«Оставайтесь дома». Глава десятая
«Оставайтесь дома». Глава десятая. По канонам гребанного Голливуда. © Гектор Шульц
Пока мы шли до заправки, где остался наш броневик, Фунтик умудрился значительно заполнить собственный рюкзак всяческой хренью. При этом еще и похрюкивал от удовольствия, находя очередную коробку патронов для ружья или флягу со спиртом. Роман все еще морщился, когда мы пробирались через лес, по которому совсем недавно промчалась орда. Из-за дикой вони зараженных и сотрясения его пошатывало и в конце концов он отдал свой автомат Асисяй, а сам поплелся рядом со мной, изредка опираясь на мою руку. Кроха же мурлыкала очередные панковские хиты, блаженно щурилась, подставив лицо теплому солнышку, и, казалось, моментально забыла и о людоедах, и о жуткой сцене рядом с клеткой, когда табун психов разорвал на части Валета.
- Ась, откуда у тебя такой зачетный похуизм? – спросила я кроху. Та улыбнулась в ответ, пожала плечами и хихикнула.
- Когда рождаешься лилипутом, похуизм рождается вместе с тобой, - туманно сострила она. – Если я буду каждую хуйню принимать близко к сердцу, то рано или поздно сойду с ума и превращусь в хныкающую размазню, ноющую о том, что жизнь ко мне несправедлива и бла-бла-бла. Оно мне надо, Мить?
- Не знаю. Просто ты как-то слишком быстро обо всем забываешь.
- Нихуя я не забываю. Такое развидеть сложно, - буркнула кроха, перепрыгивая через поваленное дерево. – Просто смотрю философски на всю эту ебабулу. Смекаешь? Вам бы тоже развить в себе этот похуизм.
- Оно понятно, - вставил Роман, идущий рядом со мной. – Но как же инстинкт самосохранения и все такое. Ладно, Фунтик. Он в голове все просчитывает обычно, да и то трясется до последнего…
- Но, но! – резко воскликнула Асисяй. – А ну не наговаривай на моего героя. Если б не он, лежать тебе в чьем-то обрыдлом желудке, лысота моя наивная.
- Он о другом, - миролюбиво встряла я. – Ты всегда лезешь в пекло, особо не думая. Тогда в церкви ты орду за собой повела, даже не задумавшись на миг, что будет, если споткнешься, или та дверь, через которую ты деру дала, закрытой окажется. Такое ощущение…
- Что у тебя страха смерти вообще нет, - закончил Роман, закуривая сигарету. Он поморщился, когда его в очередной раз затошнило, но тяжело сглотнув вязкую слюну, сигарету не бросил.
- Все мы когда-нибудь сдохнем, лысенький, - улыбнулась кроха. – Сегодня, завтра, через десять лет. Так чего париться? Все давным-давно записано на скрижалях богов, и как ты не ебись, жизнь закончится так, как там написано. Я не цепляюсь за жизнь, ты прав. Я её ненавижу. Поэтому на смерть мне насрать. Может, это мой шанс на более счастливое перерождение и более счастливую жизнь, где я буду не карикатурной лилипуткой со скрюченным тельцем, а роскошной красоткой с огромными буферами и точеной попкой. Так чего париться?
- Да, но в новой жизни меня не будет, - усмехнулся Фунтик, давно уже поравнявшийся с нами и слушающий наш разговор.
- Вот это и заставляет меня хоть немного думать головой, голуба моя, - Асисяй умилительно скривила мордашку и, когда Фунтик покраснел, рассмеялась. – Покуда цветок твоей невинности еще не сорван мной, смерть подождет. Ладно, заканчиваем пиздеть за личное… Что дальше делать будем? Поедем на Красную площадь и разъебем мавзолей? Или спалим к хуям ЦУМ?
- Лучше отправимся сразу в лагерь выживших, если он еще стоит. Сдается мне, что пара орд и от него только воспоминания останутся, - вздохнул Роман.
- Не. Не забывай, что там военные, а у них игрушки получше наших, - помотала головой кроха. – Да и помощь там получить реальнее. Вдруг военные надыбали, как всю это пидорастию починить?
- Ты про вакцину? – спросил Фунтик, разглядывая снятые с чьей-то утраченной конечности часы.
- Именно про неё, мародер мой румяненький.
- Той руке часы уже не нужны были, а нам пригодятся. Бомбу там запилить или еще чего, - надулся тот, когда наши физиономии расплылись в ехидных улыбках.
- И много ты там ненужного собрал.
- Ну не так уж и много, - Фунтик покачал головой и, повернувшись к Асисяй, спросил. – А вакцина… Думаете, это реально?
- Если это зараза, то от заразы должно быть лекарство, - кивнул Роман. – Ну, в фильмах про зомби так обычно и бывает. Сначала зомби разносят планету, потом находится какой-нибудь Бред Питт, и находит вакцину в научном центре. Дальше пафосный монолог и титры. Человечество спасено.
- Угу. Только тут не кино. Да и с начала эпидемии только неделя прошла. Вряд ли так быстро вакцину сделают. Плюс мы до сих пор еще ни одного военного не видели.
- А вот он нас увидел, - буркнула Асисяй, показывая вперед пальцем. Мы проследили за направлением и, не сговариваясь, потянулись к своему оружию. Все потому, что на выходе из лесопарка околачивалась дергающаяся фигурка в черном, которая, увидев нас, издала глухой рев и без промедления помчалась вперед.
Да, это был военный. Определенно. Об этого говорила и защитная экипировка, бронежилет, висящий на бедре пистолет в кобуре и черный шлем с прозрачным забралом. Вот только рука этого военного висела плетью на соплях, а сам он, обезумев, бежал к Асисяй, которая шла впереди. Кроха хмыкнула, прицелилась и дважды выстрелила в грудь зараженному. Тот на миг сбился, повалился на землю, затем вскочил и, как ни в чем ни бывало, снова кинулся к нам, заставив кроху заголосить и спрятаться за тучной спиной Фунтика, державшего в трясущихся руках ружье.
- Не трать патроны, - крикнул Роман, отпихивая меня и отлетая в противоположную сторону. – Он в броне. Его вырубить можно только в голову.
- Меткость у меня хреновая, - буркнула Асисяй, бросая ему автомат. – На, сам с ним дрочись, а я проверенным способом воспользуюсь.
- Проверенным чего? – не понял Фунтик, а потом что-то промычал, когда кроха, скинув рюкзак, вытащила из него саперную лопатку.
- Расчленить пидораса и делов, - зловеще улыбнулась она, поудобнее перехватывая лопатку. – Ебашьте по сочленениям. У него там никакой защиты.
Когда зараженный поравнялся с Фунтиком, сосредоточив все свое внимание на улюлюкающей Асисяй, я резко врезала топориком ему по ногам, заставив вновь покатиться по земле. Но рослому здоровяку, бывшему когда-то солдатом, этот удар был что слону дробинка. Рухнув на землю, он почти сразу вскочил и, вытянув руки, кинулся на Асисяй, снеся кроху тяжелым телом. Тут заголосил Фунтик и, схватив ружье за дуло, сильно врезал прикладом по голове зараженного. Шлем хрустнул и пластиковое забрало отлетело в сторону, из-за чего Асисяй, вполне справедливо заорала от страха. Теперь между зубами безумного и свежей плотью не было преград.
- Убей его! Стреляй в башку! – прокричала я Роману, который целился в зараженного. – Быстрее, Ромка!
- Не могу. Асю зацеплю! – прокричал в ответ тот, продолжая держать психа на мушке. Асисяй меж тем отчаянно верещала и с трудом сдерживала солдата, который навалился на нее всем телом. Он не обращал на нас никакого внимания, даже на Фунтика, который отчаянно лупил его по спине ружьем.
- Снимите с меня этого говно-пидора! – извивалась кроха. – Я маленькая и слабая, а он вонючий и сильный.
Фунтик рыкнул, услышав её писк, и, бросив ружье, схватил зараженного за ногу, после чего принялся оттаскивать от Асисяй. Я бросилась ему на помощь и вдвоем мы кое-как оттащили его от подруги. Кроха, освободившись, что-то гневно проорала и, поднявшись с земли, схватила свою лопатку, после чего, не мешкая, ринулась в атаку на безумного и первым же ударом раскроила ему лицо.
- Говноед блядов! Свиная блевота! Тухложопый внематочный сосальщик хуев! – с каждым ругательством Асисяй все быстрее и быстрее взмахивала лопаткой, превращая лицо солдата в кровавое месиво. Тот еще пытался что-то рычать, но мы с Фунтиком пытались отрубить ему руки и ноги. Даже Роман подключился, убрав автомат за спину и вытащивший из ножен охотничий кинжал. Да, странное, наверное, было зрелище. Орущие грязные люди, избивающие солдата. Ладно, зараженного солдата.
Очередным ударом Асисяй jтрубила висящую на соплях руку солдата, Фунтик наконец-то отделил правую ногу. Я закончила с левой ногой, а Роман, найдя щель в броне, секанул по плоти, и другая рука тоже отлетела в сторону. После этого мы отпрянули от мычащего тела в стороны и, посмотрев друг на друга истерично рассмеялись. Все вымазанные чужой кровью, усталые и грязные, мы просто ржали так, что с деревьев листва осыпалась. А похожий на большого паука, у которого детвора оторвала все лапы, солдат извивался на земле, только теперь он был вообще не опасен.
- Поделом тебе, гомункул хуев, - хмыкнул Фунтик, стукнув ногой по башке зараженного. Он подошел к сидящей на траве крохе и, обняв, прижал к своей груди. – Моих друзей никому не позволено жрать.
- Ты ж мой сладенький поросеночек. А ну-ка подвинься ко мне… - промурлыкала Асисяй. Мы с Романом переглянулись, кашлянули и отвернулись. Происходящее за нашими спинами было слишком уж интимным и странным. Выждав несколько минут, мы повернулись к друзьям и, подойдя ближе, уселись рядом с ними. Схватка почти лишила нас всех сил.
- Валить надо, - шумно дыша, буркнул Роман. – Если тут еще такие шляются, то мы заебемся эти орешки щелкать.
- А если в этом лагере выживших тоже печально и все, что осталось, так это орда подобных ублюдков в броне? – спросила я, закуривая сигарету.
- Нам в любом случае проверить надо, - вздохнул Фунтик. – Там родные наши могут быть, друзья.
- Еда и снаряга, - добавила кроха с любовью смотря на него. – И синий дилдак с вибромотором…
- Значит, в любом случае туда пиздуем?
- Ага, Ромка. И на этот раз без остановок. Надо только канистры найти и заполнить на всякий случай. Хуй знает, что случилось с выжившими, но все, кто нам попадался, были откровенно ебанутыми, - кивнула я. – Зацените сами. Тот лже-поп в церкви, потом табун долбоебов на дороге, эти людоеды. Мир пизданулся, а всего-то неделя, блядь, прошла.
- Общество без контроля превращается в стадо, - улыбнулась Асисяй. – Не, меня так-то это только забавляет, но в данном случае я за контроль. Отдохнули, задохлики? Тогда погнали дальше.
- Ась, - вдруг вскинулся Фунтик. – А почему зараженные все время на тебя бросаются?
- В смысле? – нахмурилась кроха.
- Ну, та орда в церкви без колебаний за тобой кинулась, хотя первой заметили Митьку, а мы уже видели, что если безумный замечает свежее мясо, то внимание больше не переключает. Да и этот пидор, которому мы руки-ноги поотрубали к хуям, тоже на тебя среагировал…
- Хуй его знает, отрада души моей, - вздохнула Асисяй. – Может, мясцо карликов для этих уёб деликатесный деликатес? Или может, карликов-зомби в армии еще нет, вот и пытаются пополнить коллекцию.
- Ну, да. Глупость что-то сморозил, - рассмеялся Фунтик. Он тяжело поднялся с земли и, посмотрев вперед, махнул рукой. – Пошли. Нам еще машину заправить надо.
- Ага, - кивнула я, смотря на притихшую кроху. Вопросы Фунтика все же посеяли в ней сомнение.
Заправив броневик и найдя в подсобке заправки две канистры, мы зашли в магазинчик и опустошили выключенные холодильники с напитками. Вода, редкий алкоголь, лимонад – все стаскивалось к броневику и надежно пряталось внутри. Мы не знали, что найдем в лагере выживших, поэтому забрали все, что смогли.
