Санитары Человечества 2 "Зловещая тишина" Главы 2,3,4⁠⁠

Предыдущие главы

Глава 2 "Воспоминания"

За те пять лет Зимы я ни разу не замарал свои руки в крови, даже когда это надо было сделать во имя милосердия и мести… Первый раз это было у выживальщиков-тружеников, как я их называл. Шёл третий год после атомных грибочков. У них я находился уже четвёртый месяц и как раз это был период пика регрессии лучевой болезни. Они умирали в ужасных мучениях десятками за день, я помогал им всеми своими возможными силами. Этому перемотать нарывы вскипячёнными и высушенными бинтами, под другим вычистить кровавый понос и накрыть одеялом, да много что делал, но всё это было бессмысленно… поселение умирало. Стоны и крики теперь очень часто снятся мне во снах, и их лица, полные мук и страха перед неизбежным. Меня подозвал парнишка моего возраста и попросил воткнуть кинжал в сердце.

– Придурок? – ужаснулся я, отстраняясь от него, в лихорадке лежащего на соломенном тюфяке. Тогда он откинул на себе фуфайку, показывая нарост под кожей размером с два мужских кулака на безволосой груди. Эта шишка пульсировала, как будто в ней было что-то живое.

– Лео, братишка, м-м-м, оно меня сжирает изнутри, пожалуйста, – умолял он, – ты представить себе не можешь, как это больно… м-м-м, я не хочу, чтобы это из меня вышло… будь человеком…

– Нет… нет… – я замотал головой пятясь назад и споткнувшись об кого-то, упал на спину. Ещё через час я тащил труп этого парня наружу из бомбоубежища, всё же он вырезал из себя эту гадость. Из рваной раны на груди висела непонятная тварь с недооформленной головой, даже просматривалось тщедушное туловище. Мне было плохо от такой картины, я не мог смотреть в остекленевшие глаза, пока зарывал его в бурый снег.

Осталось их пятнадцать человек из ста, и утром они тронулись в путь, оставив убежище. Негласный лидер группы, сказал, что из города надо выходить, иначе смерть… Они и вышли, всех их я потом нашёл окоченевших в пяти километрах…

Потом меня захватили другие, те были покрепче от белковой, менее заряженной пищи… Их было человек двадцать с ружьями и автоматами, одежда которых была пропитана кровью и грязью. Нас они держали в «загоне» - бывший подземный переход с обгороженной колючей проволокой. Нам скидывали дрова, чтобы мы сами поддерживали огонь и тепло в переходе. Нас там было человек пятьдесят разного физического и психологического состояния. Иногда эти нелюди отбирали кого-нибудь из нас и всадив пулю в лоб, вытаскивали из «загона» на разделку. Всё потому, что один из этих ублюдков где-то услышал, что живой организм пока живой, не набрал вредных гамма-лучей и вполне может быть употреблён на завтрак, обед и ужин. Нам они тоже кидали кости наших друзей…

Может в нас и правда было меньше радиоактивности, но воду из наших тел им было не добыть. Не знаю, поняли они этот факт, или нет, но в конце концов, в загоне я остался один. И фамилия моя тут была не при чём, просто эти каннибалы выбирали из стада самый слабый элемент, в более плохом состоянии, дабы растянуть «еду» как можно дольше. Они просчитались, карты были розданы, а у меня в руках оказался флеш-рояль. Я подошёл к забору и посмотрел между проволокой, на этих «упырей». В живых осталось только трое, но и они были при смерти на своих лежанках, воняло испражнениями и гноем, сомнений не осталось никаких – «белковая» живая пища – не панацея, а лишь прямая дорожка в Ад. Без страха, что меня застрелят, я пролез наружу, исцарапав руки и подошёл к лежащим сволочам. Один из них сфокусировал взгляд на мне.

– Как… как ты это, сука, делаешь? – он прошипел через гнилые зубы и попытался взяться за оружие, но удалось ему от слабости только завалиться на бок и харкнуть кровью.

Я спокойно и не торопясь взял его ружьё. До этого момента перед моими глазами не раз стояла картина, как я всаживал бы в кого-нибудь из этих животных, пули одну за другой… А на деле, когда смотрел на них через мушку, я увидел в этих чудовищах, испуганных и жалких слизняков, в которых ничего не осталось человеческого.

– Ну же… не тяни… – прохрипел он и зажмурил глаза, – стреляй!

