Пороговище⁠⁠

Давайте придумаем нового монстра - не из классического фольклора, а такого, который мог бы родиться именно в русской деревне, где время остановилось где-то между 90-ми и вечной осенью. Назовём его Пороговище.
Он не выходит из леса, не живёт в воде и не прячется за печкой. Он сидит в порогах, в тех старых выщербленных деревянных порогах изб, которые в деревнях до сих пор не меняют, потому что «дед клал, пусть лежит». В каждой старой избе, где три поколения прожили и умерли, есть такой порог, низкий, потемневший от ног, с трещиной посередине, куда вечно забивается пыль и крошки.
Пороговый - это не человек и не зверь. Он выглядит как очень старый, очень худой силуэт, который возникает если долго смотреть на порог в сумерках, когда свет из комнаты падает под правильным углом. Голова у него слишком большая для тела, шея отсутствует, голова просто лежит на плечах, как тыква на земле. Лица нет, только тёмная впадина, из которой доносится шёпот. Шёпот не громкий, но он проникает в кости, как сквозняк из-под пола.
Что он делает? Он крадёт пороги чужих жизней.
Когда кто-то в деревне умирает - неважно, старик от старости или парень от пьянки, или ребёнок от болезни, Пороговище приходит ночью. Он не входит в дом. Он сидит на пороге снаружи, спиной к двери и шепчет. Шепчет то, что умерший никогда не сказал вслух. Последние мысли. Секреты. Обиды. Просьбы, которые так и не озвучили. «Скажи матери, что я её прощаю». «Я не хотел уходить первым». «Это я поджёг сарай у Петровича в 87-м». Шёпот тихий, но его слышат все в доме - даже те, кто спит за три комнаты.
Наутро умершего хоронят. А шёпот остаётся. Он въедается в порог, как плесень. И теперь каждый, кто переступает этот порог, начинает слышать свои собственные несказанные слова - те, что он прячет даже от себя. Сначала тихо, как эхо. Потом громче. Потом они начинают выходить изо рта против воли. Человек вдруг говорит вслух то, что никогда не собирался произносить: признаётся в измене, в воровстве, в ненависти к детям. Или просто начинает плакать без причины, повторяя: «Я устал, я так устал».
Деревня медленно сходит с ума. Люди перестают здороваться. Перестают заходить в дома соседей. Перестают переступать пороги вообще. Живут в сенях, в летних кухнях, в банях. А те, кто всё-таки входит - ломаются. Один старик на глазах у всей деревни вышел на крыльцо и заорал: «Я вас всех ненавижу, вы мне жизнь сломали!» - и повесился на той же верёвке, которой привязывал козу. Девчонка-подросток призналась матери, что подсыпала крысиный яд в самогон отцу , и теперь мать смотрит на неё как на чужую. Мужики, которые раньше молчали, вдруг начинают плакать по ночам и говорить: «Я не хотел ребёнка, я не хотел этой жизни».
Пороговый не убивает. Он просто вытаскивает наружу то, что люди держали внутри. А когда внутри становится пусто - человек сам находит способ заполнить пустоту. Петлёй. Оврагом. Бутылкой с тоской. Или просто уходит в лес и не возвращается.
Как его остановить? Никто не знает. Говорят, если в полнолуние вымыть порог молоком от чёрной коровы и три раза плюнуть через левое плечо он уйдёт. Но в деревне уже давно нет чёрных коров. Всех перерезали в 90-е. А молоко теперь из магазина, белое, без вкуса, без силы.
И пороги стоят. Старые. Все в трещинах. И шепчут.

https://t.me/the_laststory