Системный сбой. Том 1⁠⁠

Глава 26 Финал первого тома

За крепким дубовым столом, инкрустированным по краям затейливой резьбой, Виталий разбирал бумаги по последним отчётам. Стопка документов росла с каждой минутой — донесения разведки, списки ресурсов, запросы от мастерских, жалобы жителей. Всё это требовало его внимания, его подписи, его решения. Он аккуратно водил перьевой ручкой по бумаге, оставляя ровные, каллиграфические строчки — привычка, оставшаяся еще с досистемных времён, когда он работал в Вооружённых Силах России.

В кабинет ворвалась Екатерина.

Дверь с грохотом ударилась о стену, и девушка влетела внутрь, едва не споткнувшись о ковровую дорожку. Лицо её было испугано настолько, что Виталий на мгновение замер. На её лбу выступила испарина, светлые волосы растрепались, глаза плыли самой настоящей паникой такой, что пробирает до костей.

— Виталя! — выдохнула она, хватая ртом воздух. — Я… там… что-то начинается!..

Мужчина аккуратно и спокойно отложил перьевую ручку, чтобы не испачкать документы. Поднял на женщину напряжённый взгляд, в котором читалась привычная уверенность лидера, но где-то в глубине мелькнула тень беспокойства.

— Прикажи охране бросить зачинщиков в карцер, — сказал он ровным голосом. Подошёл, приобнял девушку за плечи. — В первый раз, что ли?

Он погладил любимую по спине, ощущая, как дрожит её тело.

— С тех пор, как ты научилась чувствовать чужие эмоции, ты стала слишком много нервничать, — продолжил мужчина мягко. — Но нет ничего, с чем мы бы не справились.

Девушка заметно расслабилась под его прикосновениями. Дыхание выровнялось, плечи опустились. Но глаза её по-прежнему были полны страха — того самого, что не проходит от простых слов утешения.

— Да… — прошептала она. — Но… люди массово отказываются от работы. И будто чего-то ждут.

Она отстранилась от него и подошла к окну. Тяжёлые бархатные шторы раздвинулись, открывая вид на внутренний двор поселения.

— Взгляни, — голос её дрогнул. — Кто-то требует их выпустить, кто-то не хочет работать без оплаты, кто-то... Вон они, целая толпа у ворот. Если мы применим силу, станет только хуже, зай.

Виталий медленно подошёл к окну. Встал рядом, положил руку ей на талию. Посмотрел на собравшуюся внизу толпу — человек пятьдесят, не меньше. Они что-то выкрикивали, размахивали руками, напирали на ворота. Охрана на стенах заметно нервничала, но пока держалась.

Дмитрия он не видел. Но подозревал, что это может быть связано как-то с ним. Слишком уж вовремя появился этот странный парень, слишком уж быстро всё закрутилось после его прихода.

— Где Павел? — спросил он строгим тоном.

— Он в баре… — Екатерина замялась. — С тем новичком.

— С каким новичком?

— С Дмитрием…

Виталий нахмурился. Что-то здесь было не так. Паша, конечно, любил развлечения, но чтобы вот так — в разгар возможного бунта сидеть в баре с потенциальным врагом?

— Спустись к охране, — приказал он. — Я разберусь.

═════════════════

Я мельком глянул в окно бара, где уже собралась толпа у ворот.

План потихоньку набирал обороты. Люди, с которыми я говорил, сделали свое дело — распространив слухи, подняв недовольство, организовав этот стихийный митинг. Главное — я отвлек чудовище, которое сидело напротив.

Кроме нас в зале были еще несколько охранников, кто пришел сюда отдохнуть после смены. Сидя за дальним столиком, они лениво попивали пиво и обменивались фразами о каких-то своих делах. Тут находились и наши ребята, кого я успел завербовать за эти часы. Время от времени они поглядывали на наш столик, ловили мой взгляд и отводили глаза.

В баре тихонько лилась музыка. За старинным роялем сидел пожилой музыкант — мужчина с серебристой шевелюрой и тонкими, жилистыми руками. Его пальцы уверенно скользили по клавишам, выуживая из старого, слегка расстроенного инструмента завораживающие джазовые мотивы, словно заклинания. Мужчина играл с закрытыми глазами, целиком растворившись в собственной музыке.