– Да пошёл ты!.. – я лишь сплюнул и отвернулся к заваленному всяким хламом, выходу. Тут больше не было сил находиться, и я вышел в Звенящую Тишину умирающего города.

Глава 3 "Арчи-меломан"

Иногда под настроение я заводил дизельный генератор и включал стереопроигрыватель. Странно было слушать музыку и голоса давно погибших людей, но мне это было необходимо. Когда ты долго не общаешься с себе подобными, начинаешь путаться, то ли сейчас думаешь про себя, то ли говоришь вслух. Вообще, сумасшествие — это постоянный спутник одиночества, уж я об этом знаю всё! А песни бодрили и сознание прояснялось.

Это произошло на третий месяц после Зимы, из всех щелей, как на дрожжах, во всю пёрла растительность, и меня уже не удивляло появление всё новых и новых мутированных существ, некоторые из них на вид были нормальными, но только на первый взгляд. Я сам видел, как «обычный» заяц забежал по отвесной стене трёхэтажного дома до крыши и прыгнул вниз, растопырив уши-крылья, после чего полетел, словно планёр какой-то.

Я доделывал последний пролёт забора, замыкая его по периметру вокруг своего дома и из колонок играла фантастическая музыка Жана Мишеля Жаре. Настроение у меня было отличное, наконец-то сегодня вечером я мог расслабиться, а то постоянный страх из-за возможных нежданных гостей не давал мне это сделать. Приходилось спускаться на ночь в подвал и закрывать все двери, которые хоть немного создавали иллюзию защиты. Арсенал вооружения я натащил туда неплохой, хватило бы и на дивизию, но увы, дивизии, и даже роты, не было – только две моих руки. Стая тех гигантских крыс запросто могла прогрызть дыру или нору, и сожрать меня вместе с потрохами, без остатка, так что я не чувствовал себя защищённым на 100%, но всё же холодный металл под рукой внушал надежду.

Как раз одна из композиций из альбома «Oxygen» наращивала ритм, когда услышал блеяние со стороны ворот. Откинув инструменты в сторону, я с интересом пошёл посмотреть, что там происходит, не забыв прихватить «калаш».

– Привет, брат! – я уже примерно знал, кто там. Из щели ворот я увидел стоящего козлочела с колечком в левом ухе. Он в руках держал охапку сорванной травы, словно скромный фанат поп-звезды с букетом цветов, и внимательно слушал музыку, изредка откусывая из своего салата. На меня этот мутант совершенно не обращал внимания. – Ого, а вы меломан, батенька! Ну, ну, добро пожаловать в гости…

Веганская икебана внушала надежду, что я не вхожу в его пищевой рацион. Открыв ворота и взведя затвор автомата, я медленно стал отходить вглубь двора, пытаясь не делать резких движений.

– Это француз играет, талантливый мужик… был. Наверно от Франции мало что осталось, может и Эйфелевой башни уже нет, жалко так-то … не стесняйся, смелей! – цокая копытами он протопал вперёд, ища глазами источник звука. Стереопроигрыватель стоял на крыльце, козлолюдь подошёл к нему и скинув на землю траву, прилёг на массивный свой бок, напротив. Почти по-человечьи, он облокотился на руку, не отводя взгляда от звуковой аппаратуры. С удивлением я увидел, как из глаз его побежали слёзы. – Братец, да ладно тебе, что за сопли? Это только аранжировка хорошая, а сама мелодия так себе…

Мне стало немного неловко, неужели в этом существе что-то осталось от человека. На плече его синела татушка, внимательно приглядевшись, я разобрал очертания гитары, видимо, в доядерном мире он был музыкантом.

– Слушай, а хочешь романтичный рок? Горький Парк «две свечи», вот реально крутая вещь… – он с явным наслаждением прослушал и «Горький Парк», и «Muse», и «Сурганову и оркестр», и «Roxette», но, когда заиграл «Ласковый май», возмущённо заблеял и рванулся наружу из моего двора, опять наделав на прощанье кучку. Даже человекобаран понимал, что такой попсе нет места в новом мире, странно, а мне некоторые вещи нравились. – Какие мы, эстеты! Завтра приходи, ещё что-нибудь послушаем!

