Ты мне бредишь или нет. Суббота. Финал 1⁠⁠

Стрелки часов уже перевалили за двенадцать, но Димон еще не вышел из дома. Несмотря на то, что он встал в семь утра, все никак не мог собраться: то начинал перебирать вещи, то копался в интернете, то просто зависал на месте, пустым взглядом устремляясь в одну точку. Уснул он тоже поздно, до двух часов ворочался, лениво переругиваясь с Максом. Всему виной — вчерашний инцидент с Анечкой. А вдруг она обиделась? А вдруг она уйдет из группы теперь? Может, она теперь вообще не появится и сегодня тоже не придет? Нет, сегодня она обязательно придет, ради Макса, Анечка друга не бросит ни за что. Тем более она обещала, обещания она держит всегда.

— Пор-ра! — уже в третий раз поторопил Макс, он тоже нервничал, но больше из-за предстоящей ночи.

«Дурак. Как можно так облажаться? Надо идти», — Димон мучительно долго шнуровал и перешнуровывал кроссовки, искал куртку, рюкзак, потом резко кинулся в комнату.

— Надо рюкзак зашить, ты его весь когтями изорвал! — оправдывался он перед Максом.

— Пор-ра! Др-рузья ждут! — ворон легонько клюнул Димона.

Друзья… Когда группа сформировалась два с половиной года назад, парни решили между собой, что никто к вокалистке не подкатывает, от таких отношений одни проблемы. И вот, пожалуйста. Так хорошо дружили! Что на него нашло?

— Дур-р-рак! Пор-ра! Ка-ар-р!

— Да не ори ты! — Димон все же взял швейный набор и сунул в рюкзак, подумал, что на базе зашьет или Анечку попросит.

Нет! Не попросит. Как с ней вообще теперь разговаривать?

— Может, извиниться и попросить все забыть?

— Саш-ш-ша!

— Ты прав, это тупо, — Димон наконец-то вышел из квартиры и пошел на остановку самым длинным путем. — А что тогда?

— А-ар-р!

— Да, наверное, стоит сначала спросить у нее, что она думает об этом?

— Дур-р-рак! Пор-ра!

— Да иду я, иду! — Димон ускорил шаг. — Или сделать вид, что ничего не было?

— Нет автобус! Такси!

— Блин, совсем забыл, что с тобой в транспорте не уехать.

— Саш-ша!

— Да чего ты психуешь-то? — Димон остановился и достал телефон, чтобы вызвать машину. — Сам бы не нервничал на моем месте?

Ворон вместо ответа просто взлетел и начал кружить над Димоном. Димон с тоской смотрел на его полет.

— Лучше бы я в птицу превратился…

Такси приехало слишком быстро, Димон обреченно залез на заднее сиденье и погрузился в раздумья: «Что же делать? Как все не испортить? Что ей сказать, а главное, как?»

Когда машина остановилась у бизнес-центра, Димон все еще не был готов. Он двадцать минут топтался у входа в подвал, пока ворон не начал больно клевать ему ухо.

— Ла-адно! Заходим.

«Да что же я так нервничаю? Что она, не человек, что ли? Она тоже все прекрасно понимает. А как понимает? Может, как-нибудь не так понимает? А как надо?» — Сейчас Димон понимал только одно: он сам запутался и уже ничего не понимает.

— Так, заходим. Смотрим на реакцию, дальше по ситуации. Да?

— Дур-р-рак!

— Знаешь что? Иди-ка ты…

— Саш-ш-ша!

Димон глубоко вдохнул и шагнул в подвал, как будто с обрыва.

Репбаза за утро преобразилась. Все инструменты и оборудование были компактно сложены в дальнем углу. Ковер скатан и тоже убран, на полу стояли три газовые горелки, на них была водружена огромная кастрюля литров на двадцать, из нее шел тонкий дымок с запахом мяты и чего-то острого. Игнат стоял у стола и что-то размешивал в кастрюле поменьше, по виду это напоминало соус, но запах стоял мерзкий. Анечки не было. Димон почувствовал облегчение или наоборот: «А почему ее нет? Она все-таки обиделась?»

— Ты че, столовую ограбил? — Димон кивнул на кастрюлю. — Я такие только в школьной столовке видел, гы-ы.

«Спросить про девушку или нет? Как спросить ненавязчиво?» — думал Димон.

— А где все?

«Ты идиот? — думал про себя Димон. — Все как раз здесь, нет только ее».

— Ан-нечка проспала, что ли? Или передумала в этом участвовать?

