Немного о лешем⁠⁠

Продолжаю рассказ о старинных суевериях. На очереди леший.

У этого персонажа было много имён: леший, лесной дядя, боровик, лесовик, лесовой и не только. В отличие от многих других представителей нечистой силы, леший считался персонажем не столько злым, сколько озорным и требующим к себе уважения. Лес в целом считался не самым безопасным местом, а леший был его хозяином и хранителем. Из хулиганских побуждений он мог заставить людей подолгу блуждать среди деревьев, а то и вовсе пропасть без вести. На его проделки могли списывать самые разные природные катаклизмы.

Единого описания внешности лешего нет. Он мог её менять, быть и великаном, и не выше травы, покрытым шерстью, но чаще всего его внешность была схожа с человеческой. Иногда, чтобы заманить путника, он мог принять образ знакомого человека, идущего впереди, и которого не получается догнать. Леший обычно не мог разговаривать, но мог аукать, хлопать в ладоши и издавать иные звуки. Их «Причудницы» И. И. Дмитриева: «Там леший выставил из-за деревьев роги; То слышится ау; то вспыхнул огонек». Н. М. Карамзин упоминает этого персонажа в ««Истории государства Российского» (1808): «Доныне простые люди говорят у нас о леших, которые видом подобны сатирам, живут будто бы в темноте лесов, равняются с деревьями и с травой, ужасают странников». Согласно поверьям, леший мог жить в чаще леса, куда трудно добраться человеку, в корнях поваленных деревьев, в дуплах, любил еловые ветки, иногда строил себе избушку.

Из книги С. В. Максимова «Нечистая, неведомая и крестная сила»: «В ярославском Пошехонье лешего называют даже просто «мужичок», а в вологодском полесовье лешему даны даже приметы: красный кушак, левая пола кафтана обыкновенно запахнута за правую, а не наоборот, как все носят. Обувь перепутана: правый лапоть надет на левую ногу, левый – на правую. Глаза у лешего зеленые и горят, как угли. Как бы он тщательно ни скрывал своего нечистого происхождения, ему не удается это сделать, если посмотреть на него через правое ухо лошади.

Леший отличается от прочих духов особыми свойствами, присущими ему одному: если он идет лесом, то ростом равняется с самыми высокими деревьями. Но в то же время он обладает способностью и умаляться. Так, выходя для прогулок, забав и шуток на лесные опушки, он ходит там (когда ему предстоит в том нужда) малой былинкой, ниже травы, свободно укрываясь под любым ягодным листочком. Но на луга, собственно, он выходит редко, строго соблюдая права соседа, называемого полевиком или “полевым”. Не заходит леший и в деревни, чтобы не ссориться с домовыми и банниками, – особенно в те, где поют совсем черные петухи, живут при избах «двуглазые» собаки (с пятнами над глазами в виде вторых глаз) и трехшерстные кошки. Зато в лесу леший является полноправным и неограниченным хозяином: все звери и птицы находятся в его ведении и повинуются ему безответно. Особенно подчинены ему зайцы. Они у него на полном крепостном праве, – по крайней мере, он даже имеет власть проигрывать их в карты соседнему лешему. Не освобождены от такой зависимости и беличьи стада, и если они, переселяясь несметными полчищами и забывая всякий страх перед человеком, забегают в большие сибирские города, причем скачут по крышам, обрываются в печные трубы и прыгают даже в окна, – то дело ясное: значит, лешие целой артелью вели азартную игру и побежденная сторона гнала проигрыш во владения счастливого соперника. По рассказам старожилов, одна из таких грандиозных игр велась в 1859 г. между русскими и сибирскими лешими, причем победили русские, а продувшиеся сибиряки гнали затем из тайги свой проигрыш через Тобольск на Уральские горы, в печорскую и мезенскую тайболы. Кроме большой игры артелями, лешие охотно ведут и малую, между собой, с ближайшими соседями, и перегоняют зайцев и белок из колка в колок почти ежедневно. А то случается и так, что нагонят в эти колки зайцев и угонят мышей и т. д. У леших же в подчинении находятся и птицы и в полной зависимости от них все охотники: любимцам своим они сгоняют пернатых чуть не под самое дуло. Кого же задумают наказать за непочтение к себе – у тех всегда осечка.