Только Роман на миг задержался, вытащил из-под прилавка огромную картонку и, достав маркер, размашисто написал «Осторожно, людоеды». Картонку он приклеил на скотч к стеклу и, хмыкнув, направился к фургону. Нас ждала дорога.
- Как поедем? – спросил Фунтик, нажимая кнопку пуска двигателя. Двигатель рыкнул и утробно заворчал.
- В смысле, как поедем? – переспросила я, держа в руке армейскую листовку, найденную у людоедов. На ней находились координаты лагеря для выживших, а также простенькие советы по выживанию, которые мы неоднократно нарушали. – Просто прямо.
- Не, я про другое. В объезд или через центр?
- Да ну нахуй этот центр, - ругнулась кроха, хрустя чипсами. Перемазанная чужой кровью она выглядела немного жутковато, но мы все, наверняка, выглядели жутковато и если бы нас увидел кто-то из выживших, то без промедлений бы пристрелил, приняв за очередных шатающихся зараженных. – Узкие улочки, табуны ебанатов, зараженных туристов и еще хуй пойми кого. Лучше уж в объезд. Там и дороги шире, и орд, наверняка, поменьше.
- Логично. Конечно, потратим чуть больше времени, но хоть спокойнее доедем, - кивнул Роман. – Мы и так дико устали, а рисковать сейчас нет смысла. У нас есть машина, есть бензин, есть еда и вода.
- Согласна, - буркнула я, оттирая топорик от крови. – Давай в объезд. Если навигатор не пиздит, то через три часа будем на месте. Пробки ебучие…
- Это не пробки, - покачал головой Фунтик. – Это брошенные на дороге машины. И они могут нас замедлить.
- Похуй. Поехали уже, - поторопила нас Асисяй, стукнув кулачком по стеклу. – Там вон гнилоёблые уже возвращаются.
- Ага, - я тоже увидела, как из леса начинают выползать зараженные. Причем некоторыми из них были и знакомые людоеды, часть из которых лишилась своих конечностей. Они, повинуясь инстинктам, шли в людные места. – Трогай, Фунтик.
- Так точно, босс. Следующая остановка – лагерь выживших. Спасибо, что выбрали нашу…
- О, да заебал ты! – заорал вдруг Роман и, рассмеявшись, лягнул водительское сиденье. – Езжай давай, командир хуев.
- Уж и пошутить нельзя, - надулся, как жаба Фунтик, но с места-таки тронулся, чем привлек внимание зараженных, кинувшихся к фургону с ревом. Впрочем, еще через пару минут они отстали, а мы поехали по шоссе вперед. К лагерю выживших. И я очень надеялась встретить в этом лагере нормальных выживших…
Странно. Очень странно. Всего неделя прошла, а город словно вымер. Горы мусора на дороге, брошенные машины и тишина. Мы медленно ехали по дороге и поэтому смогли сполна насладиться окружающим великолепием. Если бы дорога была свободна, то до лагеря мы доехали бы куда быстрее. Но Фунтику приходилось частенько останавливаться и осторожно протискиваться сквозь брошенные автомобили, благо что тяжелый броневик позволял делать это без проблем.
Пару раз мы вылезали и откатывали в сторону те машины, сдвинуть которые Фунтику не удавалось. Затем залезали обратно внутрь и продолжали путь до очередного затора. Орд нам не попадалось, только редкие зараженные, которые впали в ступор прямо на дороге. Таких Фунтик, устав давить, просто объезжал стороной. Многие даже не дергались, когда рядом с ними грохотал бронированный монстр и это стало темой очередной дискуссии.
- Может, уебкам кровь нужна для выживания? Ну, как вампирам, - спросил Роман, когда Фунтик, ради эксперимента остановился рядом с одним из зараженных, что впали в ступор, и несколько раз резко газанул. Зараженный лишь слабо дернулся, словно нехотя повернул голову в сторону броневика и открыл рот. – И если они кровь не получают, то медленно слабеют и потом впадают в летаргический сон.
- Твоя идея – говно, - авторитетно рёк Фунтик, благодаря чему заработал от Романа подзатыльник и чуть не спровоцировал драку, ибо уязвленная кроха вознамерилась выцарапать бритоголовому глаза за такую дерзость.
