Пишите письма…Рейд на Фэйрфакс, часть 1⁠⁠

В прошлом посте - За пригоршню лимонов.  Невероятные приключения южанина в плену я начала рассказывать об известном в годы гражданской войны в США партизанском командире Дж. Мосби, и теперь самое время продолжить!

Люди Мосби во время  рейда

Рано утром 29 декабря 1862 года люди генерала Стюарта подошли к станции Берк в округе Фэйрфакс. Без единого выстрела они захватили телеграфную станцию. Генерал Джеб Стюарт, прославившийся своими рейдами по тылам противника, и его разведчики проводят время за чтением сообщений между федеральными командирами — запоминают, где располагались основные силы северян, то, как они восприняли набег южан. Перед тем, как покинуть станцию, Стюарт отправляет письмо генеральному интенданту федеральному генералу Монтгомери К. Мейгсу:

«Генерал Мейгс, в будущем, пожалуйста, предоставьте мулов получше; те, что мы обнаружили, очень плохие»

Рождественский рейд генерала Стюарта 

Командующий северянами генерал Эдвин Стоутон и полковник Уиндхэм, пытаются предпринять меры и отсылают своих солдат перехватить этот рейд. Стюарту пришлось найти безопасный путь для своих 1800 кавалеристов и вернуться в армию генерала Ли к югу от реки Раппаханнок. В истинной манере Стюарта, его поход был смелым и непредсказуемым и дал рождение одному из самых загадочных персонажей в американской истории — Джону С. Мосби.

Семь самураев Пятнадцать партизан

Капитан Джон Мосби в январе 1863 года

Находясь в доме Гамильтона Роджерса, Джон С. Мосби обратился к Стюарту с просьбой остаться с отобранной группой мужчин, которые будут действовать в тылу федеральных линий. Мосби был одним из самых надежных разведчиков Стюарта и успешно провел рейд генерала через Северную Вирджинию. Последние несколько дней научили Стюарта, что федералы в этом районе абсолютно не защищены от постоянных набегов и преследований южан. Мосби получил разрешение остаться там с девятью людьми из 1-го Вирджинского кавалерийского. Когда Стюарт покинул Миддлбург, Мосби и девять человек остались временно действовать как партизаны.

С девятью людьми Мосби вошел в Фэрфакс и через два дня захватил двадцать янки и их лошадей. Он доставил своих людей и пленников назад в штаб-квартиру Стюарта в Фредериксберге, и генерал был так доволен результатом этого эксперимента Мосби, что он обещал в следующий раз отпустить его с пятнадцатью людьми. Согласно инструкциям Стюарта этот маленький отряд должен был переместиться в Северную Вирджинию и «действовать в самой гуще войск противника». С того момента началась настоящая партизанская карьера Мосби, поскольку он уже больше в армию не возвращался.

«Этот шаг означал окончательное прощание с обычной жизнью армии и лагерями, звуками сигнальной трубы, учениями и патрульными обязанностями. Это означало отказ от зимних квартир и праздной жизни. Более не существовало выделяемых правительством пайков, одежды и обуви.

Никаких боеприпасов и оружия. «Действовать в расположении войск противника» означало, если это необходимо, отказаться от всех связей со своими. Это означало находиться в более тесном контакте с Вашингтоном, чем с Ричмондом, и в небольшой группе Мосби не было человека, который бы не

осознавал, какие ужасы могли поджидать их в дальнейшем. Вместо постели – земля и только личное снаряжение – вот с чем каждый из них начал свою борьбу, ну, а кроме того, право убивать врага и только силой отнимать у него то, что могло поддержать боеспособность отряда. Те немногие, кто видел эту первую горстку людей, уходящих в дикие и пустынные места, и певших военные песни, с надеждой ожидали возвращения хотя бы части этого отряда.»

И хотя у Мосби не было проблем с набором добровольцев, многие в лагере, посмеиваясь, называли его «Дон Кихотом этой войны», сравнивая его действия с «борьбой с ветряными мельницами».

Мосби пишет: «Эти 15-ть человек стали началом моего Батальона. 24 января 1863 года мы пересекли Раппаханнок и немедленно начали операции в стране, которую Джо Джонстон покинул год назад. Выглядело это немного безнадежно, однако я никогда не разочаровывался в этом приказе. В общем, моя цель состояла в том, чтобы угрожать и преследовать врага на границе и таким образом заставить его вывести войска».

«Никаких компромиссов с янки я не заключаю!»

В течение февраля Мосби постоянно совершал набеги на лагеря северян и захватывал пленных. Когда холод сковывал пальцы, его люди прятали руки в карманах, а поводья держали в зубах. Когда рейд затягивался, они спешивались и вели лошадей за собой, чтобы разогреть свои ноги. Множество молодых людей жаждали присоединиться к этому храброму человеку.