«Хоть бы да, хоть бы да!» — Димон мысленно скрестил пальцы.

— Иди сюда, — позвал Игнат, не отрываясь от помешивания «соуса». — Смотри, вот так плавно мешаешь, не переставая, против часовой стрелки. Понял? Не останавливаясь! Аккуратно сейчас ложку перехвати у меня, чтоб не сбить ритм.

Игнат чуть отодвинулся от стола, давая Димону возможность подойти ближе. Димон перехватил ложку и продолжил мешать варево вместо Игната.

— Она в хозяйственный пошла, за канистрами.

— За чем? — не понял Димон.

— Не отвлекайся, мешай!

Димон послушно продолжил вращать деревянную ложку, наблюдая за Игнатом. Игнат тем временем подошел к большой кастрюле и начал сосредоточенно крошить туда какой-то пучок высушенных трав. Постепенно дымок, поднимающийся от отвара, начинал менять цвет с белого на зеленоватый, запах при этом не изменился. Докрошив пучок, Игнат взял книгу и начал читать над кастрюлей какое-то заклинание. Слов было не разобрать, но голос звучал как будто волнами, то усиливаясь, то понижаясь. Димону стало не по себе, он поискал глазами Макса. Ворон сидел в углу с инструментами на пюпитре, замерев как статуя, кажется, даже не моргал.

Анечка тихонько прокралась в подвал и застыла посреди помещения, держа пакеты с какими-то банками на вытянутых руках. Игнат продолжал бубнить свою абракадабру, а вокалистка так и стояла в неудобной позе, не издавая ни звука, руки уже начинали подрагивать. Димон, забыв про все свои треволнения, повернулся к ней и одними губами спросил:

— Что происходит?

— Тс-с, — еле слышно шикнула на него Анечка.

Димон, все еще недоумевая, отвернулся к вареву.

Через минуту Игнат дочитал свой заговор, наклонился и еще раз внимательно осмотрел булькающую в кастрюле массу. Дымок к тому времени стал полностью зеленым. Удовлетворенно кивнув, он наконец повернулся и увидел Анечку, из последних сил держащую руки на весу.

— О! Ты чего молчишь?

— Я боялась, что ты собьешься и придется все заново начинать, — девушка с облегчением брякнула пакеты на пол. — Нашла легкие металлические по пять литров. Только у них крышка не фиксируется.

Игнат достал из пакета бидон и внимательно осмотрел его внутреннюю поверхность.

— Да, подходит. Ты молодец. А крышки примотаем чем-нибудь.

— Вы чего тут устроили? — не утерпел Димон. — Мы за квасом пойдем? В 1986 год? Или что?

— Это для отвара, не в кастрюле же его везти, — пояснил Игнат.

— Куда везти? В логово?! — Димон вспомнил, что вчера так и не поговорил с Анечкой о безумной идее Игната. — Ты совсем обалдел?!

— Игнат прав, — вмешалась девушка. — Лучше лечить его там.

— У ведьмы под носом?! — Димон начал заводиться.

Игнат аккуратно перехватил у него ложку, чтобы не испортить то, что варилось в маленькой кастрюльке.

— Вы совсем ку-ку, что ли? Пришли, схватили тело, ушли. Все! Быстро и безопасно!

— Дима, Игнат мне все объяснил, — Анечка просяще сложила руки, пытаясь успокоить его. — Ну ты сам подумай, он там еще жив, хоть и не... совсем в себе. Как мы его повезем? А если мы что-то повредим?

— Он там и так весь переломанный.

— А если усугубим? — очень точный, хоть и риторический вопрос задала Анечка. — Ты пойми, там она как-то поддерживает в нем жизнь, но у нас-то ничего такого нет.

— Нам может понадобиться что-то незапланированное, — добавил Игнат. — магазины по ночам не работают, до Ньюты далеко, а в логове точно все есть.

— Мы подкараулим, когда она уйдет, и сразу зайдем. У нас будет минимум семь часов. Мы все успеем, — продолжала Анечка. — И быстрее оттуда уберемся, если Максим на ногах будет.

— А вот это — не факт. Возможно, он будет не в себе какое-то время. Не могу сказать. Ньюта тоже очень мало про это знает.

— Макс, ты как там? — Димон подошел к ворону. — Молчишь чего-то, с утра разговорчивым был.

— Ньюта! Почему?

— Кстати, да, ты чего старую ведьму так странно называешь? — поддержал Димон вопрос друга.

