Местный⁠⁠

После развода прошло уже пять лет, бывшая жена, нашла себе нового принца на белом коне, а для собственного сына я стал "воскресным папой". Так и тянулись года... К одиночеству быстро привыкаешь, и возвращаясь с работы в свою маленькую студию на окраине города, доставшуюся мне после развода, я не чувствовал ни горечи, ни злости, оставалась лишь обида и то на самого себя, что так бессмысленно прожил жизнь. Заново жениться? Была такая задумка, но все попытки разбивались о сложившийся быть холостяка, одиночество - это болото, но такое родное, своё, в котором ты готов утонуть и раствориться без остатка.

За несколько лет, такого режима жизни и в виду отсутствия женщины, удалось скопить небольшую сумму денежных знаков, которые планировал потратить на улучшение жилищных условий, начались поиски вариантов, выезды на осмотр, но всё что попадалось или подходило к моим деньгам, мне не нравилось. Финансы не то чтобы жгли карман, просто страшно было потерять их стоимость в условиях рынка, который постоянно лихорадит.

Весна в тот год выдалась ранняя и жаркая, в середине апреля земля уже просохла от снега, а деревья покрылись зелёной, еле заметной дымкой, вечера хоть и были прохладными, но домой в четыре бетонные стены, возвращаться безумно не хотелось. Решено было приобрести дачный участок, предложение оказалось очень скудным, по крайней мере там где есть центральная вода и свет, либо цена завышена, но все же нашёлся один вариант, не стал тянуть кота за хвост - созвон и выезд на осмотр состоялся на следующий день, подхватив с утра в соседнем районе бабулю, которая желала избавиться от баласта, который ей уже не по силам, мы выехали за пределы города, всего 15 км по трассе и мы на месте, участок оказался на острове, к которому вела насыпная дамба, через неё же и был проложен водопровод из соседнего совхоза, старые металлические ворота на въезде в СНТ вросли в землю, грунтовые дороги все в ухабах, участки хоть и не заброшены, но не ухожены, что давало понять, здешние обитатели используют их исключительно под сады. Мой объект покупки не отличался от соседских владений, домик 3 на 3 метра, слепленный лет 30 назад из ...рьма и палок, пару кустов смородины, ранетка и бесконечные грядки, вроде и не совсем удачное вложение денег, но с первых шагов я понял, это мой вариант. Через пару недель я стал полноправным землевладельцем.

Весна радовала отличной погодой, близость к городу, позволяла с лёгкостью добираться до работы и обратно, и все свои свободные вечера я проводил в житейских заботах, поднял покосившийся забор, выкосил траву, дальше больше, началась стройка нового дома.

За всеми бытовыми делами, соседей я и не видел, никто с помощью, советами и знакомством ко мне не лез, лишь изредка прогуливаясь перед сном по острову, я видел как семенила очередная бабулька на выход из СНТ, видимо опаздывая на закрывающий рейс автобуса, да и я привыкший жить сам по себе, общения не искал.

К концу августа, при помощи наёмной рабочей силы и взятых в кредит у родни денег, дом был готов, а участок прибран от всего лишнего, глаз радовался, дух ликовал. Чувство такого уюта я не испытывал ещё никогда, своя земля, свой милый дом, с хорошей русской печью, и всеми удобствами. Уезжать я уже не планировал, да и сын был в восторге, вместо воскресных пресных походов в ТЦ на фильм и пиццу, мы пекли картофель на углях, ходили по крутым отвесным берегам острова и наблюдали за местной фауной, рассекали по улочкам на велосипедах и ездили в магазин соседнего совхоза за пирожками.

Осень наступила незаметно, без серых дождливых дней, лишь листья окрашенные в золото, сухо шуршащие под ногами напоминали о времени года. Началась подготовка к суровой сибирской зиме, 15 кубов берёзовых дров, пять тонн угля, оплата счетов за воду и электроэнергию, запас провизии в виде консервов, крупы и прочего. Решил я также немного социализироваться и дойти до местного сторожа, зимовать как никак на одном острове. Проживал сторож здесь круглогодично, участок его был на самом въезде в СНТ, подойдя к его калитке меня встретила огромная псина, похожая на овчарку, но чёрная, как смоль, без единого намёка на светлое пятнышко, слегка повиливая хвостом, но издавая грозный предупреждающий рык, заставила меня остановится, пару раз гавкнула, и через секунду на пороге сторожевого домика стоял мужичок, лет 65, невысокий, крепкого телосложения, сквозь редкие седые волосы блестела загорелая лысина, одет он был в кирзочах, ватных стеганых штанах, а поверх растянутого свитера с высоким воротом, была одета комуфлированная жилетка.

- Найда! Ко мне!, не громким, но твердым голосом скомандовал он, и псина подбежав уселась у крыльца.

- Здравствуйте, крикнул я и махнул рукой.

- Чего тебе?, спросил сторож, неспеша спускаясь по ступеням крыльца и направляясь в мою сторону.

- Да я... поинтересоваться хотел, хорошо ли дороги от снега по зиме чистят? Меня Дмитрий зовут кстати.

- Так это ты тут, зимовать собрался? А я думаю кому тут запасы такие везут, дрова, да уголь, спросил он уже вплотную приблизившись к калитке. - У нас тут вообще не зимуют...

- А что так?, озадачился я.

- Не зимуют и всë! И ты домой езжай, весной приедешь!, строго, как приказывая ответил старик.

- Да я уже дома, твердо и спокойно сказал я, даже не думая над ответом.

