С корабля на бал. Ч.1⁠⁠

Ранее Москва ч.2

Поезд медленно прибывал к платформе Московского вокзала. Утро в Петербурге выдалось морозным и солнечным — редкая удача для конца зимы. Кирилл, чувствуя себя посвежевшим и отдохнувшим после спокойной поездки, стоял у двери тамбура, глядя на проплывающие за окном городские пейзажи. На этот раз никаких приключений в пути не было, и он даже успел выспаться, проснувшись за час до прибытия.

Выйдя из вагона, он вдохнул морозный воздух, почувствовав, как холод обжигает легкие. Заезжать домой не было смысла — опоздание в офис и так выглядело неизбежным. Оставив вещи в камере хранения на вокзале, он направился в метро. Спускаясь в подземку, уже мысленно составлял план на день. Первым делом нужно было заняться снятием арестов с машин, чтобы наконец получить доступ к документам, которые так волновали Иванова. Но отдавать документы сразу он не собирался. Сначала нужно было разобраться, что с ними вообще делать. Решение извещать об их существовании Васильева или братьев Радченко пока тоже казалось поспешным. Все эти загадки и недомолвки с их стороны, явно были не с проста, а потому, что-то нужны было оставить у себя в качестве страховки.

Мысли то и дело отвлекались на Ольгу и прошедшее свидание. Воспоминания о ней вызывали тёплую улыбку на его лице, но вскоре в голове возникала другая мысль — как быть с Айланой? С одной стороны, отношения с Ольгой ещё слишком неопределённы, но с другой — держать Айлану "на всякий случай" было бы нечестно с его стороны. Она сама просила его быть откровенным, если в его жизни появится кто-то другой. Кирилл задумался: стоит ли рискнуть ради нового чувства или лучше сохранить привычную стабильность? Быть до конца честным или стать подлецом.

Странным образом именно сейчас в его жизни наступил тот самый момент, когда судьба подбрасывает череду выборов. Город, работа, стороны конфликта, ну и наконец отношения — всё сливалось в калейдоскоп решений, каждое из которых могло кардинально изменить его будущее.

Подъезжая к офису, Кирилл ещё раз перебрал в голове предстоящие задачи, пытаясь уже не зацикливаться на личных переживаниях.

Коридоры офиса встретили его необычной тишиной: ни спешащих сотрудников, ни звонков телефонов, ни скрипов открывающихся дверей. Как же сильно все изменилось за время его отсутствия. Этот спокойный антураж навевал странное чувство. С одной стороны, тишина приносила покой, с другой — напоминала о нарастающем напряжении, как перед бурей.

Пройдя в приёмную, он поздоровался с секретарями кивком и направился к кабинету Сергея. Постучав, он приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Сергей сидел за столом, листая какой-то отчёт. Увидев Кирилла, он улыбнулся, махнул рукой, подзывая:

— Привет! Готов к продуктивной работе?

— Всегда готов, — с улыбкой отозвался Кирилл, отвечая с лёгкой иронией.

— А чего задержался?

Кирилл немного замялся, но быстро придумал оправдание:

— Да, в Москве возникли некоторые трудности, пришлось поменять билеты. Перед выездом ещё пару вопросов решал.

Сергей понимающе кивнул:

— Ну ладно. Присаживайся.

Кирилл опустился в кресло напротив и, чуть поколебавшись, решил начать разговор с просьбы:

— Слушай, мне нужно посмотреть кое-какие документы. Бухгалтерские, корпоративные... Хочу проверить кое-что.

Сергей прищурился:

— Ты что-то конкретное ищешь?

— Пока боюсь озвучивать вслух, надо убедиться, что я все-таки прав, ну или не прав. Может, найду зацепки против Иванова. Если получится, можно будет оспорить кое-какие сделки.

Сергей кивнул:

— Хорошо. Бухгалтерия всё даст, скажу Марине Владимировне. А если Елизавета упрётся с корпоративными документами — скажи, решим через Васильева.

Кирилл расслабленно откинулся на спинку кресла:

— Отлично – повеселел Кирилл и решил сразу перейти к вопросу по машинам.

— Как там с налоговой? — спросил он, облокотившись на край стола.

— Да всё нормально, оплатили ещё на прошлой неделе, —ответил Сергей, поправляя стопку бумаг на столе. — Но пока налоговая молчит. Ты мог бы съездить к приставам и узнать, как там с делом?