- Сейчас проверим, - буркнула она, открывая дверь и отпихивая зараженного ногой в сторону. Тот моментально проснулся, зарычал и кинулся к броневику, но Асисяйу уже захлопнула дверь и показала безумному средний палец правой руки. Средний палец левой руки она продемонстрировала ухмыляющемуся Роману. – Видишь? Хуй там они ослабели. Видать, ароматы выживших для них лучший стимул, чем невнятное грохотанье движка.
- Но моя идея не говно, - обиженно ответил ей Роман. – Мы не знаем, сколько они могут прожить без еды и воды. По идее, они же обычные люди.
- Угу. Только мяско сырое любят и хуи ближних особенно, - язвительно произнесла кроха. Когда Фунтик поехал дальше, она вздохнула. – Интересно, а остальному миру тоже пиздец пришел? Ну, Америке там или другим странам. Кроме Гренландии, конечно, и Мадагаскара. Этих даже ядерная чума не возьмет.
- Не знаю, - пожал плечами Фунтик. – Когда интернет еще работал, то я вроде находил новости, что в Америке и Франции этот пиздец тоже был. А потом все. Тишина.
- Надо было руки мыть и дома сидеть. А так все развилось по канонам ебаного Голливуда, - я достала пачку сигарет и, чиркнув зажигалкой, затянулась дымком. – Интересно, кто выпустил вирус? Ну, первый пациент и все такое.
- Нулевой.
- Чего? – я уставилась на Фунтика, который подбоченился и выпятил грудь.
- Нулевой пациент. С которого все началось. Их так называют.
- Ох, ну пиздец. Как ты меня победил, - фыркнула я. – Зато так и сидел бы на своем балконе, если б я тебя не нашла.
- Эт точно, - согласился он и, посмотрев на Асисяй, покраснел. – И не встретил бы новых друзей.
- Э, нет, сладкий мой пупочек, - усмехнулась кроха. – Если б ты меня не нашел, то я б тебя сама нашла. Однохуйственно.
- Вот даже не сомневаюсь, - задумчиво произнес Роман. – Интересно, а если б вы сначала в супермаркет пошли, то встретили бы там других выживших? Затусили бы с ними, и сейчас вместо нас бы с ними трещали.
- Чего эт тебя на альтернативные варианты развития событий потянуло? – спросила Асисяй. – Бензин там нюхаешь втихаря, сука? Или клей с прилавка на заправке стянул? А ну отвечай!
- Конечно. Делать мне больше нехуй, - рассмеялся он и серьезно добавил. – Ну а если… Если вдруг все по-другому было бы.
- Но случилось так, как случилось, Ромка, - вздохнула я. – Сейчас мы катим на броневике в лагерь выживших. И никто не знает, как было бы, если мы с Фунтиком двинулись бы сначала в супермаркет.
- Только господин Режиссер, - загадочно буркнула кроха, посмотрев наверх. – Ладно, умолкаю. Отрада моя… въеби-ка газку, а? Чего мы плетемся, как престарелые монашки на гору?
- И в самом деле, Фунтик. Так мы до утра не доедем, - зевнула я. Усталость, скопившаяся за все это время, дала о себе знать. – Слушайте, я пока вздремну… Разбудите, если что надо будет…
Роман растолкал меня в тот момент, когда мы остановились возле ворот, ведущих в лагерь выживших. Только вот ворота были распахнуты, а сам лагерь не горел разноцветными огнями и в нем царила все та же мертвая тишина. Да и путь до лагеря занял не три часа, а все шесть, из-за чего добрались мы до него, когда на Москву опустились сумерки.
Протерев глаза, я мрачно посмотрела на ворота, лужи крови на асфальте и на бледные лица друзей. Конечно, каждый из нас глубоко внутри надеялся, что лагерь будет функционировать. Что здесь мы найдем помощь и чистую постель. Что можно будет просто поспать, а не дремать вполглаза, ожидая, что откуда-нибудь из-за угла вывалится орда со страшилой во главе. Но, по канонам ебаного Голливуда, лагерю, видимо, пришел конец.