— Нормально называю, имя такое. Это сейчас она для простоты бабой Нютой представляется.

— Странное имя, — Анечка пожала плечами. — Я думала, мы тезки.

— Это имя даже в ее времена было редким, — начал объяснять Игнат. — Пронизывающая ветер или стремящаяся за ветром — что-то такое. Она упоминала, я не особо запоминал. Лучше Макс пусть расскажет, как он перенес переселение. Сразу в себя пришел или нет?

— Чуть-чуть ср-р-разу! — немного подумав, ответил ворон. — Кр-рылья после!

— Я так понял, что голова сразу соображала, а к телу пришлось привыкать?

— Да!

— Возможно, обратно даже легче будет, — удовлетворенно резюмировал новоиспеченный колдун.

Он перехватил у Димона ложку и еще пару минут мешал постепенно густеющую вонючую массу, внимательно вглядываясь в водоворот, создаваемый движением. После отложил ложку, из кастрюли сразу же повалил густой пар, ровным, словно нарисованным, столбом поднимаясь к потолку. Димон с Анечкой рты разинули от такого зрелища. Даже ворон прискакал поближе и с любопытством повернул голову. Игнат достал откуда-то короткую бурую свечу, зажег ее от горелки и потушил газ. Держа свечу так, чтобы огонь был на уровне края кастрюли, он посмотрел на столб пара через огонь и произнес несколько непонятных слов, после чего резко дунул, погасив свечу и сбивая дыханием пар. Пар мгновенно рассеялся, а в кастрюльке осталась пастообразная бурая субстанция без всякого запаха. Удовлетворенно кивнув, Игнат отставил кастрюлю на край стола и повернулся, столкнувшись взглядом с друзьями.

— Вы чего?

— Мы чего? Это ты тут колдуешь что-то непонятное! Лично я жду, когда курицу в жертву приносить будем. Гы-ы. А страшные черные балахоны выдавать будут или надо было свой принести? А? — Димон пытался справиться с удивлением от увиденного.

— Он шутит, — Анечка успокаивающе погладила Димона по предплечью.

Димон вздрогнул, но не отстранился, хотя выглядело это и вправду как-то… странно.

— Поберегите энергию, вам еще делиться ею с… телом.

— Это будет больно? — осторожно спросила девушка.

— Не должно, хотя я сам не знаю, не пробовал еще.

— Ну теперь я спокоен, — Димон плюхнулся на диван. — Наша миссия — в надежных опытных руках!

— Хочешь сам заняться? — огрызнулся Игнат.

— Спокойно! — гаркнул ворон. — Жив! Хор-рошо! Молодцы!

— Во, слушай Макса! — Игнат благодарно улыбнулся. — Так, отвар будет еще пару часов готовиться, пока можно отдохнуть.

— А потом?

— Потом перельем его в бидоны, дождемся вечера и поедем на место, — Игнат начал перекладывать пасту из маленькой кастрюльки в стеклянную баночку из-под крема.

— А это что?

— А это… «маска незаметности»… — Игнат заметно смутился. — Ну, чтобы мы внимания меньше привлекали.

— Шапка-невидимка, что ли?

— Типа того.

Ребята приготовили кофе, расселись на диване и принялись расспрашивать Игната обо всем, что он узнал от бабы Нюты. Игнат сначала отвечал неохотно, но потом втянулся в разговор и время до вечера пролетело незаметно.

* * *

Компания затаилась в кустах метрах в пятидесяти от логова и выжидала, когда ведьма покинет его. Анечка сидела на сумке-тележке с глиной, вокруг нее были расставлены бидоны с отваром, на одном из них, мрачно нахохлившись, сидел ворон. Димон держал большую сумку, смотрел на девушку и мучительно придумывал, что сказать. Такого с ним раньше небывало, обычно шуточки и истории сами лились из его рта, но теперь он не мог подобрать слов, чтобы начать разговор. Игнат наблюдал за выходами из здания, повернувшись спиной к ребятам и, казалось, не проявлял никаких признаков волнения. Димон вздохнул, переступил с ноги на ногу, посмотрел на часы.

— Ну где она там? Восьмой час уже, — Димон нетерпеливо почесал лоб. — Ты же сказал, от заката начинается.

— Не чеши, сотрешь маску, — взволнованно прошептала Анечка.

У каждого из друзей поперек лба над самыми бровями была нарисована бурая полоса. По словам Игната, это должно было сделать их неприметными для окружающих, практически отвести глаза людям. Димон, конечно, скептически отнесся к этому раскрасу, заявив, что городской камуфляж выглядит иначе. Однако после того, как таксист три раза проигнорировал просьбу открыть багажник, согласился с действенностью пасты. Когда ребята разгружались на месте и тащили все свои вещи в ближайшие кусты, прохожие так же не реагировали на них. Один мужчина даже наткнулся на Игната, но ничего не сказал и пошел дальше, как будто ничего не случилось. Ворону маски не осталось, так как Игнат сомневался, что на нем эта маска будет работать, да и защитные чары перед важным ритуалом были ни к чему.

— Пока не видно, — не поворачиваясь, сообщил Игнат. — Скоро должна выйти. Солнце почти село.

— Может, она уже ушла, и мы только теряем время? — Димону надоело напряженное ожидание. — Пусть Макс слетает и заглянет в окно.

— Нет, — запротестовала Анечка. — А если она его увидит?

— И что? Думаешь, узнает?

— А вдруг?

— Вдруг бывает только...

— Ш-ш-ш! — Игнат присел и одними губами произнес. — Она идет.

Все напряженно замерли. Игнат сквозь листву наблюдал, как Слава в белом льняном платье вышла из бокового входа и направилась в сторону леса. Выждав для верности несколько минут, ребята вышли из своего укрытия и потащили свой скарб к дому.

— Слушай, а они вещи тоже не видят? — Димон кивнул на спешащую домой семью, которая проходила по двору. — Или тележка как бы сама по себе катится?

— Мы не невидимки. Просто мы и наши действия вне сферы их восприятия до тех пор, пока мы сами не начнем привлекать чье-нибудь внимание. Такой выборочный игнор.

— Угу, понятно, — кивнул Димон, но на самом деле все равно не понял.

Игнат направился к боковому входу, дверь была прикрыта, но не заперта. Друзья зашли внутрь и оказались у грузового лифта. Рядом с лифтом виднелась дверь в подъезд, куда Димон заходил с главного входа. С этой стороны дверь была забита доской.

— О, там табличка висела, что грузовой не работает, — вспомнил Димон.

— Сомневаюсь, — Игнат нажал на кнопку и створки грузового лифта открылись.

Грузовой лифт оказался просторным, и кнопка четвертого этажа в нем присутствовала.

— А почему в другом лифте только три кнопки? — удивился Димон.

— Думаю, в нем тоже четыре, просто на последней стоит знак невнимания, как на двери, — Игнат нажал на кнопку четвертого этажа, и лифт поехал.

— Какой знак? — заинтересовалась Анечка.

— А вы не видели? На дверном косяке были символы. Димон в прошлый раз даже не подошел к этой двери, да?

— Э-э-э, ну да, я вроде пошел… а потом решил через основной вход пойти, — припомнил Димон, — а потом че-то забылось как-то.

— Она отсеивает нежелательных гостей.

— Могла бы просто на замок запереть, — пожала плечами Анечка. — Зачем такие сложности?

— Другие жильцы могли начать возмущаться из-за постоянно неработающего грузового лифта, а так — про него все забыли.

— Целый дом?

— Ну да.

— Ты так просто об этом рассуждаешь…

На четвертом этаже на площадке были три двери. Одна вела на крышу, другая — на лестницу, а третья, судя по всему, в логово. Она была заперта на замок.

— Пф-ф... а эту заперла. Женская логика... — начал Димон, но, взглянув на Анечку, осекся и замолчал.

— Ничего, сейчас откроем, — Игнат осмотрел дверь и замок.

— Ты можешь открыть дверь заклинанием? — поразилась Анечка.

— Ага, «монтировка» называется, — Игнат достал названный инструмент из сумки, которая все еще болталась на плече Димона.

— А я-то думаю, че мне так в бок тыкает? Э-э-э… ты чего, хочешь дверь сломать?

— Угу, — Игнат примерился и начал аккуратно отжимать дверь.

— Так она же вернется и заметит, что дверь вскрывали! — поддержала Димона Анечка.

— А она и так заметит. Мы же у нее тело Макса украдем. Думаю, дверь ее будет волновать в последнюю очередь.

Дверь с треском приоткрылась и ребята смогли зайти внутрь. Перед глазами предстало просторное помещение, больше похожее на обычную мастерскую художника: на стенах висели картины, напоминающие те, что ребята уже видели на сайте; вдоль стены теснились стеллажи, заваленные красками, банками с кистями, какими-то заляпанными тряпками; напротив окна, а точнее, полностью стеклянной стены, стоял мольберт с готовой картиной. Помещение заполняли последние лучи скрывающегося за горизонтом солнца.

— Выглядит очень… обычно, — разочарованно протянул Димон.

— А ты рассчитывал на котлы с куриными лапами и черного говорящего кота?

— Ну нет, но…

— Давайте вон там посмотрим, — Анечка указала на большую ширму, разделяющую помещение.

Ребята послушно пошли за ней. За ширмой обнаружилась большая кровать с балдахином, стоящая изножьем к окну, кронштейн с одеждой и столик с зеркалом, заваленный всякими баночками и тюбиками. Справа виднелась дверь. Димон заглянул и обнаружил за ней ванную комнату, тоже совершенно обычную.

— Так… Может, мы ошиблись? Что же делать? Зачем тянули до последнего дня? Что теперь будет? — начала паниковать Анечка.

— Не ошиблись, — упрямо проговорил Игнат.

— Тут негде спрятаться, — Димон развел руками. — Все ж на виду! Под кроватью она его держит, что ли?

Димон наклонился и на всякий случай заглянул под кровать, но не обнаружил там ничего, кроме пыли. Ворон перелетел через ширму и уселся на кронштейн.

— Р-р-рядом! — он заметно нервничал, щелкал клювом и держал крылья в полусложенном состоянии, как будто вот-вот взлетит. — Р-р-рядом!

Игнат подошел и отодвинул стойку с вешалками, за ней была обычная стена. Тогда он заглянул за туалетный столик.

— Ага, вот вход!

Он потянул за еле заметный выступ и отодвинул фальшпанель в сторону — им открылась еще одна небольшая комната, она была продолжением основного помещения с окном во всю стену.

— Ах! Это Максим! Он живой?! — Анечка первая бросилась к телу, лежащему на массажном столе посреди комнаты.

— Твою ж ... — ругнулся Димон, не ожидая, что все настолько плохо.

Обнаженное тело друга выглядело истощенным: на груди — огромный бурый кровоподтек, нога была явно сломана, лицо разбито, на руках — множество ссадин, несколько пальцев, кажется, тоже были сломаны. К вене на одной руке тянулась трубочка капельницы.

— Это что? Она его усыпляет?

— Нет, это глюкоза с обезболом, наверное, — Игнат показал на мешок с прозрачной жидкостью. — Все! За работу! Времени мало.

Димон и Анечка растерянно замерли посреди комнаты.

— Тащите глину и отвар! — скомандовал Игнат. — Да не сюда! В ванную! Там смешаем.

Димон сначала пытался отковыривать куски глины и кидать их на дно ванны, но потом, решив облегчить себе задачу, просто вывалил весь мешок целиком и стал отдирать пластиковый пакет с огромного куска. Анечка тем временем распечатывала бидоны с отваром по одному и поливала глину.

— Че-то не перемешивается, — пропыхтел Димон, пытаясь размять глину с отваром.

— Сейчас поможем, — зловеще ухмыльнулся Игнат, заходя в ванную с монтировкой.

Дело пошло веселее. Игнат отколупывал от общей массы небольшие куски, а ребята разминали их в отваре. Через сорок минут ванна была наполнена коричнево-бурой жижей самого отвратительного вида, но Игнат выглядел довольным.

— Теперь слушайте меня внимательно. Вы будете приносить мне глину без задержек. Возьмите миски и мастихины, зачерпывайте ими, главное, без пауз. Я начинаю покрывать тело глиной и читать заговор, отвлекаться во время обряда нельзя. Понимаете?

— А что такое мастихин?

— Это такой маленький мастерок, — пояснил Игнат, выразительно глядя на друга. — Удобно наносить будет, кстати. Тоже возьму. Так, дальше слушайте. Когда я покрою все тело, надо будет поделиться силой. Я все сделаю сам, вам просто нужно стать вокруг тела, протянуть руки над ним и... не мешать. Понятно?

— Ну мы ж не дебилы! Чего заладил?!

— Вы все запомнили? Если есть вопросы, задавайте сейчас, потом я не смогу ответить, иначе ничего не сработает.

— Как мы кругом станем? Нас же двое, — сказал Димон.

— А ты уверен, что ты не... — Игнат глубоко вдохнул, взяв себя в руки. — Станете по обе стороны стола. Если что, я подвину. Еще вопросы?

— Мне страшно, — всхлипнула Анечка.