Прокричав в спину убегающему мутанту, я закрыл ворота под песенку «Белые розы» и продолжил скреплять забор. Весь оставшийся день я думал об этом существе. Как мог человек превратится в это? Почему он блеял по-бараньи, ведь верхняя часть тела была людская, правда в два раза помускулистей и покрупней, словно Конан-варвар на анаболиках впаялся в своего коня. То, что он был лысый, как раз понятно, радиация, лучевая болезнь то да сё… И эти бубенцы, свисающие до колен, наверно не удобно бегать с таким хозяйством, об коленки стучаться поди? Потом я думал, что ему не хватает женского полу и представил обнажённую деву с крупными грудями сверху, а низ – кобылы, и почувствовал нездоровую эрекцию… Да и мне не хватало, если на то пошло, когда ты долго один без секса, возбудиться можно от всего, и в любое время. Мне на тот момент было двадцать четыре года, самый расцвет половой жизни, а скрижали судьбы выкинули вот такую фортель.

На следующий день он снова пришёл слушать, и на следующий, а на третий день этот мутант уже остался в моём дворе с ночёвкой. Так у меня появился безволосый, парнокопытный, не любящий попсу и некоторые вещи из хард-рока, друг. Главное, что он не ел мясо, а травы было море и на любой вкус. Мне даже не пришлось косить внутри своего двора, всё съедал на корню – отличный приятель, гораздо полезней, чем многие «приятели» из прошлой жизни! Назвал я его Арчи, слишком уж он напоминал мне своим телосложением этого актёра в лучшие свои годы.

Глава 4 "Новая встреча"

Чем ближе я подходил к районам, где произошли взрывы ядерных боеголовок, тем сильней я слышал эту Звенящую Тишину. Почти все строения в этих местах были разрушены и в общем-то, там делать было нечего, но меня что-то непонятное тянуло туда вновь и вновь. Пробирался я через развалины с трудом, в некоторых местах навалы из кирпича, железного лома и бетона, достигали нескольких метров и когда ты видишь всё это, представить ударную, сметающую всё на своём пути, волну, было легко. Не верилось только в одно, что столь разрушающая сила, дело человеческих рук, а не природного катаклизма…

Вот где был мёртвый мир, совершенно ничего живого там не обитало, даже растительность отсутствовала. Зачем я туда пробирался, не знаю, может надеялся, что откроется какая-та вселенская тайна? Или просто мне это было необходимо? Я подходил к краю гигантской, осыпающейся воронки диаметра в триста метров, постепенно заполняющую грунтовыми водами. Садился на колени, и на пару часов моё сознание улетало. Пахло йодом и морем, возможно, это запах распада каких-то химических элементов, но у меня перед глазами стоял тот, старый, потерянный мир. Звенящая тишина прекрасно помогала мне вспомнить ту жизнь, которую мы уничтожили собственными руками. Я знал, что в эпицентрах взрывов радиация была безопасной, за прошедшие годы она облаками и взвесями распылилась по всей челябинской области, но несмотря на это, именно в этом месте чувствовал фантомную пульсацию боли раненой планеты. Подпитавшись этой мёртвой энергией, вставал, и кинув прощальный взгляд в тёмные воды воронки, уходил из Зоны, чувствуя в себе непонятную силу.

Это произошло на шестой месяц после Зимы, я как раз возвращался из своего похода к одному из эпицентров. Прокарабкался через последний завал и вышел в более-менее целый район района. Стоящие передо мной две разрушенные наполовину девятиэтажки смотрели на меня своими выбитыми окнами, словно пустыми и ослепшими глазницами. Топая по серо-черной пыли, толстым слоем укутавший асфальт, непроизвольно всматривался в эти дома. Остановившись, вытащил из рюкзака пластиковую бутылку с водой и сделал изрядный глоток. Я чувствовал ненависть и злобу этого взгляда, кровь в жилах застыла от страха.

– Эй, кто там прячется!? – не выдержал я, вскидывая с плеча автомат и направляя дуло в сторону домов, – выходи!

На четвёртом этаже в оконном проёме сначала проступил чей-то силуэт, а через несколько секунд на балкон вышла стройная девушка в белой кофте и синих джинсах. Её чёрные, как смоль, волосы, спадали на плечи, она, не мигая, смотрела со злобой на меня.

– Ух-х жешь, – издал я что-то нечленораздельное от неожиданности. Мутанта, чудовища, крысу, или кого ещё из этой нечисти, вполне ожидал увидеть, но чтоб красавицу-брюнетку, в трёх километрах от эпицентра взрыва?! – Меня зовут Леонардо, я не причиню вам вреда!

