Ветер из прошлого. Восьмая глава.⁠⁠

предыдущие главы:

Седьмая глава

Шестая глава

Пятая глава

Четвертая глава

Третья глава

Вторая глава

Первая глава

Перед тем, как вновь нырнуть в изгибы времени, я решил заняться более приземленными, но не менее важными вещами. А именно: я намеревался обследоваться. С Сониного телефона позвонил своему лечащему врачу и договорился о встрече, благо знал его номер наизусть. Вообще у меня безупречная память на номера, да в принципе на любые цифры. Я с лёгкостью мог запомнить до двадцати цифр, едва на них взглянув, так что записная книжка в телефоне это чистой воды страховка.

Мой врач, Георгий Робертович, был первоклассным терапевтом, и если уж я кому и доверял своё тело, то только ему. Родился он в России, но его отец был англичанин по происхождению, и вскоре вся его семья переехала за границу. Долгое время Георгий жил, а потом и работал в Англии, но, по какой-то причине (которую Георгий никогда не раскрывал), он вернулся на родину. Открыл свою клинику, стал заниматься частным лечением за хорошие деньги. Именно в России он и получил кучу наград за свои труды, а также всеобщее признание.

Я поцеловал спящую Соню и, перебив аппетит чашкой кофе, выскочил на улицу. «Наконец-то этот белый пух перестал сыпать с неба» – проворчал я себе под нос и направился откапывать свой автомобиль. Перелопатил, наверное, тонну снега, затратив на это не меньше часа. В конце концов, Мерседес был благополучно возвращен в строй.

Ещё через час я добрался до частной клиники. Георгий уже стоял на пороге, ожидая своего клиента и докуривая сигарету. Глядя на него, мне тоже захотелось курить и я не смог перебороть это желание.

– Давненько вы у меня не появлялись, Михаил. Это очень хорошо конечно, но о здоровье нужно заботиться. Очень рад вас видеть, – затем добавил: – Но не как пациента, а как хорошего человека, хочу заметить.

Он по-доброму улыбнулся, и в уголках его рта возникли новые морщины, которых раньше я не замечал. Совсем недавно Георгию исполнилось пятьдесят лет. Мы прошли в его кабинет.

– Что-то беспокоит, Михаил? – он уселся в своё кресло и взглянул на меня вопросительно.

– До недавнего времени все было замечательно, но кое-что случилось, и это, если честно, выбило меня из колеи, – я прокрутил в голове тот случай со звонком в метро и продолжил:

– Я ехал в метро, как вдруг мне стало плохо. Сперва я почувствовал тошноту, затем зрение как бы расфокусировалось. Через пару минут я потерял сознание, – я пытался как можно тщательней вспомнить свои ощущения в том вагоне, чтобы ничего не упустить. Как мне не раз говорил Георгий: «Правильно поставленный диагноз – это уже половина лечения».

– И ещё кое-что. Не знаю, имеет ли это значение... – я замолчал, вновь пытаясь сконструировать в голове свои мысли.

– Конечно, все имеет значение, Михаил.

– После того как я почувствовал ухудшение, мне поступил, мягко говоря, очень странный звонок. В общем, мне звонила моя мать и просила приехать к ним в гости. Что это было, я до сих пор не решусь объяснить.

– Но ведь ваших родителей, насколько я знаю…

– Да, верно. Их нет в живых, но разговор был таким реальным. Я посмотрел позже по входящим, звонок действительно был.

Я думал о том, что это галлюцинации. Думал о том, что возможно, я просто представил случившийся разговор с матерью, а звонил мне кто-то другой. Такое ведь могло быть?

Врач погрузился в раздумья. В комнате воцарилось давящее молчание. Длилось оно минуты три, пока Георгий серьёзно погрузился в себя. Наконец он вернулся в реальность.

– А непосредственно после звонка вы потеряли сознание?

– Именно так.

– Давайте-ка я осмотрю вас, Михаил.

***

Я был обследован с макушки до кончиков пальцев ног. Я прошел МРТ, мою голову и тело облепили десятками датчиков. Организм подвергся тщательной проверке, но результаты были нулевыми. По словам врача, я был абсолютно здоров, притом здоровью моему позавидовал бы любой. В принципе я себя так и чувствовал, и в любой другой ситуации я бы был уверен в своём здоровье. Но всё-таки по Георгию было видно, что он не на шутку заинтересовался этим случаем. Для него это был вызов.

– Судя по результатам, вы совершенно здоровы. Но я давно в медицине и знаю, что таких отклонений от нормы не бывает без серьезных на то причин. Если случится нечто подобное, не затягивайте, сразу звоните мне, хорошо Михаил?

