Необычная неделя. Странная ночь.⁠⁠

Давно ничего не писал, отвык как-то. Возможно будет серия. Надеюсь.

___________________________________________________________________________________________

Стемнело довольно рано. В этих северных краях, в принципе, день становился коротким быстрее, чем я привык. Но сегодня темнота подкралась раньше обычного, часов в пять вечера. Возможно всему виной дождь, зарядивший почти сразу после обеда. Не сказал бы, что дождь лупил с какой-то бешеной силой, но слышимость была раздражающе сильной. Стеклопакеты не спасали. Тепло и мягкое мерцание телика баюкали. Завывания ветра и ночные перемещения соседей сверху сводили дремотный уют на нет.

В квартире было холодно. Серж, мой друг, сослуживец в каком-то смысле и сосед по съёмной хате, задерживался. Работёнку себе Серж нашел на другом конце города, и в те дни, когда он выходил на смены я его вообще не видел.

Дождь лупил, ветер выл, телевизор мерцал. На лестничной клетке орали какие-то два дебила. Я час ждал, когда кончится пустой базар и начнётся драка. Но нет. Чесать языками им импонировало больше чем махать кулаками. Орать им не надоедало. Но это всё надоело мне...

- Ребятки, вы орёте уже битый час. Либо деритесь, либо п##дуйте орать на улицу.

- Там дождь идёт, - ответил мне один из них.

- А здесь, б##ть, первый час ночи идёт.

- Завтра выходной, - ответил второй. Ей богу, с каждой секундой мне всё больше начинало казаться, что с причинно-следственными связями у них крайне хреново. Даже для автозаводской гопоты.

- Ты сам-то понял, к чему это ляпнул? Завтра четверг!

- А ты это... откуда вы##истый такой? Ты кто такой вообще?

- Слышь, - пихнул в бок один дегенерат другого, - я его знаю, кажись. Ты ж с Алдана, да?

- Допустим, - я начинал слегка закипать, и уже мысленно прикидывал, запереться в квартире или попытаться отмахаться на узкой лестничной клетке? Расклад был не в мою пользу, конечно. Но я вообще карточных игр не любитель. Я городки предпочитаю. И у дверного косяка у меня как раз, стояла чугунная ножка от советского стола.

- Слышь, братан. Ты эт извини, а. Мы пойдем пожалуй, - сказал узнавший меня парняга, и начал уводить своего товарища вниз.

- Слышь! Руки убрал! Да и чё ты извиняешься-то, как терпила? – искренне не понимал товарищ.

- Я знаю этого типа. Он отмор, реальный.

Почему я, вдруг непонятно с чего, оказался отморозком в глазах автозовских гопарей - мне было не понятно. Впрочем, ответ настиг меня, когда они спустились на два этажа ниже. Акустика опять-таки.

- Слышь, я видел, как он у мусора ствол отобрал, и ещё минут десять его е#летом по палубе возил.

- Ты гонишь!

Дальше мне стало не интересно. Прецедент имел место быть, года два назад. Но несколько не так как его сейчас описывали. Это был не мент, а сотрудник какого-то ЧОПа, решивший среди ночи пострелять в чаек с открытой палубы. Рожей, я его тоже не возил по палубе, а легонько приложил раза два об оную. Ордена я за это не получил, рад был что хоть премии не лишили, за то что на пассажира руку поднял.

А в квартире снова стало тихо и уютно, и я, выкурив у окна сигарету, пристроился на диване и довольно шустро вырубился.

Шарах! Я подскочил от громкого звука раздавшегося с кухни. Там же я оказался в два рывка, прежде чем успел подумать на хрена мне туда надо. Из открытого окна дул порывистый и холодный осенний ветер, старательно наматывая старенькую занавеску на протянутую бельевую веревку. На полу валялась банка из под кофе определённая нами под пепельницу. Обстановочка была слегка пугающая. Слабое освещение от уличного фонаря, нагоняло жути куда больше темноты. Этот фонарь вообще меня бесил, ведь его свет проникал сквозь плотные шторы, и дико мешал спать по ночам. Где-то, будто сквозь стену раздался смех маленькой девочки. Внутри меня всё замерло. Отдавало классическим фильмом ужасов, в котором все дальнейшие события известны наперёд. Но мне было страшно. П##децки...