Я закинул назад за спину, оружие и поднял руки верх, показывая своё миролюбие.

– Серьёзно, девушка, я хороший и не причиню вам вреда! – она продолжала стоять и смотреть на меня, мне даже показалась, что она принюхивается. Опять стало немного жутко и поёжив плечами, продолжил: – Ну перестаньте на меня так смотреть, словно я ваш самый злейший враг! Я уже давно не видел настоящего человека в городе, вы первая! Ну же?! Я Леонардо и это моё имя, а фамилия – Счастливый! Это не кличка и не псевдоним, по паспорту я – Леонардо Счастливый, а по отчеству – Иваныч, это папа у меня такой юморист был… хм…

Хихикнуть над своими паспортными данными, которые всегда казались смешными, я не успел. Девушка резко вскочила на перила балкона и присев на корточки стала пронзительно шипеть.

– Блин… – чертыхнулся я, ну не ожидал такой резкой реакции девушки на свои шутливые слова, и стал медленно отходить в сторону, – осторожно, сеньора, не упадите вниз, ну не хотите знакомиться – не надо! Я пойду, а вы того, поспокойней…

Очень было страшно от этого чудовищного шипения, но через несколько секунд мой страх сменился на ужас. За спиной девушки проступили чёрные крылья, размахом в два человеческих роста, и она прыгнула вниз.

– Боже мой, боже мой… – зачастил я в шоковом состоянии, скидывая «калаш» и поднимая голову навстречу к опасности, готовый стрелять. Внутренне я клял себя за этот шутливый монолог перед этим существом, ну ведь шёл себе и шёл домой, чёрт меня дёрнул остановиться. – Ух ты!

Мутант не преследовал меня. Девушка мощными движениями крыльев поднималась в верх, в небо, удаляясь всё дальше и дальше. Уже через минуту она чернела чёрной точкой в облаках.

– Фу-у-у! – перевёл я дух и присел на землю, руки-ноги дрожали от только что испытанного страха. – Да кто же это был?

Что за странные мутации окутали нашу земельку? Получеловек-полуптица-полукозёл-полулев-полухерзнаетчтовместоголовы? Кто ещё может встретится в этом фонящем городе? Где простой человек, такой как я? Неужели я один остался нормальным в этом сумасшедшем мире? Да и вообще, а я сам то нормальный? Может тоже такой-же мутант с этой своей нечувствительностью к радиации…

– Эх, а девушка то красивенькая была, – поцокал языком, вспоминая её красивую фигуру и чёрные волосы, – жаль, что не разговорчивая и злая, а крылья?

А что крылья? Должна же в женщине быть хоть какая-та изюминка?! Это даже пикантно было бы… Вздохнув, я продолжил свой путь, изредка кидая настороженные взгляды наверх. Теперь добавилась еще одна опасная стихия – воздушная, а тут уже никакой забор не поможет…

Пятнадцать километров до дома я прошагал пешком примерно за пять часов, обходя заросшие мхом остовы машин на достаточном расстоянии, в них могли находится мутированные хищники, прятавшиеся внутри от жгучего солнца. Несколько раз я всё же видел в облаках мелькающую тёмную точку, а иногда казалось, что несколько… и это постоянное чувство, будто бы за тобой наблюдали, возможно это разыгралось воображение, а возможно и нет. Теперь я не был ни в чём уверен.

На подходе к дому, меня ждал Арчи. Он мирно сидел на коленях, срывал в охапку позеленей травушку и набекивал себе под нос какую-то мелодию, ну точно, как какой-то хиппи-переросток.

– Привет, братишка! Ждёшь меня? – услышав мой голос, Арчи с радостью вскочил на копыта и поцокал рядом со мной. Я чувствовал смесь запахов мужского пота и животного духа. На его лице играла глупая улыбка. – Я сегодня встретил красивую девушку, ох, какая она, Арчи… ты бы видел! Правда злая очень, может она нас мужчин недолюбливает? Так что ты, брат, осторожно бегай тут по улицам, держи при себе свои бубенчики… мало ли.

И я поймал себя на такой же глупой улыбке, растянувшейся до ушей, да уж, женского полу нам с Арчи точно не хватало…

Продолжение следует: