Негр и мулат⁠⁠

Заспорили как-то в русской бане Негр и Мулат.

На полке сидят, парятся, кедровым паром дышат. Ну и слово за слово, разговорились про жизнь, про баб, про здоровье. И как-то незаметно перешли к главному мужскому аргументу.

Негр говорит:

— Ты посмотри на меня, брат. Африка, жара, саванна. У нас там всё растет как в джунглях. Двадцать два сантиметра, не меньше! Природа-мать постаралась.

Мулат усмехается, ковш с водой переворачивает:

— Э, братан, не обольщайся. У меня папа негр, мама русская. Я — золотая середина. И жары хватило, и морозы закалили. Девятнадцать ровно, и стоит как красноармеец на посту.

Спорили они, спорили, даже полотенцами начали размахивать, чуть друг друга по лбу не отоварили. Тут дверь в парилку открывается, заходит Петрович. Обычный мужик, с завода, в тапках-шлепанцах, с веником под мышкой.

Негр с Мулатом как глянули — и рты разинули. А у Петровича, мать честная, причиндал до колена болтается. Просто богатырское копье, хоть сейчас в музей относи.

Негр аж поперхнулся квасом, глаза по пять копеек:

— Слушай, Петрович, ты же вроде белый русский мужик? У меня двадцать два, у брата девятнадцать, а ты нас обоих за пояс заткнул. Как так-то? Тайна природы?

Мулат поддакивает:

— Да, Петрович, колись! Может, генетика особая? Или климат тут у вас на Урале магический?

Петрович неторопливо веник на полку положил, ковшик с водой опрокинул, парку поддал, сел поудобнее, крякнул и говорит:

— Эх, молодёжь. Никакая не магия. Просто старая советская тайна. Работал я раньше в одном закрытом НИИ, лет сорок назад. Тема была секретная — "Укрепление народного хозяйства и демографический резерв". Нам, испытателям, выдавали специальное средство. В обед строго по часам, под роспись, в лабораторном корпусе. Называлось скромно — "Кефир №7 особого розлива, с добавлением секретных бактерий". Но была одна хитрость. Пили мы его не просто так, а строго после бани. И париться надо было до седьмого пота, березовым веником по пояснице нахлестывать. Год так парились, два... А потом раз — и перестройка. НИИ закрыли, бактерии пропали, кефир больше не дают. А результат, сами видите, — Петрович кивнул вниз, — остался на всю жизнь.

Негр и Мулат переглянулись.

— Петрович, а рецепт? — шепотом спросил Мулат.

— Рецепт? — Петрович хитро прищурился, нахлобучил шапку на голову и встал. — Рецепт простой, пацаны. Париться надо чаще, водку пить меньше, и главное — не заморачиваться. А то размерами померились... Тут другим брать надо, — Петрович постучал себя по лбу и вышел, оставив спорящих в густом пару с открытыми ртами.

Негр с Мулатом сидели молча, пока пар не рассеялся. Потом Негр вздохнул и сказал:

— Слышь, брат, а может, ну его, этот спор? Давай лучше еще по пару хлестнем.

— Давай, — кивнул Мулат. — А то и правда, с такими Петровичами тут комплексовать начнешь. Эх, кефир №7... где ж вы теперь, бактерии секретные...