Учиться и работать? Можно, а зачем?
Работаю учителем в школе уже пятый год.
Готовил я как-то к ЕГЭ по информатике одного чудесного мальчика Илью. Готовился он из рук вон плохо, занятия пропускал, зачем-то постоянно списывал, халявил, занимался нехотя — в общем, делал всё, чтобы написать на низкие баллы.
Перед экзаменом по математике он вообще мне признался, что практически ничего по ней не знает. Илье было страшно, потому что предыдущие два года на уроках он бил баклуши и списывал — как и у меня.
После того, как он сдал информатику, между нами состоялся приватный разговор. Я, не стесняясь, в лоб спросил Илью, почему он вообще не старался. Почему готовился на авось — так, чисто минимальный порог перейти. Зачем списывал?
Вскрылась страшная правда. Родители Ильи и его девушки дружили семьями, а потому решили помочь молодым людям организовать будущую ячейку общества.
Папа у Ильи — владелец нескольких ангаров, зарабатывающий на их сдаче в аренду. Он любезно отдал сыну один из ангаров, приносящий ему доход порядка 200 килорублей в месяц.
Родители девушки тоже не остались в стороне — они вручили молодым ключи от просторной двушки на Карамышевской набережной с предложением жить, сколько душе угодно.
Ну и какая же у Ильи мотивация учиться и работать? Квартирный вопрос, считай, закрыт, базовый доход практически без усилий тоже имеется. Что ещё нужно 18-летнему парню?
Куда-то там Илья со своими баллами на платное поступил, и больше я с ним не общался.
Надеюсь, у них всё хорошо.
Счастья молодым!
***
Для подписок:
Пикабу.
Телеграм-канал.
Донаты.
У одного моего ученика, папа был директор. Хорошая работа, хорошая зарплата и так и далее.
Сынок плевать хотел на учебу, поэтому папа платил за всё и вся.
Кончилосб все интересно. Папа внезапно умер. Работа она такая, нервная. И оказалось, что пост директора не передается по наследству. И сынок полетел сизым голубем с поста, который ему папаша пристроил. На словах друзя семьи, такие же начальники били себя в грудь, что помогут. А по итогам, своя рубашка ближе к телу, и держать долбоеба, на хорошем месте, никто не намерен.