Бармен слегка нервно протирал стакан. Время от времени он проверял его чистоту в свете яркой люстры, подносил к глазам, крутил, снова протирал. Взгляд его метался между нашим столиком и входной дверью.

Паша сидел напротив меня. Расслабленно откинувшись на спинку стула, он лениво потягивал пиво из высокой кружки, бросая такие же спокойные взгляды на двор через окно, пока еще целое, чистое, за которым кипела жизнь их идеального посёлка.

Наконец я допил свое пиво. Поставил кружку на стол со стуком, который в тишине зала прозвучал почти как выстрел. Поглощение работало и на алкоголь, превращая вредное воздействие этого медленного яда в энергию. Я чувствовал, как калории и этиловые соединения расщепляются, питая мои мышцы и восстанавливая силы.

— Вот смотрю я и удивляюсь, — это чудовище усмехнулось. Оно бросило взгляд в сторону окна, указывая туда кружкой, потом допил остатки своего пива.

— Ты мог бы просто уйти. Но зачем-то ты всё только усложнил.

Он налил себе еще пива из стоящей на столе бутылки. Отломил кусочек ароматной курочки — золотистой, с хрустящей корочкой, от которой шел такой запах, что у любого голодного потекли бы слюнки. Помахал им в воздухе по кругу.

— Все, что ты видишь, — он обвел рукой зал, бармена, музыканта, охранников, — это отлаженный механизм. И ты хочешь его разрушить? Ради чего? Чтобы снова проиграть?

— Кое в чем ты ошибаешься, — я усмехнулся, наклоняясь к нему через столик. — Я действую не один.

Он замер на секунду, так и не донеся еду до рта. В его глазах промелькнуло понимание — то самое, когда все кусочки пазла вдруг встают на свои места.

В следующий миг он резко пнул стол.

Теперь я видел куда больше. Селективное восприятие, прокачанное до нового уровня, позволяло замечать мельчайшие детали — напряжение мышц, направление взгляда, смещение центра тяжести за долю секунды до движения. Я знал, что он сделает, еще до того, как тот успел пошевелиться.

Я подпрыгнул. Стол пронесся подо мной, вылетая в большое окно бара. Стекла разлетелись тысячами осколков, со звоном упав на брусчатку. Люди снаружи закричали, несколько женщин взвизгнули и поспешили скрыться.

Я ухватился за тяжелую хрустальную люстру, висевшую прямо под потолком. Оттолкнувшись от нее, уже летел на Пашу, нацелив ноги ему в грудь.

— Идите на улицу!.. — попытался прокричать бармен, но договорить не успел.

Паша пнул меня в полете. Я выставил блок, но сила удара оказалась чудовищной — меня отбросило в сторону, и я врезался в барную стойку. Разнес вдребезги бутылки, стаканы, шейкеры — все полетело на пол, разбиваясь и разлетаясь осколками. Бармена тоже зацепило — он рухнул без сознания, придавленный мной.

Музыка вдруг зазвучала бодрее.

Пианист оттолкнулся ногой от табуретки, опрокидывая ее, свободной рукой залпом выпил стакан виски, стоявший на рояле, и с диким воплем заорал:

— Ю-хууу!

Его пальцы взлетели над роялем, словно выпущенные пружины. Клавиши застонали от напряжения, выплёвывая поток звуков — безумный, искрящийся, рваный ритм, который мгновенно преобразился в идеальное музыкальное воплощение внезапного хаоса.

Я схватил бутылку, еще не успевшую упасть с остатками темного рома. Швырнул в Пашу. Тот уклонился, даже не глядя, просто почувствовав траекторию. Вторую поймал и швырнул обратно, целился прямо в мою голову.

Именно это мне и было нужно.

Оттолкнувшись обеими ногами от разбитой полки, я набрал скорость и в прыжке ухватил Пашу. Мы покатились по полу, снося стулья и сбрасывая скатерти со столов. Он ловко сбросил меня с себя отработанным движением и мгновенно вскакивая на ноги.

Люди вокруг повскакивали с мест. Кто-то из рабочих испуганно прижался к стене, закрываясь столом. Другие, напротив, с интересом наблюдали за дракой. Охранники у соседнего столика вскочили, хватаясь за оружие.

Паша наконец понял, что я теперь гораздо сильнее, чем был в прошлый раз. Он вытащил свои загнутые кинжалы, какие носил на поясе.