Кому удавалось видеть лешего, хотя бы и через лошадиное ухо, те рассказывают, что у него человеческий образ. Так, например, в Новгородчине видали лешего в образе распоясанного старика в белой одежде и белой большой шляпе. Олончане же настолько искусились в опознавании всей лесной нечисти, что умеют отличать настоящих леших в целых толпах их от тех «заклятых» людей, которые обречены нечистой силе в недобрый час лихим проклятьем. Леший отливает синеватым цветом, так как кровь у него синяя, а у заклятых на лицах румянец, так как живая кровь не перестает играть на их щеках. Орловский леший – пучеглазый, с густыми бровями, длинной зеленой бородой; волосы у него ниже плеч и длиннее, чем у попов. Но впрочем, в черноземной Орловской губернии лешие стали редки за истреблением их жилищ (т. е. лесов), а потому за наиболее достоверными сведениями об этой нечисти следует обращаться к жителям Севера. Здесь эта нечисть сохраняется местами в неизменном старозаветном виде (например, в Вятской и Вологодской губерниях)». Считалось, что лешего можно встретить во время праздника Ивана Купала, когда нечистая сила особенно активна.

Чаще всего леший был одиночка. Однако, как и многая другая нечисть, по некоторым поверьям мог иметь семью, жену-лешачиху, детей-лешенят. На свадьбы леших иногда списывали ненастье. А. В. Амфитеатров в работе «Иван Купало» (1903) писал: «На переходе от весны к лету, в пору быстро набегающих, шумных, красивых гроз, бурных вихрей и наводнений, лесные и водяные духи справляют свои свадьбы, сопровождаемые буйным весельем. Разгулом нечистой силы на брачных пиршествах крестьяне объясняют несчастья от весенних циклонов; водяные ломают мельницы, лешие размётывают овины, клади, валят деревья. Если мужика, при ясном небе, обольёт сильный дождь из налетевшей “шальной” тучки, — что называется, дождь сквозь солнце, грибной дождик, — он склонен думать, что шёл мимо бани, где новобрачный леший парился со своею молодою женою и, рассердясь на прохожего, окатил его водою из шайки, с головы до ног». Также он мог проявлять интерес к обычным женщинам и украсть приглянувшуюся красавицу с самыми прозаичными целями. Также некоторые верили, что леший может похищать детей. Ругательства «чтоб тебя леший забрал» или «иди к лешему» встречались довольно часто. По одним поверьям хозяин леса в случае необходимости мог зайти в деревню, по другим старался там не показываться, так как воевал с домовым.

Леший упоминался  поговорках, например, таких: «Был бы лес, будет и леший», «Коли леший зайцев нагонит, то мышей угонит, годами», «С лешего (с чёрта) вырос, а ума-то не вынес!»

С одной стороны с лешим люди старались лишний раз не пересекаться. С другой стороны, считалось, что он мог помогать знахарям, колдунам, а также при гаданиях. А. Блок в «Поэзии заговоров и заклинаний» писал: «Но и для того, чтобы стать простым знахарем, нужны странные, чрезвычайные средства. В Смоленской губернии записаны рассказы о том, как баба должна была «прозреть», чтобы сделаться знахаркою, и как леший учил девку знахарству и “усяму пырядку”, — отчего завелись лесовые, водяные, полевые и домовые. Чаще всего колдовские приемы переходят из рода в род; умирающий знахарь передает свое знание другому». Считалось, что договор с лешим для удачной охоты могли заключать охотники, в некоторых местностях – пастухи. Договоры эти следовало держать в тайне. За услуги платили подношениями, а в некоторых случаях какими либо ограничениями, например, не собирать определённых ягод или грибов, не играть на гармошке, не стричься и т.д.  Охотник мог пообещать не брать дичи больше, оговоренного, приходить на охоту только в определённые дни и т. д. Считалось, что вызвать лешего можно словами: «Приходи завтра». Иногда советовали, сняв шапку, кланяться и просить: «Лесной князь, выйдь сюда, помоги моей беде, сам удружу». В ночь накануне Ивана Купалы нужно было пойти в лес, срубить осину так, чтобы она упала вершиной на восточную сторону, и, стоя на пне срубленной осины, посмотреть себе между ног и сказать: «Дядя леший, покажись не серым волком, не черным вороном, не елью жаровою, покажись таким, каков я есть». После появления хозяина леса можно было обратиться к нему за помощью.

Считалось, что от лешего можно отбиться. В ход шли молитвы, крестное знамение и, как ни странно, крепкие выражения. Этот персонаж не любил мат. Действенным способом считалось переодеться, вывернув одежду наизнанку, а также поменяв на ногах лапти местами.