Марко⁠⁠

Вспомнила чудесную историю, приключившуюся со мной в одном московском итальянском ресторане. Специфика ресторана такова, что гости сами готовят себе пищу под чутким руководством шеф-повара из самой Италии. То есть что приготовили, то сами потом и съели.

В тот день там праздновали свадьбу молодые люди с юмором и чувством прекрасного. Я же в тот день должна была отвезти букеты и оставить их на столах.

К назначенному времени в ресторане ничего не было готово, а персонал (сплошь молоденькие и изящные девочки и мальчики) метались в поисках ножей, мясорубок и посуды в достаточном количестве. От нечего делать я подключилась ко всей этой чехарде и принялась двигать столы, полировать ложки, нарезать шампиньоны. Очень приятно снова вернуться в беззаботную молодость и видеть вокруг такие же бездонные глаза, как и у тебя в 18.

Кроме молодости там была какая-то дружеская и уютная атмосфера, мне даже показалось, что я с этими людьми давно работаю и завтра снова приду в ресторан и опять примусь чистить картошку.

В ресторан (пинком распахнув стеклянную дверь) вваливается плотный, почти толстый итальянец, властно вращает глазами и машет пальцами-сосисками, унизанными перстнями и печатками. Вокруг устанавливается гробовая тишина, все замирают. И не просто замирают, а раболепно провожают его взглядами, обожающе улыбаются и принимают позу собачки перед любимым хозяином. Я решила не отставать и просто уставилась на него во все глаза.

Колоритнейший тип. Таких как он в мире мало. При его комплекции он непостижимо ловко передвигался между столами, кофемашинами и ящиками с фруктами. Пальцами-сосисками он вытворял чудеса из листьев салата, когда те превращались в корабли или лебедей. Он нарезал огурец не глядя, за несколько секунд, и все колечки были одинаковой толщины. Он размешивал яйца с мукой сразу без комочков. Ломтики дыни в его руках походили на произведение искусства. И он прекрасно владел русским языком.

Прямо с порога он заявил: «Бездельники, почему ещё ничего не готово?!». Чудесный, нежный итальянский акцент делал слова мелодичными и экспрессивными.

Увидев ящики с заготовками, затрубил: «Вашу мать, это разве дыня? Это, б..дь, оранжевая дыня по-вашему? (дыня швырнулась в стену, откуда потом была тщательно смыта всё такой же влюблено-восхищённой уборщицей). Как, нах… мне готовить закуску с таким паштетом? Это собачье говно, и цвет у него такой же! (пинок ногой по столу, пара кастрюль откатилась от греха подальше под диваны) Пиз…ц, это же неспелый инжир! Вы будете у меня сами это жрать! А с гостями разбирайтесь как хотите! (бросок пустым деревянным ящиком в мясорубку)».

Всё с той же экспрессией, скоростью и неумолимостью эта туша сорвала с себя фартук и скрылась в гардеробе. Никто не сдвинулся с места. На лицах всё то же выражение почтения. Ручки сложены, ожидают-с.

Минут через 5 итальянский шеф-повар снова зашёл, но на этот раз он на ходу раздавал указания кому и что делать.

Этот человек гениален. Он сам делал только образец. Восторженные поклонники по образцу воспроизводили шедевры: размешивали, давили, укладывали, жарили, подрумянивали, формировали. Он только следил за ходом работ и комментировал: «высунь пальцы из жопы, перемешивать ими удобней», «оливковое масло не сперма, его капают, а не брызгают», «ты зелень не козлам предлагаешь, режь мельче», «да чтоб тебе яйца оторвало этой плохо закреплённой мясорубкой!».

Про оливковое масло это он мне говорил. Но никто не ушёл обделённым в тот день, комплиментов хватило всем.

За ПОЛЧАСА мы приготовили около 10 видов закусок на 20 человек, разложили в каталонском стиле на сене, декорировали фруктами и вазами, расставили столы, сервировали их, вымыли полы и развесили гирлянды.

P.S. На протяжении всей этой истории никто из присутствующих не знал кто я, и почему работаю вместе с ними. Я выполняла задания наравне со всеми и огребала соразмерно своей вине. За 15 минут до прихода молодожёнов администратор в сердцах воскликнула: «Ну где же флорист шляется?». Я вытерла руки о фартук и кротко сказала: «Букеты в вазах на подоконнике. Я могу ещё чем-то помочь?»


Collapse