— Конечно, не вопрос, — Кирилл кивнул и встал из-за стола.

Подходя к двери, он вдруг остановился, обернулся и с прищуром спросил:

— Если сегодня снимем арест с машин, как ты собираешься без ключей их использовать?

Сергей махнул рукой:

— Да это не проблема. Решим.

— А что с вещами делать? — Кирилл нахмурился, задумавшись.

— С какими вещами? — Сергей поднял взгляд.

— Ну, помнишь, я говорил, что, когда машины забрали, водитель Иванова возмущался. Говорил, что не успел забрать свои личные вещи.

Сергей постучал пальцами по столу, вспоминая, и наконец кивнул:

— А, да-да-да, точно. Ну, придумаем что-нибудь. Если надо будет, Сашу отправим. Пусть отдаст Иванову вещи. Нам чужое точно ни к чему.

Кирилл слегка усмехнулся и, повернувшись к выходу, добавил:

— Хорошо, тогда я к приставам.

— Ага, давай! — отозвался Сергей, снова погрузившись в бумаги.

Здание отдела судебных приставов выглядело так, словно его забыли отремонтировать последние пару десятилетий. Тускло-жёлтые стены с облупившейся краской, старые деревянные двери с вытертыми номерами кабинетов, а пол, покрытый местами выщербленным линолеумом, создавали атмосферу уныния и безысходности. Казалось, что даже воздух здесь пропитан жалобами и отчаянием посетителей.

Приёмный день превращал и без того угрюмое место в настоящий улей. Коридоры были забиты до отказа людьми, переминающимися с ноги на ногу и нервно перекладывающими бумаги из одной руки в другую. Каждый стремился поскорее решить свою проблему, но, как обычно, никто не хотел стоять в очереди. Одни пытались пройти к кабинету со словами: «Я только уточнить», другие громко заявляли: «Мне просто спросить, я быстро!».

Среди этой хаотичной толпы всегда находились свои «сторожи порядка». Эти бдительные граждане, словно добровольные защитники справедливости, строго следили за соблюдением очереди. Любой, кто осмеливался нарушить установленный порядок, мгновенно подвергался их гневу. Громкие окрики и возмущённые заявления наполняли коридоры, добавляя и без того напряжённой атмосфере ещё больше шума.

Всё это сопровождалось духотой, исходящей от множества людей в зимней верхней одежде, и тяжёлым запахом давно не проветривавшихся помещений.

При таких очередях граждане зачастую организовывали собственные списки, куда вписывали всех ожидающих. Время от времени звучала перекличка, и всякий, кто не отозвался, был беспощадно вычеркнут.

Кабинет судебного пристава Париевского был окружён особенно плотной толпой. Кирилл взглянул на часы — 13:30. Приёмное время заканчивалось в 14:00, а очередь была такой, что пройти за оставшиеся полчаса не представлялось возможным. На двери висела табличка: «Должники принимаются без очереди», но это выглядело не больше, чем шутка.

Он хорошо понимал, что, если попытается заявить, что является представителем должника, его сразу же обрушат шквал недоверия и обвинений в попытке обмануть очередь. Люди здесь были на взводе, и разгорячённая толпа, как пламя, не прощала даже намёка на попытку обойти её.

Кирилл понял, что сегодня ему здесь делать нечего. Ему придётся вернуться в четверг. Приёмные часы тогда начинались с 14:00 и длились до 20:00 вечера. Но мысль о повторном визите тоже не радовала: вечером людей всегда было больше, чем утром. Он тихо выругался про себя и направился к выходу, решив, что как-нибудь выкрутится в следующий раз.

Повернувшись к лестнице, Кирилл вдруг заметил, как Париевский, спешит с папкой документов к своему кабинету. Упускать такую возможность он не собирался. Кирилл сделал несколько быстрых шагов и обратился к нему прямо в коридоре:

— Дмитрий Алексеевич, добрый день!

Пристав, слегка удивившись, остановился и поднял взгляд.

— Да? — с непониманием ответил он.

— Я из компании Д.Д.А.–Сервис. Помните, вы арестовывали наши машины по постановлению налоговой инспекции? Они до сих пор стоят на парковке.

— А, да, да! Кирилл, если не ошибаюсь?

— Всё верно. Дмитрий Алексеевич, мы погасили задолженность перед налоговой, но от них так и не поступило никакого ответа. Возможно, вы могли бы помочь решить этот вопрос сегодня?