— Дерьмо! — воскликнул один из охранников, тревожно глядя в разбитое окно, за которым творилось нечто невероятное. — Один здесь справишься?

— Сам, — коротко ответил Паша, продолжая пристально смотреть мне в глаза. — Уходите!

Охранники поспешно выскочили наружу, и я услышал, как за ними закрылась дверь.

Я поднял массивный дубовый стул, взял обеими руками словно дубинку.

Музыка зазвучала ещё энергичнее. Музыкант уже не просто играл — каждая клавиша теперь отзывалась эхом его души, будто звук рождался прямо из сердца, прожигая пространство искрящимся потоком эмоций.

В момент, когда Паша непроизвольно моргнул, я резко рванулся вперёд.

Доля секунды — мгновение, пока опускаются и поднимаются веки. Однако я успел поймать этот миг. Защититься он не успел.

Стул описал в воздухе широкий полукруг и с треском ударил Паше прямо в руку. Клинок выпал, звонко стукнувшись о пол, и укатился под стол. Быстро опустившись, я подобрал оружие и тут же отпрыгнул обратно, заняв оборонительную позицию.

— Ты поддавался тогда? — ухмыльнулся он, смешивая удивление с искренним уважением. — Молодец.

Зря он это сказал. Эмоции — слабость. Он выдохнул, усмехнувшись, и я воспользовался этим моментом.

Серия ложных ударов — сверху, слева, справа. Он оборонялся, отбивая мои выпады оставшимся кинжалом, стараясь нанести контрудар. Я уворачивался, кружил, не позволяя ему сосредоточиться. Удары были быстрыми, хлесткими, непредсказуемыми — Ритм вел меня, подсказывая траекторию, ускоряя реакцию.

Он стал серьезнее. Это было видно по глазам, по напряжению мышц, по манере изучения моего поведения — теперь он воспринимал меня не как забаву, а как настоящего соперника. Однако же мне до сих пор не удавалось поймать весь его ритм, но сейчас это и не нужно было. Действовал я иначе — хаотично, неожиданно, всякий раз по-разному.

Он бросил тарелку со стола. Отскочив, я едва увернулся, но противник тут же атаковала снизу, скользнув по полу и целясь в ноги. Подпрыгнув, я избежал удара, однако он поймал меня в полете, сбив обратно на стол.

Деревянная столешница с треском рассыпалась подо мной. Присутствующие ахнули, некоторые вскрикнули.

Кувырком назад я выскочил из-под обломков и на секунду — всего лишь на секунду! — уловил ритм движений этого чудовища. Он был рваным, нестабильным, но я его поймал.

Высокая стойка, несколько ложных движений — и захват. Мои руки сомкнулись на его предплечье, я рванул, пытаясь выкрутить сустав. Но он вырвался, оставив себе порез собственным же кинжалом, который всё еще оставался у меня. Лезвие полоснуло ему по руке, оставляя глубокую рану.

Интуиция сработала вовремя.

В следующий миг Паша исчез. Просто растворился в воздухе, и я уже знал — сейчас он появится сзади. Я сместился в сторону за мгновение до того, как его кинжал пронзил пустоту там, где я только что стоял. И тут же нанес укол — резкий, хлесткий, целивший в корпус.

В последний момент он уклонился, но лезвие всё же полоснуло его по рёбрам. Кровь брызнула на пол.

Вокруг люди в шоке наблюдали за нашим поединком. Кто-то из рабочих, забившись в угол, пытался уползти на улицу. А там, за разбитым окном, уже начиналась настоящая война.

Кто-то открыл ворота.

Внутрь посёлка повалили десятки зомби — людей и монстров, поднятых из праха, ведомых единой волей. Они врывались во двор, набрасывались на охранников, сея хаос и смерть.

Вслед за ними шла Ульяна.

Ворожея едва держалась на ногах. Её поддерживали Кирилл и Глеб, чьи лица были белыми от перенапряжения. Глаза Ульяны горели зелёным огнём, из носа текла кровь, но она шла дальше. За ней, чуть поодаль, бежал Марк. В руках он сжимал фотографию, а в глазах горела такая ненависть, что даже мне стало не по себе. Он отчаянно бросился на выбежавших охранников, и те даже не успели поднять оружие.

