Тысяча сигарет⁠⁠

Помню, я начинала курить вместе с одним парнем. Он был странным хотя бы потому, что общался со мной. Мы оба были несчастны и, наверное, это нас сближало. День за днём, сигарета за сигаретой, мы становились ближе, темы наших разговоров приобретали всё более откровенный характер. Однажды, сидя на скамейке на детской площадке, мой друг затянулся, задумчиво глядя куда-то вдаль, где, как всегда, обитали его мысли.

- Знаешь, - сказал он – нет смысла делать вид, что всё в порядке. Я безумно устал от однообразной жизни, которую веду, от мыслей о самоубийстве, приходящими каждое утро и сопровождающими меня в течение всего дня. Я дал себе срок в тысячу сигарет, это всего 50 пачек. Что будет потом, я не знаю. Срок небольшой, но этого должно быть достаточно, чтобы изменить свою жизнь.

В ответ я только промолчала, не думаю, что он ждал от меня каких-то слов. Позже разговор принял свои привычные обороты и я почти забыла о сказанном ранее. Тем не менее, я каждый день считала его сигареты, пачки. А мой друг с каждым днём становился всё грустнее и грустнее. Не помню, чтобы он предпринимал какие-то попытки, чтобы измениться. Всё было по-старому: он получал плохие оценки на уроках, на переменах его били одноклассники и запирали в женском туалете. Сигарета шла одна за одной.

Уже спустя пятнадцать пачек, мой друг понял, что обречён, впрочем, все это понимали. На тридцатой пачке он попытался бросит курить, но был слишком слаб и для этого. Тогда он осознал всю неминуемость надвигающегося будущего. Боялся ли он? Думаю, он слишком много чего боялся, чтобы страх грядущего хоть как-то повлиял на него. Всё чаще, сидя в парках или прячась от учителей за гаражами, мы курили в абсолютной тишине. Не то, чтобы нам было не о чем говорить, просто говорить не хотелось.

Его сорок восьмая пачка пришлась почти на конец лета. Я до сих пор помню желтеющие листья, как бы символизирующее будущее моего друга. Однажды он пришёл ко мне и подарил свой плеер. Позже я узнала, что он раздаривал свои вещи многим знакомым, за что словил нехилых люлей от родителей. Впрочем, его это мало заботило.

Тридцать первого августа друг выкурил со мной свою последнюю сигарету. Мы оба понимали, что это значит, поэтому молчание было напряжённым, но необходимым. Тысяча сигарет, как быстро пролетело время.

На следующее утро я засобиралась в школу, но на сердце было тяжело. С болью на душе, я переступила порог родной школы, и, к своему удивлению, я увидела там своего друга. Слаб, он слишком слаб даже для самоубийства. Я ухмыльнулась, когда он подошёл.

- Ты это – начал мямлить он – верни мне плеер завтра, хорошо?

Я ничего не ответила. «Четвёртый «А» - все на линейку» - прозвучал голос ненавистного классного руководителя и наш класс бесформенным стадом проследовал в актовый зал.