— Сегодня? — Париевский поднял брови и мельком взглянул на часы. — А в другой день нельзя?

— Очень хотелось бы сегодня, — настойчиво добавил Кирилл. — Машины нужны в работе.

— Ну, хорошо, — нехотя согласился пристав, махнув рукой. — Пойдёмте со мной.

Пробираясь через толпу, Кирилл услышал, как люди начинают недовольно перешёптываться. Возмущение нарастало, и кто-то из очереди громко спросил, почему пристав принимает без очереди.

— Это должник! — не уставал повторять Париевский, пробираясь к кабинету. — Читайте, что написано на двери!

Но это мало кого успокаивало. Негодование усилилось, а Кириллу пришлось прикладывать усилия, чтобы не оглядываться на жёсткие взгляды за спиной.

Наконец, оказавшись в кабинете, Париевский кивнул на стул напротив стола:

— Присаживайтесь. Ну, что там у вас?

Кирилл достал из папки платёжные документы и передал их приставу. Тот внимательно изучил бумаги, затем открыл базу данных на компьютере и начал сверять цифры. В какой-то момент он нахмурился.

— Странно… — пробормотал он себе под нос, затем поднял трубку и набрал номер.

— Алло! Это Париевский, — начал он. — У меня тут представитель Д.Д.А.–Сервис с платёжными документами. Долг вроде погашен, а постановление об аресте всё ещё висит. Можете выяснить, что нам дальше делать? Хорошо… Жду.

Обратившись к Кириллу, он сказал:

— Сейчас уточнят и перезвонят.

Ожидание затянулось на десять минут. Телефон на столе пристава зазвонил, и Париевский, подняв трубку, начал говорить:

— Да… Так… Значит, мне машины возвращать или нет? Хорошо, только постановление снимите с исполнения, чтобы потом вопросов не было. Всё, договорились.

Положив трубку, пристав повернулся к Кириллу:

— Всё решено. Деньги ваши налоговая увидела, но, как это у них обычно бывает, кто-то что-то не донёс, не нажал или не подписал. В общем, подтвердили, что претензий нет, и я могу вернуть вам машины. Странно, конечно, что они сами с вами не связались. Ну, да ладно. Доверенность с собой?

— Да, конечно, — ответил Кирилл и передал документы приставу.

Париевский тщательно сверил доверенность с паспортом, после чего вернул их обратно Кириллу и начал заполнять необходимые данные в компьютере. Затем он откинулся на спинку стула и запустил печать документов.

— Сейчас подпишем акт приёма-передачи, подтвердим, что у вас нет претензий по состоянию, и закроем этот вопрос, — сказал пристав, протягивая Кириллу распечатанные бумаги.

Подписывая акты, Кирилл задал волновавший его вопрос:

— А как быть с замками и ключами?

Париевский повернулся к сейфу, достал связку ключей от Кадиллака и протянул их Кириллу.

— Ключи вот. А замки… Я позвоню в компанию, которая занимается эвакуацией. Они пришлют кого-нибудь, чтобы снять и забрать их. А пломбы вы снимете сами.

Кирилл облегчённо улыбнулся:

— Отлично! Спасибо большое.

Теперь вопрос с машинами был решён. Кирилл покрутил в руке ключи от Кадиллака, размышляя, как первым делом проверить, не лежит ли в машине тот самый портфель, о котором так беспокоился Иванов.

Уже сидя в такси, Кирилл снова и снова прокручивал в голове недавние разговоры. Иванов со своими загадками и намёками, Елизавета со своей искусной манерой что-то недоговаривать, и Юра, чьи откровения в состоянии алкогольного опьянения больше походили на полуправду, чем на искренность. Слова Юры, особенно его выпаленное с жаром: «Нахер всё выведем, продадим, к чёрту их всех!» вновь всплыли в памяти, вызывая неприятный осадок. Эта фраза звучала слишком категорично и резко, чтобы быть обычной оговоркой.

Как бы Кириллу ни хотелось забыть о всех этих интригах и пустить все на самотек, червь сомнений, который поселился где-то глубоко в его подсознании, точил его изнутри. Чем больше он анализировал всё произошедшее, тем яснее понимал: оставить это без внимания невозможно. Если он хочет понять, что здесь на самом деле происходит и чем это ему грозит, придётся разобраться во всём самому.

Продолжение следует....