Артём шёл позади всех. Его глаза сияли золотом, и всё тело излучало слабое свечение. Выглядел он смертельно усталым, но в нём ощущалась та сила, что поднимала людей в атаку и дарила надежду в самые мрачные времена.

Мы встретились взглядом с генералом. Я покачал головой. Этот бой будет честным. Артём понял, кивнул и отвернулся, продолжив заниматься своими делами.

А где-то вдали раздался весёлый боевой хохот. Похоже, это был дед. Тут же знакомый шёпот коснулся моего слуха:

— Без меня веселишься? Я прикрою.

Я ухмыльнулся и снова взглянул на Пашу. На то, что было чудовищем всего несколько минут назад.

— Ч-чёрт… — выдавил он и исчез во вспышке телепорта.

— Кха-кха… — вырвалось у меня. — Ещё бы чуть-чуть…

Я откашлялся и развернулся к рабочим, забившимся в угол.

— Сегодня это поселение заплатит за преступления! — возгласил я, стремясь придать голосу твердость. — Кто стал жертвой похищений, чьи родные были убиты — вы можете воздать обидчикам по заслугам! Идите же и несите возмездие!

Не ожидая их ответа, я выскочил наружу, выпрыгнув через разбитое окно.

Тело ощущалось лёгким. Не было привычной тяжести после боев, ломоты в мышцах или усталости, что обычно наваливается после схваток. Я победил чудище лишь благодаря предельной концентрации, новым навыкам, способности видеть больше обычного и разбору нашего предыдущего боя, который разобрал в медитации.

Хотя… он продемонстрировал всего один приём. Только один. В следующий раз я буду лучше подготовлен.

— Парень! — донеслось издалека громыхание старческого голоса. — Это ты тут постарался?

Матвей застыл посреди двора, прикрывшись тяжёлой дверью словно щитом. Другой рукой он сжимал трофейное ружьё, стреляя точно в преследующих охранников. Каждое попадание достигало цели.

Лука расположился на крыше. Его силуэт чётко вырисовывался на фоне заката, и я видел, как он спокойно и метко покрывает товарищей очередным выстрелом. Наверное, его негромкий шёпот сейчас слышал каждый, кто нуждался в поддержке.

От зомби осталось примерно половина. Но ворожея вновь оживляла убитых солдат. Поднимались мертвецы, стряхивая с себя пыль и пепел, а потом двигались обратно в битву.

Магический щит, поддерживаемый Кириллом и Глебом, переливался в воздухе всеми цветами радуги. Он останавливал любые снаряды, летевшие в Ульяну: пули отскакивали, заклинания гасли, стрелы рассыпались в пыль.

Я взглянул на поле боя: мечи сверкали в отблесках заката, выстрелы рассекали воздух, земля была пропитана кровью. Мы сражались. Сражались отчаянно, преодолевая усталость и боль. Теперь я понял — победа близка. Враг отступал, наши ряды держались крепко. Это было лишь началом долгого пути, но сейчас я точно знал одно: мы выдержим всё.

На такую оценку ушло менее секунды. В бою каждое мгновение могло стоить жизни, и я научился принимать решения быстрее обычного человека. Паша — невидимка, телепортация, уровень 12. Виталий — маг огня 10-го уровня. Против такой парочки у меня не было шансов, особенно учитывая, что мои резервы не бесконечны для такой схватки.

Я направился к главному зданию — массивной сталинской постройке с колоннами и высокими окнами. Из дверей уже выходил лидер посёлка.

Глаза мужчины пылали огнём. В прямом смысле. А в каждой руке ярко полыхал огненный шар размером с футбольный мяч. Цвет пламени был настолько ярким, что больно было смотреть. Воздух вокруг ладоней дрожал и искажался от жара.

— Дима! — крикнул Артём, стоявший у ворот вместе с нашей группой. — Уходим!

Матвей уже мчался спасать внучку. Я видел, как он, игнорируя стрельбу и хаос, прорвался внутрь общежития, прикрывшись дверью словно щитом. Лука в этот момент проник через окно больницы. Я заметил его силуэт, промелькнувший в разбитом стекле. Он шёл туда, чтобы освободить врачей и медсестёр.

Сразиться против мага всего лишь с ножом? Нет уж. Тем более я помнил и о Паше, обладавшем помимо невидимости ещё и способностью к телепортации. Где он сейчас — неизвестно. Возможно, прячется где-нибудь в тени, выжидая подходящий момент.

Я кинулся на помощь деду. Тот наверняка был слаб после заточения. Этот упрямый старикан вряд ли принимал еду от визовцев — скорее всего, отсиживался в карцере голодный и злой, лишь мечтая вырваться да всыпать врагам.

Марк дико закричал. Обернувшись, я увидел, как он метнулся навстречу небольшой группе врагов из пяти человек, вооруженных автоматами. У парня в руке осталась лишь та старая фотография, которую он держал словно самое ценное, что у него еще было. В другой руке меч, окропленный кровью.

Я находился далеко. Очень далеко.

Со щемящей жалостью, сдавившей сердце, я наблюдал, как его тело рухнуло, изрешечённое пулями. Старое фото выскользнуло из руки бойца, неспешно, будто в замедленном кадре, покрутилось в воздухе и мягко опустилось на залитый кровью асфальт.

Я сжал кулак. Костяшки побелели от напряжения. Но не время горевать обо всех. Не сейчас. Сейчас надо спасать тех, кого ещё можно спасти.

Интуиция и Ритм снова сплелись во что-то единое. Я чувствовал пространство вокруг себя, словно паук ощущает колебания своей паутины. Это позволяло заранее уклоняться от любых выстрелов и случайных заклинаний. Пули свистели мимо, не задевая даже одежду. Огненные шары пролетали в сантиметре, но я уже оказывался в другом месте.

Так я без проблем проник в общежитие.

Внутри было темно и душно. По всему коридору оказались выбиты двери. Из проемов то и дело выглядывали испуганные лица стариков и женщин. Они жались к стенам, прикрывали головы руками и плакали.

Я шёл медленно, стараясь никого не испугать ещё сильнее, произнося успокаивающие слова:

— Всё хорошо. Мы здесь, чтобы помочь. Вы можете выйти. Вы можете отомстить тем, кто держал вас здесь.

В ком-то я видел отклик. Глаза загорались надеждой, люди начинали шевелиться, выбираться из укрытий. В ком-то — лишь презрение. Они смотрели на меня как на врага, как на того, кто разрушил их спокойную жизнь. Я не осуждал. Каждый сам делает свой выбор.

Стоило мне подойти к лестнице на второй этаж, как на ней появился Матвей.

Он вел внучку, укрыв её своей курткой. Сам он остался в одной мятой грязной рубахе, но хотя бы целой. Дед прикрывал Софу тяжелой дверью, которую тянул на вытянутой руке. Настоящий щит, пусть и импровизированный.

— Пацан? — увидев меня, сказал он. — Пошли.

Софа выглянула из-за своего укрытия. Лицо девушки было бледным, глаза покраснели от слез, но взгляд выражал надежду и радость. Она улыбнулась мне робко и неуверенно, но как-то искренне.

— Выводим мирных, — сказал я, на ходу проверяя повторно каждую комнату. Заглядывал в проёмы, убеждался, что там никого не осталось, и следил за входом. — Затем просто прикрываем их.

— А погоня? — спросила Софа, когда мы вышли на крыльцо.

— Им бы со всем этим разобраться, — усмехнулся я, обводя рукой творящееся вокруг.

Она ахнула. Перед ней открылась панорама настоящей вакханалии. Зомби, поднятые Ульяной, бродили по двору, нападая на охранников. Группы наших, вооружённые кто чем, отбивались от визовских бойцов. По всему двору горели постройки, дым поднимался к небу чёрными столбами. Люди вокруг Кричали, бегали — кто куда, пытаясь спастись или сражаться.

Дед не дал ей оставаться. Мягко, но настойчиво повел к основной группе, которая уже собралась у ворот. Туда приходила большая часть наших и часть визовских, кто тоже некогда был похищен. Люди несли раненых или поддерживали стариков.

— Вы все умрете!!! — гремел громогласно Виталий.

Маг парил над землей метрах в пяти, легонько покачиваясь из стороны в сторону. Воздух вокруг него шел рябью и слегка дымился. Глаза мага пылали огнем, а волосы торчали дыбом, тело его пронзали магические разряды.

— Уходим! — крикнул я своим.