- Дома говоришь... Ну.. Ну...

Повисла неловкая пауза, и даже воздух от этого молчания стал каким то плотным, даже почти видимым. Сидящая у крыльца глянцевая клякса, навострив уши с интересом меня разглядывала.

- Ну проходи... "Сосед", с ухмылкой сторож отворил калитку, - Знакомиться будем.

Пал (Павел) Кузьмич, оказался вполне добродушным, но не особо разговорчивым стариком, напарница его обнюхав меня, агрессировать не стала, улеглась на пороге и лишь изредка поглядывала на нас. Три раза по сто в каждый стакан, открытая банка кильки в томате, знакомство состоялось, на вопросы о зимнем быте ответы получены, так же как и четкий намёк, что если есть куда уехать, то лучше бы так и сделать. Разговор особо не шёл, да и время уже было к позднему вечеру, надо было печь протопить, да и возлияние крепкого самогона, оставляло лишь желание скорее нырнуть под одеяло. Поблагодарив хозяина за угощение я отправился домой, по дороге разглядывая участки я понял, что до весны мы здесь втроем, об этом четко говорили закрытые на замки ставни соседских домов. Стало немного не по себе, в городе хоть и жил один, но это другое, то за стенкой кто музыку врубит, то кто-то с утра пораньше стены сверлит, а тут... Да еще и на острове.. В таких мыслях добрел я до дома, всю дорогу по пятам шла за мной "Найда", проводила до забора и шмыгнула домой.

Тепло печи и уют дома, прогнали тяжесть размышлений, мягкая перьевая подушка, обняла нежнее бывшей жены и я провалился в крепкий алкогольный сон. Проснулся я, когда стрелки на часах указали на час ночи, пить хотелось невыносимо, пройдя на кухню и присосавшись к бутылке минералки из холодильника, я услышал шорох под самым кухонным окном. Вот зараза! подумал я, "Найда"! Облюбовывает соседские владения, лишь бы не нагадила, за такой лошадью с лопатой убирать придется. Взяв бутылку воды с собой, я отправился в кровать, лежал долго, сон не шёл, сразу вспомнил, почему не пью, как говорится " Сон алкаша - глубок, но краток", да еще и "Найда" пыхтела, фыркала, рычала под окном, шарилась вокруг дома, будь она не ладна. Решил прогнать, накинул куртку на плечи, вышел в сени и уже хотел отпереть засов входной двери, почувствовал, как дверь дернули с той стороны, моментально гузно моë сжалось до размера игольного ушка.

- Кузьмич! Ты?, громко крикнул я!

Тишина, сопение и рычание прекратилось, и через миг дверь заходила ходуном, с такой силой, что новые массивные петли и крепкий стальной засов гуляли, как игрушечные. Прыжком я заскочил в дом из сеней и запер вторую дверь на замок! Твою мать! Окна! Пронеслось в голове, только успел я об этом подумать, как разбитое стекло, кусками вывалилось внутрь комнаты, паника обуяла мой рассудок, это просто страшный сон! проносилось у меня в голове. Свет горел только в сенях и тусклая подсветка вытяжки на кухне, сложно было что то разглядеть кроме силуэтов, но этого хватило, чтобы увидеть как рука с мощным предплечьем и толстенными пальцами тянется в дом, через пустую глазницу дома, схватив кованную кочергу, что стояла у печи, я со всей дури стал колотить по лапе. Ох, это рев, я не забуду никогда! Леденящий душу нечеловеческий, хриплый рев, тварь метнулась от окна, в дом полетели куски земли, камни, даже двухсотлитровая стальная бочка, стекла окон бились, тварь металась вокруг дома, я уже попращался со всеми родными мысленно и стал молиться.

Выстрел! Ещё один! Перезарядка! Выстрел! Второй! Найда сверепо лает и судя по звуку грызет тварь! Выстрел! И тишина! Сердце не успокаивается! Бешено колотится, стучит в висках, дышать! дышать! как тяжело дышать! Слегка качнуло, левая нога задрожжала, земля ушла из под ног, в глазах потемнело. Глаза я открыл, когда влезший через окно Кузьмич хлопал меня по лицу, огромной грубой ладонью. Увидев, что сознание ко мне вернулось, он пошел в сени и впустил в дом Найду. Чёрная, как смоль, блестящая шерсть, добро испачкана кровью. Псина подбежала ко мне, обнюхала и облизала мне щеку.

- Кузьмич! Это чего за х... я?

- Выйди, да посмотри, вытирая солдатской шапкой пот с лица, сказал старик.

Естественно, никуда я не пошел. На дрожащих ногах, трясущимися руками, наделся, обулся, так и просидели до утра. Ещё до рассвета, часов в шесть, к участку подъехала полицейская "буханка", в дом вошёл участковый из совхоза.

- Ну че сидим? Пошли тушу упаковать поможете.

Загружая сначала в мешок, а потом в машину, я так и не смог понять, что или кто это был, то ли человек, то ли обезьяна, то ли все сразу. Закрыв двери " Буханки" участковый, глядя на Кузьмича, кивнул в мою сторону,

- Проблем? Не будет?

- Нет.. Он, местный., сказал Пал Кузьмич.

Надо ли озвучивать, что зимовал, я дома, в городе?

По весне отремонтировал дом, прибрал участок, и приезжаю теперь только летом, да и то ночевать не остаюсь. Кузьмича пытался распрашивать, да он все отнекивался, мол и сам толком не знаю ничего, живы да и ладно.