Права-отцам⁠⁠

Текст не мой, но я прям очень за)))

Всякий раз, когда речь заходит о дискриминации женщин, в обсуждении обязательно появляется мужчина со словами «Феминистки, если вы за равные права, защитите мои, меня угнетают!» У подвергающихся гонениям два «козыря» — армия и судебная практика, оставляющая детей при разводе с матерью. И если с армией мужчины пусть разбираются сами (они же ее придумали — вот пусть между собой и решают), то во втором вопросе я бы за них вписалась.

Я бы ходила на митинги, проносила транспаранты в музеи и храмы, избиралась бы в депутатки. Еще лучше — в презедентки. И первым бы своим указом постановила: при разводе дети остаются с отцом. В ста процентах случаев. Даже если ребенку месяц от роду — все равно с отцом. Нет, даже если он не родился еще — как родится, выдавать мужику. Вторым указом я бы изъяла пару миллиардов из военного бюджета и закачала бы их в ювенальную юстицию, чтобы отцы не оставались без присмотра. Третьим – ввела бы уголовные наказания за ненадлежащий уход за детьми.

(Еще важный момент: если не женаты — ребенка чтобы тоже отцу отдавали. Принудительный тест ДНК — а потом торжественное вручение младенца. Сдается мне, мужчины сразу и презервативы полюбят, и вообще в контрацепции прокачаются. И противников абортов резко убавится).

И вот что я вам скажу. Мне кажется, что лет десять-пятнадцать действия этого закона — и решилась бы большая часть проблем, которые сейчас находятся в поле зрения феминисток.

Начнем с дискриминации в оплате труда и стеклянного потолка. Присылает мужчина резюме, а ему сразу отказывают. Он такой: «Почему, за что?» А ему отвечают: «Да вы ж женаты. Еще ребенка заведете, а потом разведетесь, и начнется — то больничный, то утренник. И вообще мы не любим работников, которые по часам уходят. Насмотрелись уже. Возьмем лучше женщину какую, они работают лучше, а должность хорошая, ради нее многие и развестись не против».

(Ладно, шучу. Просто бы сравнялась ситуация, разводов в семьях с детьми немногим меньше числа женщин в декрете, так что для работодателя пол сотрудника перестанет иметь значение.)

И дома сразу все по-другому. Есть ребенок — уже жене разводом не пригрозишь. Никаких уже криков: «Я вас кормлю!» Ибо чуть что — и уже кормишь ребенка в буквальном смысле этого слова. Из бутылочки. Ночью. Шесть раз. Открываешь для себя, что ребенок только ест сам. А срыгнуть там или пропукаться — это уже изволь обеспечить. Хотя вообще с младенцем в целом терпимо. Вполне можно найти пять часов на сон в сутки — просто не подряд.

На работе, понятно, декрет дают — куда они денутся. Платят белую зарплату. Жена алименты платит — тоже с белой. Тыща шестьсот по регионам, четыре тысячи в Москве и в Питере. Но мужчины тут недавно уже доходчиво объясняли, что ребенку на сосисочки и лекарства больше и не надо, так что у них уже явно есть план, как шиковать-жуковать на эти деньги.

Никаких больше гулянок и друзей. То есть можно, конечно. Если как следует попросить жену, она посидит. Или маму. В восемь уже звонят: «Ты там где? Договаривались на полдевятого. Нет, не на девять. Не приедешь — больше сидеть с ребенком не буду». И друзьям уже с тобой как-то не того. Не пьешь, уходишь в восемь. Говоришь о памперсах и присыпках. Ты бы рад, конечно, про новый роман Паланика, но последнее что ты читал — сравнительный тест развивающих ковриков.

Да, про быт много нового мужчины узнают. Что мультиварка варит, конечно, но не режет, и сама себя не собирает, не разбирает и не моет. И продуктов не покупает. Много чего не делает мультиварка. И стиральная машинка тоже только стирает. И да, гладить носки — это не роскошь. Глаженые носки ребенок надевает быстрее.

Если мужчины будут жаловаться, то им все хором рассказывают, что бабки-то наши по шесть детей рожали и стирали в проруби, а они с одним не справляются. При живой-то мультиварке. И ювенальная юстиция проходится вдоль окон ненавязчиво: все ли хорошо? Накормлен ли ребенок, помыт? Ибо это бабки-то наши бросали их жрать грязь с пола, и выживал из десяти один. А сейчас это очень даже уголовка.

Потом, стало быть, мужчина выходит из декрета работать. И внезапно выясняется, что он отстал! Все его навыки за три года покрылись пылью и плесенью! И ему надо не просто работать, а нагонять. Но при этом уходить по часам, потому что ребенка из садика забирать. Няни, кстати, тоже имеют обыкновение работать до определенного часа (это если на няню хватает). А на работе смотрят косо: на совещаниях не сидишь, в дедлайнах не участвуешь, опять же, то корь, то свинка, то утренник в детском саду. И вообще ты странный генетический феномен: вроде же известно, что мужчины эффективнее женщин по природе своей, а тут чо-то вроде с яйцами, но какой-то ленивый и немотивированный, переработки не любит. То ли дело бабы — сидят себе хоть до полуночи. Разведенкам-то не надо домой к детям бежать. Работают, профессионально растут. Не то, что детные мужики.