Артём наложил баффы на тех, до кого смог дотянуться. Я тут же почувствовал знакомый прилив силы, когда мышцы заполнились энергией и мысли прояснились. Маги напряглись, покрывая магическим щитом всю группу. Прозрачный, чуть переливающийся купол вырос и над нами тоже, надежно защищая от нападок врага.

— Прикрывайте, — выдохнул генерал. — Я продержусь, сколько смогу.

То, что ему тяжело, было заметно по дрожащим рукам и напряжённым мышцам шеи. Лоб блестел от пота, глаза покраснели от перенапряжения, из носа тонкой струйкой текла кровь. Однако он стоял.

Ульяна взмахнула руками, собрав последние силы. Чёрные грязные пальцы прочертили в воздухе замысловатый узор. Сто неподвижных тел разом поднялось. Зомби вновь и вновь растекались по посёлку, нападали на оставшихся защитников, сея смерть и панику.

Защитникам приходилось трудно. Атака изнутри застала их всех врасплох. Полагаясь на укрепления, охранников, системы защиты, сейчас они оказались заперты в собственной ловушке.

Среди ремесленников я заметил Аркадия Васильевича — нашего главного инженера. Он сидел на корточках у стены, прижимая к груди какие-то чертежи, и с ужасом смотрел на происходящее. Здесь были и чужие — ремесленники Визовского района. Их оказалось немало. Все они жаждали мести и дождались своего часа.

Арина и Маша держались вместе. Арина действовала уверенно и чётко, словно опытный полевой хирург. Лицо Маши было белее мела, руки дрожали, однако она продолжала помогать главному лекарю.

Лука находился неподалёку. Скрытый тенью, он был почти незаметен. Из-под низко опущённой чёлки взгляд быстро выбирал стрелков в окнах, на крышах и в переулках. Каждый раз, заметив цель, его винтовка едва слышно щелкала — и противник падал.

Ульяна стояла на ногах, наверное, лишь на морально-волевых. Лицо её посерело, губы посинели, глаза были окружены тёмными кругами. Однако она собрала последние силы — взмахнула рукой и подняла ещё десяток зомби. После этого просто рухнула без сил. Подхватили её Кирилл и Глеб, не дав упасть.

Купол защиты принял удар тяжёлого огненного шара.

От удара такой мощи щит выгнулся дугой, затрещал, покрываясь волнами. Внутри началась паника, раздались истошные крики. Кто-то пал на колени, прикрывая голову руками. Дети громко расплакались.

— Предатели! — загремел голос мага. — Я дал вам всё! Защиту! Стабильность! Крышу над головой! Еду! Без меня вы бы умерли уже в первый день!

Среди теней я уловил едва различимое движение воздуха. Легчайшее искажение, практически невидимое глазу. Но Селективное восприятие работало идеально.

— Здесь невидимка, — предупредил я Артёма.

Тот кивнул. Крикнул, обращаясь к парящему в воздухе магу:

— Это наши люди, Пронька! Дай нам уйти! Сам же сказал — уйти могут все, кто хочет!

Мы уже почти покинули посёлок. Ворота были в двадцати метрах. Но двигаться приходилось медленно — магам было тяжело. Они не умели двигать щит так быстро, как хотелось бы. Каждый шаг давался с трудом.

— Тёма… — голос Виталия прогремел как гром среди ясного неба. — Мы же были друзьями. Почему?

— Потому что ты, паскуда, атаковал моих людей! — проорал Артём в ответ. — Потому что ты убил их! А поторм еще и забрал в рабство!

— Они были здесь добровольно, Старик...

Мы покинули посёлок. Люди заметно выдохнули, но радоваться было ещё слишком рано.

Матвей, несмотря на магический щит, продолжал прикрывать внучку. Он встал так, чтобы закрыть её от возможной опасности, и внимательно осматривал пространство вокруг. Софа съёжилась, пытаясь стать ещё меньше, прижалась к дедушке и спрятала лицо у него на груди.

Щит снова поймал тяжёлый огненный шар.

От удара меня качнуло назад. Щит устоял, но покрылся трещинами. Поддерживающие его маги вскрикнули от резкой боли — слишком велика оказалась нагрузка.

На мгновение перед глазами промелькнул силуэт зильфарийки, неподвижно зависшей высоко в небе над полем боя. Сложив руки на груди, она равнодушно взирала сверху вниз, расправив сверкающие в отсветах пожара крылья.