- И что нам теперь делать? – нарушила я молчание, когда мы выбрались из душного фургона на свежий воздух. Зараженных поблизости не было, но Роман настороженно смотрел в темноту, а его автомат был снят с предохранителя, чтобы моментально всадить пулю в того, кто решит кинуться на нас из темноты.
- Странно, но лагерь вроде пуст, - ответил Фунтик, снимая с плеча ружье. Он взвел курок, услышав шорох, а потом нервно рассмеялся, когда из ближайших кустов выбежала взъерошенная кошка и, перебежав дорогу, скрылась в траве. – Будь тут мертвяки, нас бы уже обнаружили.
- Ты про этих, клубничка моя генномодифицированная? – спросила Асисяй, указывая пальцем в сторону.
- Ох, ёб жеж твою мать… - прошептала я, увидев то, на что показывала кроха. – Мне не мерещится?
- Нет, сестричка. Пирамиды из зараженных. Судя по всему, дохлых зараженных, - кивнула она. Вдалеке виднелись кучи из тел безумных, над которыми гудели мухи, а до нас долетали ароматы разложения.
- Погодите, - встрял Фунтик. Он нахмурился, подошел чуть ближе к обочине, после чего всмотрелся в темноту. – Кучи-то не простые.
- Непростые?
- Ага, - он указал пухлым пальцем сначала на одну, а потом на другую, расположенную буквально в пяти метрах от другой. Вдали виднелись и другие кучи. – Это словно забор.
- Умно. Типа аромат тухляков отпугивает случайных забредших сюда? И воняют они так же, как та дрянь из бутылочки, которую ты у людоедов слямзил, - кивнула Асисяй.
- Фу, Фунтик, - поморщилась я. – Ты нас облил дерьмом психов, которые жарились на солнышке?
- Да я в душе не знал, что эта жижа из них делается, - побледнел мой товарищ. Асисяй рассмеялась, а потом вдруг нахмурилась.
- Э, други. А мы тут не одни, оказывается, - пробормотала она. Чуть дальше ворот, внутри лагеря, мы увидели белую фигурку, которая держала над головой фонарь и махала руками, словно призывая подойти. – К себе зовет.
- А если там людоеды? – процедил Роман, целясь человеку в голову. – Или еще какие извращенцы?
- Вышиби ему мозги, а потом узнаем, - буркнула кроха. Она выглянула из-за спины Фунтика и, набрав в грудь воздуха, рявкнула. – А ну пошли нахуй! Знаем, знаем. Сейчас войдем, а вы на нас из углов кинетесь!
- Ася… - прошипела я, когда фигурка испуганно попятилась. – Потише.
- Извиняшки приносим, - виновато шмыгнула носом та. – Но я ради приличия шмальнула бы чуваку в голову, а потом бы разбиралась… Оп, чувак сюда идет! Ромочка, гаси уебка!
- Погоди. Он безоружен, - покачала я головой, когда человек подошел ближе к воротам и фары броневика осветили его. – Стой! Руки вверх!
- Штаны вниз! И наклонись! – дополнила Асисяй, после чего рассмеялась, увидев, как вытянулись наши физиономии. – Шучу, шучу.
Человеком оказался худощавый паренек в грязно-белом халате. Он прищурился, пытаясь разглядеть нас, а затем разочарованно вздохнул. Переглянувшись, мы медленно направились к нему, а когда подошли, то увидели, насколько выживший изможден.
Под глазами черные круги, волосы растрепаны, щеки впали, а руки трясутся. Он пошатнулся, когда мы подошли к нему и, издав тихий стон, завалился на бок. Асисяй, первая подбежавшая к нему, приподняла голову паренька и внимательно посмотрела ему в глаза.
- Нормальный. Не тот ебанат, которым только мясо подавай, - она наклонилась к нему и, хмыкнула. – Погодь, мычит что-то…
- Воды…
- Блядь, да он от голода сейчас сдохнет, - ругнулся Роман, вешая на плечо автомат. – Уйди, сестренка. Фунтик, открой дверь машины. Надо его внутрь.
- Может, в лагерь отнесем?
- Нахуй! В машине еда и броня, если кто решит наведаться в гости, - покачал головой Роман. Фунтик кивнул и умчался к машине, а мы медленно направились за ним, причем Роман нес на руках странного паренька, который так ослаб, что еле разговаривал.