Зачем на самом деле прилетал директор ЦРУ в Москву
Уже неделю в сети не утихают разговоры по поводу визита Джона Рэтклиффа в Россию. Бурление идет знатное. Многие эксперты, раскидывая очередную колоду карт Таро, заявили, что прилетал он, дабы вручить Кремлю какой-то ультиматум по типу «русские, сдавайтесь, мы знаем, что у вас всё плохо», либо что Рэтклифф привез некие новые предложения по мирному плану и бутылочку, наполненную новым освежающим ароматом духа Анкориджа. И если 90% людей считают, что Джон Рэтклифф прилетал обсудить Украину, то значит, "шалость удалась". Так как мои подписчики постоянно спрашивают меня: «Когда ты уже примешь таблетки?» какая же цель визита была на самом деле? Я дам ответ на этот вопрос прямо сейчас, воспользовавшись логикой, здравым смыслом и хрустальным шаром, который я только что натер до приятного блеска своими руками. Итак, нужно понимать, что, для передачи ультиматумов или стандартных дипломатических предложений не требуется участие главы разведывательного ведомства — такая задача решается через послов или специальных представителей, как это было, например, с миссиями Кушнера, который до этого с удовольствием мотался в Москву за черной икрой для Трампа. Почему же прилетел Джон Рэтклифф? Присутствие директора ЦРУ, обладающего доступом к данным высшей степени секретности (включая сигнальную разведку, агентурные сети и спутниковую съёмку), указывает на то, что повестка визита лежала в плоскости обмена критически важной разведывательной информацией, а не политических заявлений, данных которые нельзя предоставить обычному курьеру. И прилетал он за ответами для этой сверхсекретной информации, чтобы в Белом доме смогли собрать пазл и выстроить долгосрочную стратегию США в условиях нарастающей напряжённости. Если посмотреть на то, что делается в мире, то даже ежу становится понятно, что для США Украина является наименьшей из проблем и выступает сейчас больше раздражителем, на который американцев заставляют отвлекаться. Настоящей же занозой в заднице для США является Иран, который «потрясающий миротворец» Дональд Трамп побеждает по пять раз на дню, но никак одолеть не может.
Но опять же, это всё лежит на поверхности, а под ней притаилось чудище куда страшнее и опаснее Ирана. Ведь за безнадежными потугами США в битве с шиитами очень внимательно наблюдает Китай. Он прекрасно видит, как жидко Дядя Сэм обделался в Ормузском проливе, в ходе острой фазы конфликта иранским силам удалось нарушить работу американских авианосных ударных групп (АУГ), используя относительно недорогие беспилотные летательные аппараты и противокорабельные ракеты. Это привело к значительному расходу высокоточных боеприпасов Пентагона — по оценкам, дефицит отдельных типов ракет (например, SM-2/3 и Tomahawk) составляет от 2 до 4 лет восполнения при текущем уровне производства. Заново пополнить склады американцы быстро не могут, особенно под постоянные вопли «ДАЙ» со стороны Украины, Израиля и Европы. Ключевая проблема для США — не Иран, а то, как его способность к сдерживанию воспринимается в Пекине.
Китай со своей стороны тихоокеанскую мощь за последние годы сильно увеличил.
По данным Министерства обороны США, только за 2023 год КНР увеличила количество боевых кораблей в своём составе на 20 единиц, а общее число ракет малой и средней дальности, развёрнутых вдоль побережья, превысило 2 500 единиц. На фоне фиксации ресурсных ограничений США и союзников (включая истощение запасов ВСУ, экономический кризис в Японии и деиндустриализацию ряда европейских стран НАТО) у Пекина формируется «окно возможностей» для окончательного решения тайваньского вопроса. Именно в этом контексте следует рассматривать приземление во Внуково военно-транспортного самолета Boeing C-17 Globemaster III с директором ЦРУ на борту . Соединённым Штатам критически важно понять, какую позицию займёт РФ в случае эскалации вокруг Тайваня. Ключевой вопрос: сохранит ли Москва нейтралитет, или в рамках стратегического партнёрства с КНР будет вынуждена оказать Китаю военно-техническую поддержку? Ответ на этот вопрос напрямую влияет на планирование любых гипотетических операций США в АТР. Стремление получить эти данные вне рамок формальных саммитов (например, до очередной встречи лидеров) указывает на высокую срочность проблемы. По имеющейся информации, Тайвань уже предпринимает практические шаги по подготовке к кризису — в частности, наращивается военная инфраструктура архипелага Пэнху (острова Пескадор), где проходят учения, а гражданское население (около 110 тысяч человек) привлекается к программам гражданской обороны и действиям при чрезвычайных ситуациях. Учитывая текущую конфигурацию сил и интересов, миссия директора ЦРУ носила разведывательно-стратегический характер, направленный на прояснение российской позиции по Тайваню на фоне возможной эскалации в ближайшие 12–18 месяцев. Именно этот сценарий сегодня рассматривается в Вашингтоне как наиболее вероятный и одновременно самый опасный.
