Огнецвет. Вечный мрак 2/2⁠⁠

НАЧАЛО ЗДЕСЬ

Очнулся Велес в кромешной темноте. На грудь не давило. Он вообще больше боли не чувствовал. Только холод. Но это обычное дело, когда он отхватывал от нечисти и очухивался, лежа на сырой земле. Странно, что эта баба его не убила. Даже освободила зачем-то. Велес поднялся на ноги. Поискал в кармане зажигалку. Вся куртка насквозь в крови, футболка вообще в клочья разорвана. Крохотный огонек высветил брошенный нож. Велес машинально его подобрал и пошел дальше — к темному силуэту возле дерева. Когда подошел ближе, окатило злой горечью. У Андрея ведьма вырезала сердце и глаза, как и у остальных. Велесовская мертвечина ей, видимо, не угодила, поэтому ему в каком-то смысле повезло. И накатило такое бессильное отчаяние. Он же рядом с ними был. А чем помог? Да ничем же вообще! Все погибли. Что без него она бы их поубивала, что с ним. И дальше что делать?! Идти против ведьмы с ножиком и зажигалкой? Огнецвет подобрал с земли выпавшие из кармана куртки Андрея ключи от машины.

Очень хотелось согреться, выгнать холод из души. Выдохнуть. Дождаться рассвета, как будто с пробуждением солнца что-то могло измениться. Велес светил зажигалкой и с тяжелым сердцем шел к машине. А когда увидел в окне внедорожника свое отражение, зло рассмеялся. Дурак он. Каким им, таким и остался. Никто его не пощадил. Теперь он как следует разглядел и залитые кровью лицо и грудь, и разодранную футболку. Убила его ведьма. И точно так же вырезала ему и сердце, и глаза. Только вот обратно его не приняли, а сразу подлатали и вернули.

— Ну и нахера?! — зло процедил в темноту Велес. — Зачем?! Я, что, по-твоему, должен сделать? Заковырять ее ножом до усмерти? Забросать, бля, ежиками лесными или чем?

Ну а что, она в него деревом захерачила, а он будет ежами и шишками отбиваться. На другое силенок не хватит. Или, может, ходить отгонять местных туристов? Огнецвет зло пнул колесо машины.

Лес молчал. Все молчало. В черном небе в просвете тяжелых, дождевых туч виднелся острый серп убывающей луны.

Велес положил руки на крышу внедорожника и уперся лбом в запястья.

— Ладно, — тихо прошептал он. — Ну коль не хочешь меня обратно отправлять, можно мне еще разок инструкцию, а? Как для совсем тупых. Нет, я могу пойти в лес и орать “Сука, выходи!”, пока мне снова сосной не прилетит.

Огнецвет глубоко вдохнул. Оттолкнулся от машины и выпрямился.

— Ну понятно. Видимо, других вариантов у меня и нет.

В ответ на его усмешку над лесом полыхнула молния и ударила в той же стороне, где они тело Вальки нашли. Беззвучно, как далекая зарница. Вот ему, видимо, и ориентир. Он бы, конечно, предпочел нормальную карту, а не распечатку, которая хрен знает как к нему попала, и не вот такое световое шоу. А еще он мог сколько угодно сыпать злыми мыслями, и ни черта это не поменяет.

Велес завел машину. Включил освещение на крыше внедорожника. Повернул фонари к небу. Не то чтобы он рассчитывал вернуться, но ему не давали покоя сомнения Андрея на том пожарище и крик ведьмы, что она не позволит кого-то у нее забрать. Велес понимал, что это было всего лишь отрицание убитого горем человека и бред полоумной бабы, но что-то заставляло сомневаться и его самого.

В любом случае, он ничего не терял.

Огнецвет нашел обычный походный фонарик и побрел по ночному лесу — туда, где ему знак, мать его, свыше послали. По дороге запоздало подумал, может, стоило и нож покрепче поискать. А потом невесело усмехнулся своим мыслям — против неупокоенных ножи вообще не помогали. Это он и по себе знал, и на ведьме проверил.

Когда впереди показался свет, Велес выключил фонарь. Он вышел на такую же черную выжженную поляну, как та, где они с Андреем нашли тело. Только эта была намного больше, а вместо пепелища Огнецвет увидел старую избу со светящимися окнами. На вид — обычная деревенская хата. Он вот только недавно на такие смотрел. Ничего жуткого и угрожающего, а все равно пробрало до мороза по коже.

Он посмотрел по сторонам — если здесь была когда-то деревня, о которой местные говорили, то ее останки давно уже лес поглотил. А эта хата осталась — видимо, каким-то недобрым волшебством. В другое время, он бы удивился, но после смерти количество чертовщины в его существовании стало зашкаливать. Если были неупокоенные духи, буйные лешии и пиздливые призраки, то почему бы не быть и избе прямо посреди леса.

Велес тихо подошел к двери небольшого пристроя. Чутье требовало заглянуть внутрь. Ну или он сам себя убедил, что ему туда нужно. Тут уж не отличить, когда знак подают, а когда у него в голове белочка пляшет. Но даже если ему не туда, не беда. Убьют — вернется еще раз. У него число попыток штурма не ограничено.

Огнецвет пригляделся к замку. Обычная дверная проушина. В ржавой петле — железная скоба. Велес ее осторожно вытащил и приоткрыл дверь. Изнутри пахнуло затхлостью и промозглой сыростью. В ход снова пошел фонарь. Велес с изумлением увидел скорчившегося в углу подростка с обросшими черными волосами и в темной одежде. Лицо у него было в крови, но он все равно его узнал — Валька. Андрей на телефоне фотку брата показывал. Велес посмотрел на ржавую миску с сердцем рядом с парнем. Тут даже гадать не надо — с человеческим. У ведьмы большой был выбор. Может, это даже его собственное, раз она им тоже не побрезговала.

— Эй… — тихо позвал Огнецвет.

Пацан даже не пошевелился. Мелькнула болезненная мысль — может, он и здесь опоздал? Велес подошел к подростку и осторожно дотронулся до его плеча. Валька тут же вскинулся и отпрянул еще дальше в угол.

— Тихо-тихо, я тебе не враг, — произнес Огнецвет. — Идти можешь?

Парень молчал. Его можно было понять — на спасителя Велес походил меньше всего. Он и сам себя им не особо ощущал. Скорее, дураком, который толком не знает, что делать.

— Я знаю, кто ты, — после небольшой заминки еле слышно прошептал Валентин. — Она про тебя говорила. Она… принесла мне… твое сердце.

Велес усмехнулся — ну хоть где-то он правильно догадался. В голове крутилось очень много вопросов: что это за баба, на кой хрен она утащила пацана, и кого тогда сожгла вместо него. А вот времени, чтобы их задать, не было. Вальку нужно отсюда выводить.

— Пошли. Если эта хероборина объявится, просто беги.

Озвучил Велес свой нехитрый план и не сдержал кривой улыбки. Это как при сильной облачности в горы сунуться. Может, чудесным образом и повезет, но куда больше шансов зацепить винтом скалу и все, прости-прощай. Но другого плана не было. Когда они подошли к двери, Огнецвет увидел темную фигуру недалеко от порога.

— Бля… — процедил он и быстро обернулся к пацану. — Видишь вон там свет?

Велес показал на отсвет над небом и вложил в ладонь парня фонарь.

— Там машина, на которой вы приехали. За ней ручей. Беги к нему. Только не останавливайся. Что бы ни увидел. Понял?

— Я уже знаю, что они все умерли, — тихо ответил Валентин. — Об этом она тоже сказала.

— Смотри-ка, какое охрененное информбюро, — едко отозвался Велес. — Ничего, я с ней потолкую. А ты марш к ручью.

Он вышел на улицу. За ним тенью выскользнул Валентин. Ведьма все так же стояла в паре метрах от них и не двигалась.

— Вернулся, — произнесла она, и в ее голосе слышалась злая ухмылка.

Велес кивнул, широко улыбнулся и покрепче сжал нож.

— Ага. Рассказать тебе про правильное питание. Тебе не говорили, что нельзя детей кормить сердцами мертвяков? Да и вырезать их без согласия владельцев — тоже крайне херовая идея.

Вместо ответа ведьма сразу на него бросилась. Велес успел выбросить вперед руку и всадить нож ей в грудь. Еще и провернул лезвие, но толку от этого, как и ожидалось, оказалось мало. Она отбросила его как щенка, и Огнецвет упал на землю. За спиной ведьмы увидел, как Валька шмыгнул в темноту и скрылся между деревьями.

Хотелось надеяться, что он не заплутает в лесу и выберется из хозяйства полоумной ведьмы, а у самого Велеса хватит силенок не дать ей ломануться вслед за пацаном. Хотелось… чтобы все закончилось не так бессмысленно и тупо, как виделось сквозь фильтр здравого смысла.

Огнецвет быстро встал на ноги.

— Хозяюшка, да что это ты такая негостеприимная?

— Бессердечные…. злые… — провыла ведьма. — Не заберете! Не отдам!

Она снова кинулась на Велеса. Нечеловечески быстро. Огнецвет даже не заметил, как она рядом с ним оказалась и вцепилась ему в горло. Да так крепко, что никак не вырваться. Велес нащупал застрявший в ведьме нож и со всей силы ударил ее в висок. Его злости хватило, чтобы пробить кость, но ее оказалось недостаточно, чтобы упокоить ведьму.

— Не хочешь быстрой смерти, сдохнешь страшной!

Велес и глазом не успел моргнуть, как она отпрянула назад, а вокруг него кольцом вспыхнуло пламя. Огнецвет дернулся… и с ужасом осознал, что не может пошевелиться. Неведомая и чудовищная сила пригвоздила к земле. Он только и мог, что смотреть, как огонь все ближе и ближе к нему подбирался. И дождь ему нипочем!

— Никому не забрать, даже тебе!

— А это мы еще посмотрим, — процедил Велес.

Единственное, на что он рассчитывал, это что у него получится потянуть время. Как он и планировал. Не думал, что такой смертью придется подыхать, но куда деваться. Выбора ему снова не оставили. И все равно страшно стало — особенно когда огонь так близко подобрался, что он его жар почувствовал.

Огнецвет попытался вырваться из невидимых уз и снова бестолку.

— Сука, — бессильно выругался он. — Откуда вы, бля, все беретесь только?!

— Тебе ли не знать, сам неживой, на побегушках.

Мертвый, ага. А сейчас будет еще мертвее. Велес упал на колени и интуитивно закрылся руками. Огонь уже вплотную подошел. Жар жег кожу. Велес стиснул зубы… и сквозь алую пелену огня увидел Вальку.

— Ты зачем же… — прохрипел Огнецвет.

Завершение фразы утонуло в жутком вое ведьмы. Велес увидел, как исказилось ее лицо — иссохлось, пока не остался только обтянутый кожей череп. Колдунья осыпалась прахом, а вместе с ней погас и огонь.

Огнецвет перевел взгляд на Вальку.

— Нахера ты вернулся?! Я же сказал, чтобы к ручью бежал!

— Тогда она бы тебя еще раз убила, а потом за мной пришла… — растерянно ответил парень и забормотал скороговоркой, бессвязно и сбивчиво. — Она… там ее душа была. Привязанная. Она сама так. А я… Просто почувствовал. Что вот она здесь. А другая ее часть заперта в этом предмете. Я помочь хотел…

Его трясло. Он в сарае меньше боялся, а сейчас того гляди сорвется. Велес в который раз за сегодняшнюю очень долгую ночь поднялся на ноги и подошел к трясущемуся пацану.

— Все хорошо теперь, — он положил ладонь ему на плечо. — Без тебя я бы действительно не справился.

— Она сказала, что тут другие есть, но я никого не чувствую.

— Ну, пойдем глянем.

Велес зашел в избу. Внутри удушающе несло смрадом. Возле дальней стены стояла старая детская колыбель. Над ней — подвешенные шишки и пучки трав. А вместо игрушек — нанизанные на суровую нитку глаза. Огнецвету показалось, что он разглядел один ярко-синий, как у него… Рядом с колыбелью на полу сидели детские тела — от некоторых уже остались одни скелеты, какие-то еще были покрыты обвисшей кожей.

Валентин за его спиной прерывисто вздохнул.

— Пойдем отсюда? — попросил он.

Велеса не надо было уговаривать дважды. Он только во дворе заглянул в сверток, который растоптал Валька. Внутри были детские кости и раскрошившийся от удара маленький череп. Будь Огнецвет здесь один, он бы никогда не догадался, что эта ведьма как хренов Кощей Бессмертный. А смерть ее вместо иглы пряталась в костях младенца. Да что уж там… Он же все время действовал наугад. А получилось, что он как нитка, которой сшивали детали чужого замысла, чтобы все сложилось воедино. Сшили, оборвали и выбросили. Обычное дело.

— Ты же знаешь, зачем она тебя забрала? — спросил Велес.

Валентин посмотрел на него, грустно улыбнулся и кивнул.

— Она хотела, чтобы я с ней остался. Сказала, что если буду себя хорошо вести, она разрешит мне жить в доме… с этими другими… — он помолчал и добавил. — Я еще чувствую всякое. Тебя когда увидел, сразу понял, что ты неживой. Это как… Не знаю. Просто вижу и понимаю. Мне никто никогда не верил. Считали, что я чокнулся. Потом я перестал говорить. Я не знаю, как это работает. Может, еще и поэтому я ей был нужен. Для всех я сумасшедший, а для нее хоть чем-то полезный.

В другой раз Велес бы искренне и по-хорошему удивился, что на его мертвячество так спокойно реагируют. И даже пошутил бы по этому поводу, но сейчас ситуация не располагала. Да и в мыслях крутились только вопросы и сомнения.

— Все равно не понимаю… — покачал головой Огнецвет. — Нахера ей заморачиваться и выдавать левый труп за тебя.

Пацан ответил не сразу. Чем дольше он молчал, тем отчетливее Велес понимал, что ответ ему не понравится. Так и получилось.

— Она хотела, чтобы нашли труп. То есть меня, — не глядя на Велеса, заговорил Валька. — И перестали искать. А потом появился ты, и она разозлилась… Убила всех. Тебя тоже попыталась. Тут, видишь… Или я один, или Андрей с друзьями.

Огнецвет слушал его и снова ощущал бессилие вперемешку с разочарованием. Выбор хуже, чем в тупых анекдотах. А следом нарастала злость.

— Да херня какая-то. Она надеялась, что, когда найдут обгоревший труп, никто не пойдет искать, кто это сделал? Да сюда бы нагнали милиции и чесали бы лес, пока все не перетряхнули.

Парень молча пожал плечами, а Велес понял, что весь смысл его злости — хоть как-то оправдаться, что из-за него трое человек погибли. Даже не перед Валькой, а перед собой.

— Все равно херня… — тихо повторил он. — Мне жаль, что с Андреем и его друзьями так вышло.

Валентин не ответил. Молча шел рядом, пока первые деревенские дома не замаячили.

— Дальше тебе не надо, — сказал Валька.

Велес с ним был согласен. Ему вообще, по-хорошему, с такими результатами вылазки больше никуда не надо, но решать, как обычно, не ему. Он в своей жизни самостоятельно только одно-единственное решение принял, когда в летное поступал. А дальше за него начали думать — и пока жил, и после того, как помер.

— Ты сумеешь все это как-то… деревенским рассказать? Ну, я имею в виду без всей этой потусторонней хреноты.

Валька неуверенно кивнул, а Огнецвет подумал, что и без потустороннего парню мало не покажется. Велес вдруг вспомнил другого пацана, для которого его вмешательство закончилось намного лучше, чем для брата Андрея. Он покопался в кармане, нашел запачканную кровью визитку.

— Возьми, — он протянул ее Вальке. — Скажи ему, что парень, который его сына из-под поезда вытащил, просил тебе помочь. Скажи, что “если вдруг что”, о котором он говорил, пришло вот уже сейчас.

Валька спрятал визитку в нагрудный карман, а потом вдруг спросил.

— Ты как Ворон?

— Как кто? — не понял Велес.

— Фильм такой есть. Про музыканта. Его убили, а он потом вернулся, чтобы отомстить.

Огнецвет только усмехнулся в ответ.

— Не, мне пока отомстить не дают. Ну ничего, когда-нибудь, может, и получится. Завтра тебе все это разгребать. Давай, беги, пока совсем не замерз. Дождь этот еще как из ведра весь день…

Парнишка улыбнулся и сказал фразу, которая, видимо, должна была что-то значить, но осталась непонятой для Велеса.

— Дождь не может идти вечно.

Огнецвет еще недолго смотрел ему в спину — пока тот не скрылся из виду — а потом пошел обратно.

— А знаешь что? — в никуда зло крикнул Велес. — В следующий раз, если надумаешь бросить меня в такую херню, лучше оставь на том свете. Задоело разгадывать твой великий замысел. Если не можешь по нормальному сказать, что нужно, то и расхлебывай как-то сам. А я в запасе полежу. Если вдруг больше не призовешь, то и не беда. Все лучше, чем уходить с мыслью, что из-за меня люди погибли, а единственного выжившего теперь затаскают по дуркам и ментовкам. Хреновое спасение вышло.

С такими мыслями Велес все шел и шел. Наугад — в темноту.

Насчет дождя Валька был прав. Остался лишь вопрос в том, может ли быть вечным мрак.