скоро надоест им рыться в документах, в которых они не смыслят и переведут меня обратно».

Но возвращаемся в февраль 1994 -о года. В бригаде нашей было прекрасно и то, что денежное содержание выдавали вовремя. С октября 1993 -о года ввели систему, согласно которой в каждом батальоне, отдельном подразделении назначался внештатный казначей и ему выдавали деньги в кассе на всё подразделение. Это было удобно для всех.
«15» февраля была 5 -я годовщина окончания афганских событий и я, как воспитанный с детства на тематике войны-героизма-патриотизма, позвал ребят посидеть. Собрались, выпили. Присутствовали Витя Ситенко, Саша Душин, Ткаченко из 8 роты, Боря Товарков, Володя Головин, … Серёга Казанцев чуть позже подошёл. ГДЕ-ТО в аудиозаписях кассета есть того вечера.
Дни слагались в недели и месяцы. Наступил май. Поехали в город Владивосток на майских праздниках на дядином «Nissan-Sunny». Дядя, тётя, Ларочка с Ярославом и я. Дорога до Владивостока неплохая, но временами попадались уёбищные разбитые участки. Заехали в Уссурийск, он в 150 км от Арсеньева. На огромном базаре, куда мы завернули купить вещи, царила оживлённая жизнь, при этом была невероятная грязь повсюду. Я родом из глуши и подобное видел немного раз, как например, во время учёбы в ДОСААФ перед призывом в ВС СССР. Купил себе куртку джинсовую за 23 000 руб, ещё что-то. Лара купила Снежке подарки. Помнится, было желание купить бананы, были они за 4 500,00 руб/… показалось дорого. Прибыли во Владивосток, оказалось, что здесь ещё дороже, гражданин явно не славянской национальности рубанул как отрезал: ДЭСАТ!!! Купили Ярославу один 🍌.
Владивосток… Если б не знал я, что это российский город, то подумал бы, что попал за границу. Реклама на английском, русского автопрома практически не видно, здания-громадины вокруг. В городе у Ларисы Сергеевны квартира трёхкомнатная на улице Шилкинская – на 9 этаже многоподъездного дома с арками. Ночью вышел на балкон и – красивая картина: море, корабли в огнях. Днём следующего дня ездили в контору «Примтехноэкспорт». Игорь – муж Ларисы – в Москву убыл дела вершить и контору свою отцу передал. Там, в этой конторе, был контейнер с вещами, который и был нам нужен. Грузчики погрузили, в легковое авто мы закинули мелочь и поехали на квартиру. Разгружали и носили вдвоём и понял я тогда справедливость известной фразы: «Два переезда равны одному пожару». Каких усилий стоило поднять на 9 этаж здоровенную камеру холодильную «BOSH», поскольку в лифт не влазила она… Вспотели изрядно. Убыли на следующие сутки, утром…
В комнате проживал я один, поскольку Серёга убыл в отпуск, домой, в Свердловскую область. К девочкам я был равнодушен, в комнате царили тишина и спокойствие. Порой Лёха Гоц, сын начальника автослужбы бригады, в гости приходил на гитаре поиграть – чай попить. Слпжба протекала размеренно и тихо этой весной. Ничего не предвещало беды...