- Настюша, ё# твою мать, - так же гулко, как и детский смех, прозвучал усталый мужской голос, - ложись спать. Два часа ночи. Твоя маманя мне голову отвинтит.

Я выдохнул и расслабился. Никакой сраной мистики. И окно я похоже неплотно закрыл после того как покурил. Но оборванный сон возвращаться отказывался на отрез. На телефоне я обнаружил пропущенное от Сержика сообщение. Оно гласило о том, что следующая смена у него начинается в 6 утра, и он не видит смысла, четыре часа добираться домой, чтобы встать через пять часов и ещё четыре часа добираться до работы. Хм. Выходит я не брал телефон весь вечер? Доставлено сообщение было в 00.01. Либо операторы связи накосячили, либо Серёжа вновь промахнулся с временными рамками.

Клиентура на автомойке была всякой. Богатеньких папенькиных дочек (и не дочек) было пруд пруди, так как самим мыть свои машины им не позволял статус (и дорогущий маникюр). А парень, мой друг, был смазливый, и бабы в отличие от меня, ему всегда доставались без усилий вовсе. Подозреваю что и сейчас, он просто уехал после смены с какой-нибудь тёлкой. А историю с поздно кончившейся сменой придумал. Серый переживал за меня, ведь то, что ему доставалось просто так, мне не давалось даже с огромными усилиями и затратами. Вообще друзья переживали за меня с этой темой гораздо больше чем я когда-то. Я сам больше не переживал, ибо это выматывает. Попытки завязать отношения ещё не бросил, но всё к тому и шло. Так как каждое новое поражение на любовном фронте ставило вопрос «А нахрена мне это вообще надо?» всё острее.

Спать больше не получалось, поработать с заказами на ноуте не хотелось. Телевизор раздражал. И я начал рыться в телефоне. Спустя минут двадцать безмятежного ползания в сети, и перелистывания дурацких рекомендаций в вк, мне пришло смс...

- Прости меня. Я виновата перед тобой. Давай начнём сначала. Приезжай, пожалуйста. Сейчас.

Номер был незнаком даже смутно. Извинения от противоположного пола мне и вовсе слышать не приходилось. Громоздкая словесная конструкция тоже сбивала с толку. Никто из моих знакомых девушек так не пишет. Да и некому было мне такое писать. Мои последние отношения кончились лет семь назад... Едва продержавшись около года. И из этого года, я почти семь месяцев, провел между Хельсинки и Ярославлем. Моей бывшей «возлюбленной» в этом городе было совершенно точно нечего делать. Если она вообще ещё была жива. Слухи до меня доносились разные. От того что её сбила машина, до того что она вышла замуж за какого-то дагестанца. Да и чёрт с ней.

- Боюсь, ты ошиблась номером. Тем более что, последняя, кто могла бы мне подобное написать, уже лет пять растит маленьких Магомедиков и Асланчиков.

Стоило отправить ответное сообщение, как я тут же об этом пожалел. Во первых я поддержал диалог. Стоило бы проигнорировать. Во вторых, кому какое дело до моих личных драм? Тут я был скрытен даже с близкими людьми.

- Упс. Ошибочка...

- Я думал в наше время сложно слать сообщения не на тот номер.