«Округ Фокир, Вирджиния, 1 февраля, 1863. Я нахожусь здесь уже вторую неделю. Весело проводим время с янки. Захватили двадцать восемь кавалеристов, двадцать девять лошадей…Со мной по-прежнему 15 человек.»

«В бригаде Перси Уиндхема был новый полк, который был вооружен только саблями и устаревшими карабинами. Когда мы атаковали их с нашими револьверами, янки были абсолютно беспомощны.» Пленных Мосби условно освободил, попросив передать их командиру, полковнику Перси Уиндхему, чтобы он вооружил кавалеристов револьверами Кольта, потому что их карабины — неинтересная добыча.

Полковник сэр Перси Уиндхем

Полковник сэр Перси Уиндхем, британский профессиональный солдат, был посвящен в рыцари за его службу в итальянской войне за независимость. Здесь он командовал федеральной кавалерийской бригадой, сторожившей штаб-квартиру северных войск и отвечал за форпосты. Он был знаком с устаревшими уже правилами ведения войны, и его опыт на войне не научил его, как противостоять набегам и неожиданностям, которые постоянно изматывали его людей.

Когда полковник был атакован Мосби и его отрядом во время возвращения в Миддлбург, то отступил в панике. Униженный и ставший объектом для шуток, Уиндхем захотел реванша, поэтому он контратаковал и захватил троих людей Мосби. Сам Мосби чудом избежал пленения, но Уиндхэм, уставший за ним гоняться, повернул колонну назад с захваченными пленными. Мосби и один из его людей подошли очень близко к вражеским войскам, и полковник, заметив их, подумал,что это отстающие солдаты от его колонны и послал им приказ немедленно выдвигаться. Мосби дождался курьера, и отослал ответ полковнику - к сожалению, сейчас он никак не может подойти.

4 февраля, 1863 года Мосби получает петицию от жителей Миддлбурга, штат Вирджиния. Им угрожал полковник Перси Уиндхем, командир 5-го Нью-Йоркской кавалерийской бригады.

«Округ Фокир, 4 февраля 1863 года
Джентельмены! Я получил вашу просьбу о прекращении моей борьбы с янки, за которую они хотят сжечь ваш город и уничтожить вашу собственность. Я не готов к каким-либо компромиссам с янки, поэтому решительно вам отказываю. Мои атаки на их разведчиков, патрули и пикеты, санкционированы правилами войны и вы можете проинформировать их, что никакие возмущения не остановят меня от использования моих средств ведения войны, к их досаде.»

Каждый южный город сейчас находится под угрозой врага. А не поддаваться угрозам - значит разрушить их эффективность, — считал Мосби. На следующий день после этого заявления люди Мосби были созваны в окрестностях Миддлбурга, чтобы дать отпор федеральным силам. Взяв себе местного проводника, отряд решает совершить атаку на пикеты Уиндхема.

Уиндхем тем временем решил заманить Мосби в ловушку и разместил около Херндон-Стейшен хорошо заметный кордон (13 человек), а неподалеку — эскадрон кавалерии.

«Пикет располагался на Лойер-Роад, и состоял из 12 кавалеристов из 18-го Пенсильванского полка. Патруль из 2-х людей, прошедший от пикета всего полмили, был нами успешно схвачен. Идя на свет от костров янки, Мосби приказал своим людям красться как можно тише. Результат был таков, что все северяне были схвачены без единого шума. Этот захват был так эффективен, что все пленные были уже уведены к тому моменту, когда федеральная кавалерия достигла этого места. И хотя часовые были расположены на короткой дистанции друг от друга, по приказу Уиндхема, основные силы все равно не успели вовремя. Таким образом полковник Уиндхем провалил очередную попытку поймать столь досаждающего ему врага.»

«Он устроил мне очень красивую ловушку несколько дней назад, но, вопреки ожиданиям полковника Уиндхема, я захватил ее всю в плен.»

Тогда Уиндхем сооружает свое подобие «Троянского коня». Он отправляет в Миддлбург обоз с кавалерией, выглядящий так, как будто он перевозит боеприпасы, а внутри повозок незаметно разместил по 6 рядовых 13-го Пенсильванского пехотного полка, вооруженных винтовками Спенсера. Когда повозка подъезжала к Миддлбургу, 14 человек из отряда Мосби атаковали авангард процессии, тем самым приведя солдат в панику и заставив их броситься назад к повозке. Люди внутри повозки услышали шум копыт и звуки стрельбы и подумав,что это Мосби, высунулись и открыли огонь — по своей же кавалерии. Впоследствии Мосби писал, что тактика Уиндхема была столь же действенна, сколь ярость слепого Циклопа.

