Немного классики: Что делает старик в море?⁠⁠

Чем писатель серьёзнее, тем глубже он погружается в человеческую личность. Сотни очень крепких авторов в истории литературы создали тысячи глубоких произведений, в которых раскладывают человека на молекулы. Самые поверхностные из них пишут о поступках, те, что глубже, анализируют побуждения, ещё более глубокие ищут мотивы, влияющие на побуждения.

Самые глубокие пишут о бессознательном. А гении не только пишут о бессознательном, но и обращаются к бессознательному. Используя цепочки образов, они создают резонанс между читателем и писателем, резонанс, рождающийся в глубинах психики и возбуждающий новые образы, которые напрямую автором не инициируются. В результате они раскрывают читателю не только личности своих персонажей, но и их собственные, читателей, личности.

То есть по форме, «Старик и море» Эрнеста Хемингуэя — это повествование о борьбе. Но «Как закалялась сталь» Островского — это тоже повествование о борьбе. Почему же ощущения такие разные?

Рыба — символ Христа. Море — символ бессознательного. Восемьдесят четыре дня Сантьяго не имеет Божьей помощи, и отправляется в бессознательное, чтобы обрести Бога. Но мыслями он от Бога далёк — он всё время думает о бейсбольных матчах. Бог в нём вынужден соперничать с кумиром Ди Маджио. Прося помощи у Бога, Сантьяго всё время ищет одобрения у Ди Маджио — а гордилась ли бы им звезда спорта? А смог ли бы он так же? А как бы Ди Маджио поступил на его месте?

Три дня он борется с рыбой (с Христом?) и, в конце концов, убивает её. Радуясь, он уже не хочет возносить Богу и Богородице молитв, как собирался — ведь Бога он нашёл и победил, к чему теперь к нему обращаться? И после этого на него нападают акулы — символ демонических сил. В борьбе с ними Сантьяго терпит неудачу — ведь Бога-то больше нет, и некому помочь старику бороться с ними. Он сожалеет об этом, он мечтает, как они с рыбой (с Богом) могли бы биться с врагами плечом к плечу. А акулы уничтожают и уже мёртвую рыбу (Бога), оставляя старому рыбаку только её остов. В этом Хемингуэй идёт дальше Ницше — Бог старика Сантьяго не просто умер, он вообще исчез.

Старик не пытается подняться до Бога, наоборот, он всё окружающее пытается понизить до себя — он очеловечивает стихию, разговаривает с рыбой (с Богом) как с человеком, называет её братом. Даже собственные руки он словно отделяет от себя — хвалит их и ругает, как будто они являются самостоятельными личностями.

Вот эта фраза является квинтэссенцией всего повествования:

Кто же тебя победил, старик? — спросил он себя… — Никто, — ответил он. — Просто я слишком далеко ушёл в море.

Его не победил никто, это он сам победил Бога в себе, нашёл его глубоко в себе и победил, как побеждал когда-то в такой же изнурительной схватке негра из Сьенфуэгос, самого сильного человека в порту.

Именно поэтому, потому, что старик потерял Бога, а вовсе не потому, что он лишился добычи, мы, читая повесть, испытываем такую гнетущую тоску. Старик потерял Бога, а мы теряем надежду. Именно это ощущение возбуждает Хемингуэй в читателях, используя неосознаваемые образы, которые вызывают нужные реакции из глубин психики. Мы жалеем не старика, мы жалеем себя.

Этого и добивался автор: он забрался в наши души и вывернул их наизнанку, продемонстрировав нам наше нутро.

Я иногда задумываюсь — как это у них получается? Ведь осознанно вызвать целую лавину образов невозможно. Наверное, это похоже на работу вегетативной нервной системы, которая, не обращаясь к сознанию, регулирует работу всего, что необходимо для физической жизни. Есть такая функция у тела, видимо, есть она и у души.

И когда писатель обретает такую функцию, он становится великим.

Скачать повесть Эрнеста Хемингуэя «Старик и море» можно где угодно. Например, у меня в канале.

Алексей Черкасов, писатель.