«Я знал, что ты следишь, сучка», — усмехнулся я мысленно.

— Лука, — я повернулся к разведчику. — Дай-ка мне на секунду...

Он молча протянул мне тяжелую винтовку с оптическим прицелом.

Я прицелился в мага. В тот миг, когда он заряжал новый шар, я резко перевел прицел вниз, целясь в колебание воздуха. Туда, где заметил движение.

Выстрел!

Легкий хлопок — и на полуразрушенную стену брызнула кровь. А вслед за этим из невидимости вывалился Павел. Упав на колени, он схватился за живот. Его руки были в крови, лицо искажено болью.

— Попался! — радостно крикнул я.

Я прицелился ему в голову. Не хотелось бы мне оставлять за спиной врага, который может отомстить. Прицелился ещё раз и нажал на спуск.

— Нет! — оглушительно взревел маг.

Вокруг Павла возник огненный щит, казалось он обжигал даже издалека. Моя пуля ударилась в него и расплавилась, не достигнув цели.

— Бестолочь… — усмехнулся я.

Следующий выстрел направил уже в мага. Тот увернулся лишь инстинктивно — резко дернувшись в сторону, но пуля, вместо головы, пронзила ему плечо.

Огонь в его глазах угас. Маг вскрикнул, пошатнулся и рухнул. Отполз к Павлу, накрыв себя и его слабым, почти незаметным щитом. Я сделал несколько выстрелов, но щит мага выдержал, а сам он затащил Пашу за здание, куда мои пули уже не доставали.

Я вернул винтовку Луке. Тот кивнул и прошептал:

— Неплохой выстрел.

Я кивнул в ответ.

Артём тут же скомандовал:

— Ускоряем шаг! Бойцы, вы все молодцы! Павших помянем уже дома. Не сбавляем шаг!

Нас никто не преследовал. Визовские позволили нам уйти. У них были свои проблемы.

В посёлке ДК «Урал» гуляли зомби. Люди из последних сил справлялись с последствиями. Где-то вдали завыло какое-то чудовище — привлечённое запахом крови, палёной плоти и гари.

Те, кто имели навыки разведки, следили за дорогой. Я тоже не отставал — Селективное восприятие держало под контролем всё пространство вокруг.

Казалось, всё закончилось.

Но на самом деле всё только начиналось.

Я знал это. Мы все знали это. Тяжёлое, давящее предчувствие висело в воздухе. Оно чувствовалось в сиянии двух солнц, висящих над горизонтом и окрашивающих небо в кроваво-красные тона. Оно отражалось в окнах заброшенных домов, глядящих на нас пустыми глазницами.

Через несколько часов мы вернулись в наш посёлок.

Разрушенный, сожжённый, разграбленный. Но он был наш.

— Вот мы и дома, — прошептал Лука.

Он снял с себя куртку и накрыл ей плечи Маши. Девушка вздрогнула, подняла на него глаза и слабо улыбнулась. В этом жесте было столько нежности, что даже у самого чёрствого человека защемило бы сердце.

Я хлопнул разведчика по плечу. Затем развернулся и улыбнулся своей бывшей девушке.

Маша стояла рядом с Лукой, и на её лице, несмотря на усталость и грязь, сияла улыбка. За последние дни она прошла через такое, чего я никогда бы ей не пожелал. Но она выжила. Она справилась.

Я подошёл к ней. Молча взял за руку. Она крепко сжала мои пальцы.

— Молодец, — прошептал я. — Ты справилась.

Она кивнула. Глаза её заблестели слезами. Девушка посмотрела на Луку, тот кивнул ей и улыбнулся так, словно встретились две разбитые души, способные исцелить друг друга.

Рядом люди обнимались, кто-то плакал, другие смеялись. Одни искали родных, другие хоронили погибших. А кто-то просто сидел на земле и смотрел в небо.

Артём собирал выживших бойцов, считая потери и отдавая распоряжения. Матвей прижимал к себе Софу, которая наконец успокоилась. Лука стоял чуть поодаль, охраняя периметр.

А я стоял и смотрел вокруг. На этот крохотный островок жизни посреди океана смерти.

Мы вернулись. Мы выжили. Мы победили.

Но впереди ещё ждало бесконечное будущее.

Продолжение следует!) (Книга совершенно бесплатна) - https://author.today/work/524934