На сей раз ответа не было. Стало даже немного скучно. Нутро бунтовало. Часть меня уже сама хотела ввязаться во что-нибудь, часть активно протестовала. Тут же прорезался, не раз и не два, погребённый под обломками былых неудач романтик. Вот уж кого я бы в себе с удовольствием задушил, если б мог... Кроме проблем и выжженных нервов он не приносил мне ничего. Потому что когда я переходил в этот режим – появлялись: наивность, растратность и неуверенность. Критическое мышление пропадало напрочь. Особенно по отношению к объектам симпатий. Тем не менее, эта скотина включилась, и его отчаянно тянуло вновь насобирать приключений на мою жопу.

«Сорян, что лезу не в своё дело...», - начал, было, я набирать текст. Но осёкся. И затупил с телефоном в руке. Однако он зазвонил.

- Эмм... Слушаю.

- Ещё раз простите. За смс, да и этот звонок. Я, наверное, вас разбудила? Моя подруга пыталась помирить меня с моим бывшим... Не самым удачным и умным способом. Только она не знала, что я разбила свой телефон и сейчас временно пользуюсь телефоном брата.

Я начал мысленно перебирать людей, у которых может быть этот мой номер. Их было немного, ибо обзавёлся я им пару лет назад. И восстанавливать старые связи не стал. Исходя из того, что моя собеседница пользовалась телефоном брата – я сделал вывод, что это мужчина или парень, у которого я записан по имени. Что ещё немного сужало круг, так как последние полгода меня, по моей просьбе записывали по прозвищу. Так же я предположил, что с сестрой кого-то из этих людей я был, хоть шапочно, но знаком. В противном случае, смысла в извинениях, в формате личного звонка, я не видел. Но тут я мог, и ошибаться – чужая душа – потёмки. А знаком я был с сёстрами всего троих своих друзей-товарищей.

Первым был бармен Саня, который утопил свой телефон, в котором был мой номер, в день, когда уволился с теплохода. С тех пор мы не контактировали. Никак. Соответственно – Саня, вот прям железно, отпадал. Дальше был наш трёшник Тёма. Его сестра в принципе не признавала обращения «на вы». Да и точно не стала бы перезванивать ночью, чтобы извиниться. Характер у неё для своих 15ти лет был довольно тяжёлый. Оставалась только двоюродная сестра человека, которого с моей подачи многие люди (включая его жену) стали называть Джек Узбек. Кхе-кхе. Пардон. Капитан Джек Узбек.

И то, что всё время пока я выстраивал эту версию в голове – я молчал, до меня дошло довольно поздно.

- Алло, вы меня слышите? Алло?

- Лена, если не ошибаюсь?

- Да... А откуда... – она не договорила и повисла неловкая пауза. Я и сам потерялся, честно сказать.

- Мы знакомы?

- Не сказал бы. Ну... если чисто формально... Наверное... В большей степени.

- Это как? – мне показалось, что в её голосе было удивление. И замешательство.

- Ну... Мы просидели бок о бок, часов шесть, на одном мероприятии. На котором, судя по вашему выражению лица, вы чувствовали себя столь же неуютно, как и я. Только в отличие от меня, вы знали почти всех присутствующих.

- Э..?

- Свадьба вашего двоюродного брата.

- А, - отозвалась Лена. Я услышал вздох облегчения, который от меня зачем-то попытались скрыть. Впрочем, облегчение почему-то испытал и я. Но секунду спустя, снова стало неловко. Теперь уже лично мне:

- Ты тот парень, которому сразу на входе, мои дядя, брат и его жена сказали, что с гостями свадьбы драться нельзя?

- Да... Это я... – я пропустил момент, когда мы стали «на ты». И не знал, что говорить дальше. Трубку положить что-то не позволяло.

- Но, ты устроил драку с гостями соседнего банкета, когда они докопались до дяди Димы. Чей-то юбилей был, кажется...

- Стоит заметить, что спровоцировал её не я. Но я вышел из неё победителем.

Лена засмеялась. Смех у неё был приятный и, пожалуй, даже мелодичный. На свадьбе Джека, мне его услышать, как-то не довелось.

- А потом, ты полчаса не отдавал парик юбиляру и кричал, что это трофей. Тебя только Джек и смог уговорить вернуть его.

- Мы с твоим братом за четыре года побывали в таких местах, что некоторых из них и на карте нет. И повидали в этих местах всякого. Он один из немногих кто научился приводить меня в здравый рассудок, когда меня накрывает. Джек отличный друг.

Мы снова замолчали. Мне же почему-то очень хотелось продолжать разговор. Тогда я прибегнул к маленькой уловке:

- Раз уж всё так забавно совпало... Ну «твоё» случайное смс, звонок и моя бессонница... Может, напомнишь мне, что происходило тогда? Потому что я потерялся где-то в районе, выступления маленькой Карины. А то, когда я спрашивал, что творил у Джека и Кали, они только смеялись, но ничего не рассказывали.

Водка, тогда, меня долго не брала, а потом резко накрыла. Оттуда и приключения. Однако всю свадьбу я помнил от начала и до конца. Но... Я давал возможность до конца составить мой «психологический» так сказать, портрет Лене, заодно понять, как она отнеслась к моим закидонам. Проверить наблюдала ли она за мной на свадьбе. И дать возможность поговорить – все мои знакомые девушки любили монологи. Особенно когда их монологи внимательно слушают.

- Оооо! – протянула Лена и снова рассмеялась, - Даже не знаю с чего начать. Ты можно сказать герой вечера!

- Да?

- Начнём с того, что ты украл у фокусника колоду крестовых девяток, когда он показывал трюки с картами. Как тебе это удалось?

- Я даже не помню, как он выглядел...

- А... Ну да, - немного растерялась Лена, но продолжила припоминать мне мои «подвиги»: - Во время барного шоу, ребята вывели тебя поучаствовать в номере. Надо было повторить пару трюков – в награду был какой-то интересный коктейль. Хотя к тому времени внутри тебя тоже был тааакой коктейль...

- Я справился?

- И удивительно легко, но... – моя собеседница расхохоталась и долго не могла остановиться. В трубке я услышал сбивчивый пересказ, сквозь смех и хохот какой-то ещё девушки. Подруга, похоже, действительно имела место быть.

- Но?

- Но споткнулся, упал и снёс весь их стенд для выступления. Перебил все приготовленные ими во время номера коктейли, да и вообще все, что там можно было разбить. А свой даже не пролил.

Я тоже засмеялся. Это был действительно весёлая часть того вечера. Гости ржали. Отец и дядя невесты потом говорили, что давно так не хохотали, и даже оплатили перебитый мной «реквизит». Настроение у меня поднялось. Внутренний романтик чему-то радовался. А невнятная, но как показывала практика, обоснованная тревога утихла и залегла куда-то на дно.

За окном пошёл снег. Мокрый, таявший едва долетая до земли, а всё же снег. Мне, южанину, это было в диковину. В моих краях, он если и выпадал, где-нибудь в декабре – через пару дней, а то и раньше, становился грязью. Которая ещё через пару дней размывалась дождём, и в итоге замерзала ещё через день. Здесь всё было как-то по-другому. Тот же фонарь, что раздражал еженощно, в хороводе снежинок, стал выглядеть приветливым старым соседом. Квартира резко стала уютней. Лена, совершенно свободно, как с давним приятелем болтала со мной, периодически вспоминая ещё что-то из моих «свадебных подвигов». Мне даже было немного неловко перед её подругой. На её месте, в данный момент, я не хотел бы быть.

- Мне нравится с тобой болтать, но я уже всерьёз опасаюсь навлечь на себя гнев твоей подружки.

- За что?

- Пусть изначально это и был её косяк с смс, а всё же я украл у неё твоё внимание.

- Ахаха. Расслабься – она уже спит. Две бутылки красного полусладкого свалят и слона.

- Вот уж не думал, что слоны предпочитают красное вино. Экие эстеты.

Лена засмеялась. Снова. Видимо я скрасил ей и эту ночь. Стоило ли рассчитывать на какое-то положительное изменение в моей довольно тусклой личной жизни? Наверное, всё же нет. Особенно учитывая, что мне надо было уезжать из города на следующей неделе.

- А то, что ты меня приглашал танцевать, ты тоже не помнишь? – вдруг спросила она. Что? Я на некоторое время потерял способность связно мыслить. Потому что этого в ту ночь совершенно точно не происходило. Когда все танцевали – я сидел. Причём за барной стойкой. Со стороны бармена, так сказать.

Причин на то было несколько: у меня дико болела нога, после заварушки с соседним банкетом; я старался не попадаться на глаза отцу невесты, так как он активно начал меня сватать подруге своей дочери; я прятался от тётки жениха, которая грешила тем же, чем и предыдущий сват. Ну и наконец я протрезвел и мне стало стрёмно, как от происходящего, так и от того что уже успел наворотить. Но отступать было некуда, ведь я уже соврал о том, что события тех вечера и ночи я не помнил.

- А ты согласилась? – раз уж пошла такая игра, и Лена почему-то придумала этот эпизод, то почему бы не подыграть? И честно говоря, я ожидал, что мой вопрос заставит её немного обдумать свой следующий ход... Но ответ у неё нашёлся моментально:

- К сожалению, отказалась, - и после этого она замолчала. Меня явно подталкивали к ответу, ради которого возможно затевались и звонок, и смс. То что, это была явно не ошибка подружки, мне стало очевидным, где-то к середине нашей задушевной беседы. Когда я вспомнил что у Узбека, я записан как «Протоиерей Еврей». Просто примерно в те же времена, когда я придумал прозвище для него, он в отместку придумал прозвище мне. Только моё не прижилось... Можно ли было, в таком случае, перепутать мой номер с чьим-то ещё? Очень маловероятно.

Но моего внутреннего романтика захлестнул азарт. А! Была - не была! И прежде чем до конца обдумать родившийся ответ, я выпалил:

- Это недоразумение можно исправить. Правда, танцор я весьма и весьма посредственный.

Похоже, примерно такого ответа от меня и ждали. Микрофон на телефоне Лены был чувствительный, и где-то на фоне, я периодически слышал шепот «слона» под красным полусладким.

- Идёт! - довольно сообщила она, - Созвонимся, на днях?

- Разумеется.

- Уже поздно... Или рано... Ну, пока! – сказала она. Такое легкое «Ну, пока!», словно я был соседским мальчишкой, а не малознакомым мужиком, пускай и колоритной, но слегка уголовной наружности. Тем не менее, трубку она не положила.

- Предпочитаю: до встречи. До встречи, Лена! – и трубку положил я. Внутреннему романтику стоило бы надрать уши за такой самовольный выпад, но не хотелось. Я и сам почему-то был доволен. Играл я вполне достойно, а вот кто кого переиграл это ещё вопрос.

- Да ты просто флирт-машина, - одобрительно сказал кто-то за спиной, и по-дружески похлопал меня по плечу. Я встал в пол оборота, чтобы видеть собеседника. Это был Макс, мой брат. СТОП! КТО?!

От неожиданности я буквально вспрыгнул на хлипкий пластиковый подоконник. Я таращился на него не в силах вымолвить и жалкого словечка. Да что там, словечка – я мычать-то не мог.

- Чёт ты какой-то не радушный хозяин, - заявил Макс, с кривой жутковатой усмешкой, - Сам же говорил... Цитирую, между прочим: «Будет скучно, там, у вас – заглядывай, поболтаем». Или скажешь, что не говорил?

- Говорил...

И ведь действительно – говорил, просто от нахлынувшей тоски по детству, общих играх, друзьях, увлечениях. От тоски по брату. На «Красную горку», шепотом, стоя у могилы. Ведь Макс умер четыре года назад...