26 февраля Мосби напал на отряд из 44 рядовых 18-го Пенсильванского кавалерийского полка, который спал в здании школы неподалеку от Шантильи. «Я узнал, что на перекрестке был пикет янки, и пошел атаковать его под дождем темной ночью, когда на земле лежал снег. Поскольку в такую ночь могли не спать только еноты, я знал, что пикеты будут чувствовать себя в безопасности и будут крепко спать, так что достаточно будет всего одного выстрела, чтобы вызвать панику. Мы остановились, чтобы узнать у фермера местонахождение поста. Он был там днем и сказал, что в школе спали 100 человек.

Он спросил меня, сколько со мной человек, и я ответил: «Семнадцать, но они подумают, что их сто».

Они не могли считать в темноте. Мы попытались обойти пикет, чтобы не поднять сигнал тревоги. Один из мужчин, Джо Нельсон, был отправлен вперед, чтобы разглядеть кавалерийский пост впереди. Когда часовой засек Джо, он выстрелил в него и тот на полной скорости помчался к нам; но мы были наготове и оказались рядом,как только смогли. Крики моих людей раздавались сквозь сосны, и все янки сбежали и оставили своих лошадей привязанными к деревьям. Поскольку было очень темно, мы не могли поймать многих мужчин, но мы получили всех их лошадей.

Когда стало светло, Уиндхем сел на коней и пошел за нами на полной скорости. Пройдя двадцать миль, он вернулся в лагерь с половиной своих людей, ведущих загнанных лошадей.»

В той операции Мосби захватил 40 лошадей и 5 — 6 пленных.

В ответ на все эти действия полковник Уиндхэм назвал Мосби и его людей «бандой конокрадов». Это было довольно большим оскорблением для джентльмена в те дни. Как настоящий южанин, капитан Мосби верил, что служит делу правды. Он сильно разозлился на эту нападку от Уиндхема. Мосби ответил, что у всех похищенных лошадей были всадники, а у всадников были при себе сабли, карабины и пистолеты.

Мосби захочет преподать англичанину урок и начинает задумывать свой рейд на Фэйрфакс. Примерно в это же время появляется еще один персонаж, сыгравший далеко не последнюю роль в будущем рейде.

«Большой Янки»

Джеймс Эймс

На двадцать пятый день месяца, молодой сержант 5-й Нью-Йоркской кавалерийской бригады Джеймс Эймс подумал, что с него достаточно. Накануне президент Линкольн выпустил прокламацию об освобождении рабов, и по мнению Эймса, сместила акцент от войны за сохранение Союза на войну за освобождение рабов. Сержант не особо горел желанием отдать свою жизнь за вторую причину, и потому решил дезертировать.

Эймс был крупным человеком с ярко выраженной мускулатурой, c решимостью на лице. Его черные глаза были ясными, его манеры и поведение были приятными и довольно интеллигентными. Сержант Эймс ходил по морям до войны и потому приобрел все отличительные качества этой профессии. За свою внешность он получает прозвище от людей Мосби «Большой Янки».

Мосби и его люди отнеслись с большим недоверием к янки и бывшему дезертиру. Но Эймс быстро развеял его сомнения.

На него никто не обратил внимания – лишь Уолтер Фрэнкленд, у которого не было коня, и который присоединился к Мосби на несколько дней раньше. Эймс сказал Фрэнкленду, что он может отвести его в его лагерь у Джермантауна, и взять там лошадей. Таким образом, они вышли пешком двадцать восьмого, и в ночь – около полуночи – на первое марта прибыли на место. Они вошли в лагерь, поговорили с часовыми, в их присутствии оседлали двух лучших лошадей и затем благополучно вернулись обратно.

Мосби вскоре дает ему еще одно испытание, беря его с собой в рейд, в котором Эймсу предстоит добыть себе оружие. В нем бывший сержант, безоружный, бросается на кавалериста янки, стаскивает его за шиворот с коня и под угрозой смерти заставляет того сдаться. Эймс забирает его револьвер,карабин и саблю и гордый возвращается к отряду Мосби. Сомнений в его храбрости или преданности южанам больше не было.

Мосби спросил Эймса о расположившихся вокруг здания суда Фэйрфакса союзных войсках, из 5-го Нью-Йоркского полка. Если бы сведенья Эймса были подлинными, то бывший сержант сыграл бы ключевую роль в плане Мосби.

«Рассказ, который он дал мне о расположении войск и о бреши в пикетах, совпал с тем, что я знал, и расположил меня к нему. Но мои люди с подозрением относились к его доброй воле и скорее думали, что его послали приманить меня правдоподобной историей. Сначала я не доверял ему полностью, но принял его с испытательным сроком.»

Спустя неделю после этого, Мосби взял свою маленькую – всего лишь из двадцати девяти человек – команду, Эймса в качестве проводника, и из Олди, округ Лаудон, отправился в лагерь у Фэйрфакса, чтобы совершить один из самых своих знаменитых рейдов, но об этом в следующих сериях...

https://vk.com/johnny_came_and_saw?w=wall-184370700_63