– Обязательно, Георгий Робертович, вы же меня знаете.

– В том-то и дело что знаю.

Мы выкурили по сигаретке, пожали друг другу руки и попрощались.

Но странности в моей жизни только набирали ход.

***

Я решил, что съезжу в офис 444 для уточнения информации о том, возможно ли мне воспользоваться их услугами в паре с Соней. Не думал, что они откажут, но все же решил узнать наверняка. Заодно и уточнить про 1936 год. По пути заехал в мобильный салон и купил себе новый смартфон одной известной марки. Предпочитал только эту компанию. Также заглянул в банк, чтобы восстановить свои банковские карточки. Все это заняло у меня не больше времени, чем я провёл в клинике и к часу дня я уже выдвигался на проспект Вавилова.

Подъехал к знакомой стоянке, свернул в переулок и оставив машину, подошёл к двери под стрелкой. На этом знакомая обстановка закончилась, потому как, дернув ручку двери, как в прошлый раз и, ожидая что она заперта, я чуть не потерял равновесие. Дверь с ужасным скрипом открылась. То, что я увидел внутри, снова заставило меня усомниться в своем психическом состоянии. Правда, сперва я ничего не увидел – темень в подвале была хоть глаз выколи. Я почувствовал запах. Затхлость. Точно затхлость. Я ступил через порог и тут же угодил в сырость. Нога ушла под воду по щиколотку, а я от неожиданности громко односложно выругался. Мой голос отразился эхом на весь подвал. Достал телефон и включил фонарик.

От шикарного минималистичного дизайна, который так запал в душу, не осталось и следа. Точнее, его тут будто бы и не было. Были тут лишь стены из белого блока со штукатуркой двадцатилетней давности. Местами отделка давно отпала, и весь пол, там где не было воды, был усыпан мелким мусором. Кое-где торчала арматура, и даже рядом с тем местом, куда я так неосмотрительно вступил. Ещё чуть левей и я, возможно, продырявил бы себе ступню вместе с ботинком. И в этот же момент я опять почувствовал тошноту и головокружение. И страх. Надо было срочно выбираться из этого подвала, что я немедля сделал. Как только я оказался на улице, дверь в подвал с шумом и скрипом закрылась.

Состояние медленно пришло в норму, и сознание на этот раз я не потерял. Но я вдруг понял кое-что: на приеме у врача я совсем не упомянул о том, что побывал в грёбаном прошлом. Как я мог упустить эту маленькую деталь? Ведь началось-то все с этого подвала. Но я даже не успел додуматься до того, что надо сваливать с того места подальше, как услышал короткий щелчок электронного замка позади себя и писк, похожий на домофонный. Я обернулся и увидел за приоткрытой дверью свечение. Единственная мысль, которая пришла мне в голову: «Что за херня со мной происходит?».

Надо иметь отличное самообладание, чтобы вновь спуститься в этот подвал, верно? Не знаю, что сделали бы вы на моем месте, но я спустился и открыл дверь.

***

– Скажу вам так, мы были не здесь и не сейчас. Не стоит в это вникать, между прочим, это очень-очень сложная система, – так на все мои бесконечные вопросы ответил тот же сотрудник, что и в первый раз встретил меня. Евгений, кажется.

Мы сидели в помещении, отличном от того, где мне удалось побывать в первое посещение этой организации. Что-то вроде приемной. Здесь не было мониторов или картин с жизнью из прошлых годов. Стол, два дивана, пара кресел, ничего лишнего. Может я не заметил что-либо ещё, но только потому, что находился в полном шоке. Ещё минут десять назад тут не было ничего, кроме обрушенных стен, груды мусора и воды, а теперь я сидел в чистом, приятно пахнущем офисе.

– Вы хотите воспользоваться нашими услугами, господин Краснов? Боюсь, сегодня это сделать невозможно. У нас небольшое ЧП, но через пару дней мы обязательно с вами свяжемся, – его учтивая лживая улыбка напомнила мне улыбку моей секретарши Евы. – А теперь прошу извинить, но мне очень срочно нужно бежать, с вашего позволения.

И, не дождавшись хоть какой-то моей реакции, вышел из комнаты.

Я не успевал за ходом событий. В моей голове не переваривалась входящая информация. Я сидел в машине, но как я до неё добрался – не помнил. Долго ещё так сидел, пока не замерз. Только когда продрог, то завёл мотор и включил обогреватель. В конце-концов я уговорил себя, что знаю слишком мало, чтобы делать какие-то выводы. Даже прыжки во времени это не так-то просто, чего уж говорить об остальном. Сложная система.