Игнат резко обхватил рукой ее затылок, заглянул ей в глаза и произнес несколько фраз какой-то рифмованной тарабарщины.

— Все, в ближайшие сутки никакого страха. Постарайся не прыгнуть с парашютом за это время, неуязвимости это не дает.

— Чему тебя еще эта старуха научила? — Димон ошарашенно отступил на пару шагов от друга.

— Это не она, я в книге вычитал, — Игнат был с виду спокоен, но чувствовалось, что у него внутри все натянуто струной, и ребятам передалась его напряженная собранность. — Ну че, погнали?! Расколдуем нашего спящего красавца.

Работа закипела: Димон нагребал глиняную массу в миски, Анечка, стараясь ступать бесшумно, относила наполненные миски Игнату и возвращалась с пустыми. Димон увидел, как девушка бледнела с каждым подходом, и шепотом предложил поменяться ролями, она без раздумий согласилась. Димон понес жижу в комнату с телом. Игнат монотонно бормотал какие-то непонятные слова, согнувшись над столом, он повернул тело на бок и мастихином наносил глину на спину. Димон увидел, что позвоночник неестественно изгибается под кожей. Во время очередной замены опустевшей миски на полную он заметил, что Игнат наносит глину не абы как, а будто рисуя какой-то узор. Вернувшись с новой миской, Димон стал наблюдать за работой новоиспеченного колдуна — ритм речитатива совпадал с движениями рук. Димон залип, наблюдая за этим, у него закружилась голова. Очнулся он, лишь когда Анечка беззвучно дернула его за руку, уводя из комнаты.

— Меня как будто накачали чем-то, — растерянно прошептал Димон, когда они оказались в ванной, — аж унесся куда-то мысленно.

— Старайся не смотреть на его руки и вообще не слушать. Миски поменял и ушел сразу, — также тихо ответила ему Анечка.

— Спасибо, что выручила, — Димон неловко дернулся обнять подругу, но остановился на полпути и просто дружески похлопал по плечу.

— Да не за что, — смутилась девушка и тоже сделала какой-то неловкий жест — то ли махнув рукой, то ли потянувшись навстречу Димону. — Все, иди, отнеси глину.

Димон следовал советам подруги, не смотрел на работу Игната и не слушал, менял миски и старался поскорее убраться. Постепенно тело Макса покрывалось глиной. Удивительно, но она не стекала, хотя и не выглядела затвердевшей, как будто превращалась в желе. Ворон с самого начала сидел рядом с головой Макса, прижавшись к ней, и не издавал никаких звуков, казалось, впал в состояние прострации.

Неизвестно, сколько прошло времени, но в конце концов глина закончилась. Димон с Анечкой тихо вошли в комнату и стали по разные стороны тела, стараясь не смотреть на глиняную куклу, которую сейчас напоминал их друг. Ворон сидел поодаль, бесшумно вертя головой и напряженно вглядываясь в действия Игната. Все также монотонно читая свои заклинания, он нанес последние капли глины на лицо Макса, потом выпрямился, стал у изголовья и протянул руки ребятам, они каким-то образом без слов поняли, что от них требуется. Димон протянул руку над телом и переплел свои пальцы с пальцами Анечки, свободные руки они протянули Игнату. Тот положил свои ладони под их ладони снизу, указательным и безымянным пальцем касаясь запястья. Как только это произошло, голос Игната стал громче и как будто требовательней. Димон почувствовал, что по руке течет что-то холодное. Судя по тому, как вздрогнула Анечка, она почувствовала то же самое. Игнат сжал их руки чуть сильнее, ощущение холодной воды усиливалось. У Димона закружилась голова, он на секунду прикрыл глаза, а когда открыл, увидел, что глина на теле Макса начинает застывать и сохнуть прямо на глазах, начиная от головы и довольно быстро двигаясь к ногам. Голос Игната отдавался в ушах, Димону казалось, что он почти понимает его слова. Димон еле стоял, головокружение усиливалось, и тут он почувствовал, как будто мыльный пузырь лопнул на его запястье, после этого ощущение потока холодной воды резко исчезло. Глиняная корка на теле друга начала покрываться сетью мелких трещинок, трещинки также бежали от головы к ногам, но намного быстрее. Игнат отпустил руки друзей, и ребята отступили на шаг от стола. Димон видел, как трещинки добежали до кончиков пальцев ног, Игнат читал все громче и требовательнее, пока наконец не хлестнул последней фразой, понятной любому в этой комнате:

— Подчинись моей воле! Да будет так!