Большинство мужчин уверены, что ребенок — это ерунда, дело житейское. Привести из садика, каши в тарелку ляпнуть, за поделку из пластилина похвалить — и спи-отдыхай весь вечер после работы. Их ждет много приятных сюрпризов. Они должны знать, что детей надо учить всему. На горшок ходить. Одеваться. Ложку держать. Маленькие дети оставляют за собой бесконечный бардак: пока вы убираете одно, они раскидывают, рассыпают и размазывают другое. Дети не делают сами уроки — даже если они все поняли, надо сидеть рядом, просто потому, что у них не развита функция планирования, им сложно сосредоточиться. Да, кстати, во что одеться утром, дети тоже не планируют. И кашу на завтрак и на ужин придется приготовить. И посуду помыть. И ребенка. Поэтому то, что начинается после работы — это не отдых. Это счастье! Счастье отцовства и общения с ребенком. Непрерывное лет на 10-15. Я почти плачу, думая о том, как мужчин при разводе его лишают. Рыдаю и режу простыню на транспарант.

А вот болезни детей, конечно, это неприятно. С ними нельзя договориться. Им нельзя объяснить, что вот сейчас надо открыть рот, чтобы тетя туда полезла с этим адским жужжащим устройством. Только недавно стоматологи начали кампанию за общий наркоз. До этого скручивали и держали — вы когда-нибудь пробовали восстановить хорошие отношения с человеком, которого привели туда, где его привязали и сделали больно? Дети отбиваются от промывания носа. Они отказываются делать ингаляции. Если вам понадобится сдавать кровь из вены, вы застрянете в поликлинике на час больше, чем планировали, и, вероятно, очередь попытается вас линчевать, потому что она тоже задержалась на час.

Я, кстати, уверена, что мужчины будут более эффективны и убедительны в материнстве. Во-первых, они сами так говорят. Во-вторых, им по мозгам не ебашат всякие гормоны, которые мешают решить дилемму: что, например, делать, если возле футбольного поля, где тренируется сын, цыгане продают смесь клея и птичьего помета за 50 рублей, от которой становится так легко и приятно, и эти 50 рублей у вашего сына точно найдутся. Нет, это не наркотик, и их нельзя посадить. Нет, их избить не получится — скорее изобьют вас. Нет, разговор о вреде наркотиков с ребенком не прошел, как надо: на лице у сына почему-то вместо понимания презрение к каждому вашему слову. Почему-то ребята из команды, которые говорят, что эту дрянь закладывают под язык реально крутые пацаны, вызывают у него больше доверия. Нет, в другой футбольный клуб возить его не получится — на другой конец города шансов успеть нет.

Ладно, я отвлеклась. На самом деле список того, что мужчины узнают о детях, можно продолжать бесконечно. Любая френдесса с ребенком мне еще десяток пунктов накидает — это мне сложно, у меня детей нет.

Вернемся к позитивным отношениям в обществе. Во-первых, браки станут крепче. Во-вторых, мужчины с детьми будут охотнее жениться — надо же на кого-то спихнуть половину этого всего. Бабы, не будь дуры, будут рожать второго общего ребенка — и, подозреваю, ни один мужчина не захочет остаться один с двумя детьми и ювенальной юстицией под окном. Так что повторные браки будут вообще как кремень, кевлар и адамантий, вместе взятые.

Опять же, как только мужчины оценят сложность родительства, начнется настоящая битва титанов по его защите: уже между мужчинами и мужчинами. Поверьте, объединившись с женщинами, мужики порвут немногочисленных оставшихся мужиков в лице работодателей и чиновников на британский флаг. Сразу будут и льготы, и адекватные пособия, и развитые системы дошкольных учреждений, и трудовой стаж за родительство. Тем более я как президентка поддержу.

Женщинам от всего этого будет прекрасно. Они будут воскресными мамами: в аквапарк сходить, грамотой восхититься, на бывшего наехать, требуя отчета за тыщу шестьсот — не прокутил ли в казино, на ребенка ж давала! А все скандалы, ссоры, принуждения к урокам, уколы, ремень от усталости и безысходности, внезапный запрет ходить на футбол — это все от папы. Образ мамы же светел и ничем не омрачен.

Тут некоторые могут усомниться, такое ли уж благо мой закон для мужчин. Уверенно отвечаю — еще какое! Во-первых, они сами просили и говорили про дискредитацию. (Кто мы, чтобы обвинить их в неискренности.) Во-вторых, СТАКАН ВОДЫ! Растя ребенка, мужчина обеспечивает себе этот самый стакан, по надежности превосходящий банковские счета, недвижимость и прочие материальные блага. Банк может лопнуть, недвижимость — сгореть, и только дети неизменно доживают до зрелости и поддерживают своих престарелых родителей словом, делом и деньгами. Так что мой пакет законопроектов со всех сторон прекрасен и нуждается в скорейшем воплощении.

От него наступят мир и благолепие.

Одно но. Если я издам такой указ, меня уже на следующий день вздернет на ближайшем столбе разнополая толпа. Мужчины ни за что не захотят нести ответственность за детей. Женщины начнут убивать, представив, что их дети окажутся полностью на попечении отцов. Всеблагой Один, я даже крысу бывшему побоялась оставить — а тут дети.

Так что погожу я вписываться за дискриминируемых мужчин. Хотя бы до момента, пока отец, на две недели оставшийся один со своими детьми, не будет считать это поводом для статьи о том, как он пережил это нелегкое, но забавное приключение.